Хозяюшка Покровской крепости (СИ) - Осова Талия - Страница 4

Вспомнилось вновь время постройки Покровской крепости. Это период 1752- 1755гг. К весне 1755 года закончено строительство всех крепостей и редутов Тоболо-Ишимской линии. Даже где-то попадался рукописный фрагмент на пожелтевшей бумаге командира Тарской дистанции, правда в памяти не сохранилось его фамилии. Судя по постройкам и их состоянию запросто могла попасть в это время. К тому же каких-то подробностей о жизни в крепости сведений не было совсем.

Когда мы проводили раскопки на небольшой территории первого редута Степной (второй расположен на удалении от реки практически в самом центре нынешнего населённого пункта с одноимённым названием), который стоял практически на берегу реки Камышловка, то обнаружили целый скелет лошади и жеребёнка. Они находились внутри строения и каким-то образом там погибли. Тогда мы снимали слой за слоем, делали зарисовки и фотографии пятен и смещений пластов грунта, отмечали места найденных артефактов и следов жизнедеятельности человека, биологические и неорганические остатки. Вечерами у костра строили догадки, и выдвигали гипотезы на основании найденного. Тогда семейная пара археологов с маленьким сыном лет семи рассказывала нам об истории края и самых примечательных находках. Но тогда даже представить не могла, что когда-нибудь сама стану частью этой истории.

Хотелось взвыть и смеяться от безысходности, упасть на землю и биться головой. Вариантов вернуться в своё время у меня не было.

«Не лезть же в воду. Посчитают полоумной и тогда не ясно, что со мной будет дальше», - бередили душу сомнения.

Пока предавалась унынию мы подошли к месту, где располагалась летняя кухня. Углядела длинную печь с двумя огромными котлами сверху которых шёл пар и разносился мясной дух. «Летница» или «горнушка» была привычным сооружением в казачьих станицах или хуторах. Их можно было топить разным мусором и кизяком, кучка сухого навоза располагалась чуть в стороне. В летнюю жару избу никто топить не будет, видимо, это для меня сделали исключение, чтобы согреть на полатях и приготовить заодно кашу.

Под добротным навесом длинный стол из скоблёных досок с горкой перевёрнутых мисок и кружек на полотне, лавки по обе стороны.

В стороне от всех построек крытый колодец с обычным «журавлём» и ведром на толстой верёвке. Вокруг место выложено деревянными плахами, чтобы не растаскивать грязь. Чуть в отдалении от него ближе к конюшне водопойная колода.

- Вам помощь приказано принять, - отвлёк от дальнейшего созерцания голос Прохора. - Принимайте пополнение.

«Вот тебя, Мария Владимировна, и пристроили к делу...»

Благодарю за комментарии, звёздочки и подписку на автора! Вы самые лучшие!

Глава 3.

- Это кого ты там привёл, Прохор? Вроде комендант крепости раньше появлению женского полу препятствовал на территории вверенного ему сооружения, - почесал огромной ручищей свой затылок, отвлекаясь от чистки овощей и озадачено посмотрел на меня.

Отложил в сторону нож и морковь и внимательно взялся осматривать меня при этом морщился, кривился и фыркал. Такой спектр эмоций ничего хорошего мне не сулил, слишком живая у этого старика мимика.

Широкое гладко выбритое лицо с заметными глубокими морщинами, убелённая сединами голова, крупные черты лица, чуть вздёрнутый нос картошкой и весёлые карие глаза сразу располагали к себе. Сам по себе мужчина коренаст и невысок, но при этом подтянут и ловок. Так шустро управляться с кухонной утварью в его преклонном возрасте не каждый мужчина может.

Этот же ловко скинул крышку с одного из котлов и аккуратно всыпал промытую крупу, а затем размешал содержимое и вновь прикрыл.

- И что мне с тобой делать? - обратился уже ко мне. - Чего молчишь?

