Акт войны (ЛП) - Браун Дейл - Страница 100

… когда Халимов крикнул: «Йоп тваю мат!» и потащил заложников еще быстрее. Там, всего в нескольких десятках метров перед «Черным ястребом», стояло одно из подразделений уголовного розыска. «Otkrytyj ogon!» Халимов кричал. «Открыть огонь!» Российские террористы, окружившие Black Hawk, открыли огонь из гранатометов и автоматического оружия. Но отдел уголовного розыска не двинулся с места. Он достал из рюкзака гранатомет и провел пальцем по своему горлу — четкий сигнал экипажу вертолета остановиться. «Нет!» Халимов кричал. «Приготовиться к взлету, сейчас же!» Пилот вертолета выжал газ до максимальной мощности при взлете и сохранил крошечную долю коллективности, достаточную для того, чтобы заставить Black Hawk танцевать на своих колесах…

…  но как раз перед тем, как заложники добрались до вертолета, отдел уголовного розыска выпустил гранату прямо в лобовое стекло «Черного ястреба». Взрыв отбросил заложников назад, они прижались к земле, когда осколки пылающего металла и разбитые лопасти винта полетели во все стороны.

Джейсон Рихтер, командовавший подразделением уголовного розыска, повернулся как раз в тот момент, когда несколько агентов секретной службы в форме, спецслужб столичной полиции и солдат армии США подбежали к нему сзади. «Стоять! Секретная служба!»

«Это майор Джейсон Рихтер, оперативная группа «КОГОТЬ»! Не стреляйте! Я часть охраны президента… !»

Кто-то крикнул: «Бросьте оружие!» Но они не стали дожидаться, пока он это сделает — они открыли огонь из автоматического оружия и чего-то похожего на гранатомет или ракету LAWS. Непрерывный огонь по оружейному блоку рюкзака сделал свое дело — при попадании второй ракеты сработала одна из гранат внутри, и рюкзак взорвался. Джейсона швырнуло лицом вниз, рюкзак горел, все еще прикрепленный к его спине.

Он немедленно попытался извлечь горящий рюкзак, но тот, казалось, был туго запаян. На его электронном визоре замигали предупреждающие сигналы и сообщения, затем все потемнело, и салон начал заполняться дымом. О черт, подумал он, я сгораю здесь заживо!

«Джейсон!» — услышал он чей-то крик. «Как ты открываешь эту проклятую штуковину?»

Это был Рэй Джефферсон! Джейсон указал за спину, на область левого пояса. Джефферсон продрался сквозь дым и жар, исходящие от рюкзака, и ощупал область талии, наконец обнаружив выступ и две пуговицы под ним. Он нажал на обе кнопки одновременно и держал их, пока не услышал два громких хлопка! Горящий рюкзак отделился, и задний люк распахнулся.

«Richter!» Рэй взобрался на пораженный отдел уголовного розыска и вытащил Джейсона из машины сквозь облако дыма. «С тобой все в порядке?»

«Что… а как насчет…  Президента?» Джейсон прохрипел, хватая ртом воздух.

Джефферсон посмотрел туда, где президент, Кингман и Виктория Коллинз столпились на улице в окружении агентов секретной службы. «Они живы».

«Где Захаров?» Он оглянулся и увидел Захарова, Чемберлена и Халимова, бегущих через площадь Лафайет к другому вертолету Black Hawk. «Я не позволю этому ублюдку уйти», - сказал он. «Я иду за Захаровым».

«Халимов мой, майор!» Джефферсон зарычал, схватил свою винтовку М-16 и побежал за ними.

Павел Халимов вытолкнул Захарова вперед, убежал от вертолета, укрылся за статуей Эндрю Джексона и открыл огонь по Джефферсону, когда тот был менее чем в двадцати метрах от него. Бронежилет Джефферсона защищал его торс, но пуля пробила его правое плечо, и он упал. Джейсон подошел к нему. «Господи, Рэй, ты ранен… !»

«Не позволяй этому вертолету ускользнуть, Джейсон!» Сказал Джефферсон сквозь зубы, стиснутые от боли. Он удивленно посмотрел на Рихтера. «Вы не взяли с собой оружие, майор? Я знал, что ты провел слишком много времени с этими роботами». Он сунул винтовку М-16 в руки Джейсона. «Не дайте уйти этому вероломному ублюдку Чемберлену».

Джейсон колебался — он знал, что Халимов был поблизости, а старший сержант был беспомощен, — но усилившийся рев винтов «Черного ястреба» сказал ему, что время на исходе, и он поспешил прочь.

Когда Рихтер убежал, Халимов вышел из укрытия, подняв оружие, и подошел к Джефферсону. «Да это же старый сержант», - сказал он. «Я вам кое-что должен, сержант». Халимов вскинул винтовку на плечо и побежал рысцой, как будто он был футболистом, выстроившимся в очередь для победного пенальти. «Я верю, что ты сказал: «Привет, придурок», как раз перед тем, как ударил меня по голове там, в Бразилии. Эй, засранец сержант, это для тебя.» Он тщательно прицелился в незащищенную голову Джефферсона…

…  но в последний момент Джефферсон поймал ботинок Халимова за несколько сантиметров до того, как он приземлился, и крутанул его так сильно, как только мог. Русский вскрикнул, когда его правая нога была вывернута под неестественным углом и тяжело опустилась. Он подошел, рыча, как дикий зверь, с огромным ножом в правой руке. Как раз в тот момент, когда Джефферсон пытался встать, чтобы противостоять этой новой угрозе, Халимов бросился на него…

…  но когда русский попытался перенести вес на правую ногу, чтобы нанести последний удар, его сломанная лодыжка подломилась. Джефферсон схватил Халимова за правую руку и вывернул нож у него из пальцев, когда тот падал. Используя инерцию движения русского, он перекатился поверх Халимова, крутанул нож в левой руке и вонзил его в незащищенное горло Халимова.

«Для тебя это старший сержант, придурок», - прорычал Джефферсон. Он не отпускал его, пока не почувствовал, как последний литр крови откачнулся от его тела.

Это был первый раз со времен Школы кандидатов в офицеры, когда Рихтер даже держал в руках винтовку М-16. «Черный ястреб» начал подниматься, теперь всего в нескольких десятках метров от нас. Он мог видеть Чемберлена и Захарова в десантном отсеке — Чемберлен, съежившийся от страха за раздвижной дверью, и Захаров, весело машущий рукой и нападающий на неуклюжего Джейсона, бегущего с винтовкой.

Джейсон опустился на одно колено, поднял М-16 и нажал на спусковой крючок. Ничего. Он осмотрел обе стороны оружия, прежде чем вспомнил о переключателе, нашел его, перевел из безопасного положения в автоматическое, снова поднял, нажал и удерживал спусковой крючок. Он увидел «Черного ястреба» в прицеле всего на долю секунды, прежде чем дуло внезапно обрело собственную жизнь и дико дернулось в воздухе.

Ради всего святого, увещевал себя Джейсон, он не мог попасть в огромный вертолет, находящийся на расстоянии плевка перед ним! Джейсон боролся, чтобы сохранять спокойствие, и обнаружил, что, когда ему это удалось, он вспомнил, как присутствовал на паре уроков, которые Дуг Мур давал Ариадне на стрельбище. К его удивлению, слова Дага вспомнились ему, подкрепляя его собственные уроки стрельбы, полученные много лет назад: расслабься; сосредоточься на мушке; нажимай, но не нажимай на курок; успокойся и просто сделай это.

Джейсон переключил селектор с автоматического на полуавтоматический режим, пристроился к открытой двери кабины «Черного ястреба», сделал глубокий вдох, немного выдохнул и начал осторожно нажимать на спусковой крючок. Внезапный выстрел оружия поразил его. К своему удивлению, он увидел, что «Черный ястреб» начал отклоняться в воздухе, и он также увидел Роберта Чемберлена, лежащего на боку, его руки были сжаты на животе, рот и глаза широко открыты в явной агонии…  и темное пятно, быстро расползающееся по передней части его тела.

Егор Захаров потянулся за своей снайперской винтовкой Драгунова — Джейсон едва мог поверить, как быстро она оказалась у него на плече. Он практически чувствовал на себе взгляд Захарова через оптический прицел Драгунова, чувствовал, как перекрестие прицела выравнивается на его лбу…

Нет! Джейсон кричал на себя. Сохраняйте спокойствие! Оставайтесь сосредоточенными! Он снова нацелился на Захарова, сделал глубокий вдох и начал выдыхать…

Он увидел вспышку света из двери вертолета и понял, что это пуля Драгунова направляется к нему…  Но он заставил себя расслабиться и нажал на спусковой крючок, и снова М-16 рявкнула раньше, чем он ожидал этого. Джейсон подумал, что внезапный порыв воздуха, который он почувствовал на правой стороне лба, был дульным выстрелом из его М-16 — вероятно, хорошо, что он не знал, что это был 7,62-миллиметровый снаряд Драгунова, просвистевший всего в миллиметрах от его головы. Он выстрелил еще три раза, прежде чем заставил себя посмотреть, ожидая, что русская пуля затуманит ему зрение, нацелившись на его мозг.