- Не может Манька разговаривать, - вступился за меня парень. - Она Богдана Камышина дочка, что с нашими с Дону пришёл. Только вот они всей семьёй этой зимой от хвори грудной померли, а она одна осталась и с тех пор не говорит. Онемела значиться, - затоптался на месте. - Вы не смотрите на неё, что малая. Она девка смышлёная и трудолюбивая. Одна за хатой своей присматривала и хозяйство вела пока тётка к себе не забрала.

Пришлось подтверждать слова парня и продемонстрировать свою полезность. Не хотелось, чтобы меня попёрли отсюда. Кухня в крепости всё-таки лучше, чем непонятная изба и хозяйство. На них девочка не больно то разжирела. Схватила тяжелый нож со стола и быстренько принялась дочищать морковь, затем промыла в ближайшей кадке с водой, где уже разместилось парочка морковин, луковиц и с пяток репок. Их узнала сразу по характерной форме и цвету. Придвинула к себе кусок доски, которую использовали в качестве разделочной, и начала крошить морковь на небольшие брусочки. Сообразила быстро, что в одном котле вариться каша, а в другом будет похлёбка.

«Хоть бы пальцы этим тесаком себе не отхряпать», - пронеслось в голове и пропало.

Сосредоточилась на деле и не отвлекалась по сторонам. Измельчённую морковь ссыпала в небольшую миску, которую выхватила из горки посуды здесь же на столе. Закончила с луком и взялась за репу. Краем уха уловила мычание коров, ржание лошадей, крики петухов и ещё какой-то шум вдалеке. Но все эти звуки были лишь фоном и совсем не отвлекали, потому как уловила их лишь краем сознания.

- Ловко, - вывел из задумчивости меня голос мужчины. - Хорошо, пусть остаётся помощница. А где определили её на постой?

- Так у лекаря нашего. Дядька Михаил и велел по распоряжению коменданта всё показать и пристроить на кухню, - разъяснил более подробно Прохор. - Я тогда побегу, Борис Прокопьевич. Мне ещё задание нашего писаря требуется выполнить.

«Лекарь - первая учёная степень, которые получали студенты врачебного искусства и официальное название врача в Российской империи, - всплыло в голове возмущённой высказывание нашего студента и временного фельдшера палаточного лагеря Степана. - Что-то слишком стар дядька Михайло для 10-го класса Табеля о рангах. Это либо Прохор что-то путает или борода на столько меняет внешность и добавляет годков».

- О, как! Макар Лукич и тебя к делу пристроил, - удивился повар, смутив этим парнишку. - Молодец! Глядишь грамоте обучишься и в люди выйдешь, - потрепал по вихрастой голове Прохора. - Беги тогда, задерживать не стану. Скоро разъезд вернётся и кормить всех нужно будет. Ты тоже не забудь подойти. Приём пищи строго по распорядку, как того требует устав.

Мой спаситель рванул в сторону офицерских изб, сверкая голыми пятками. Из самой крайней он меня сюда и привёл. Взглянула с тоской на свои босые ступни и вздохнула с сожалением.

«Эх, докатилась ты, Мария Владимировна - осталась босая и голозадая, - в голову лезли безрадостные мысли. - За то юная и здоровая, - прилетело следом. - Практически в начале жизненного пути. Кто помешает с моими знаниями и навыками построить счастливую нормальную жизнь. Пусть это и глухие времена с отсутствием цивилизации и нормальных условий жизни, но и в это время люди жили, создавали семьи и были счастливы той малости, что имели».

Где-то там позади осталось одиночество в сорок лет, которое пыталась закрыть работой с детьми. Кому нужна благоустроенная квартира, обставленная мебелью и современной техникой, машина и гараж с земельным участком, если нет того ради кого стоит жить. В своё время обида и дочерний долг помешали принять верный выбор и родного человека, построить отношения, но теперь не стоит об этом даже вспоминать.

«Я получила второй шанс и я его не упущу», - чётко обозначила у себя в голове и продолжила работу.

- Ничего, Мария, - приговаривал Борис Прокопьевич. - Прорвёмся и на ноги тебя поставим. Жалко твоих батьку и мамку с братишкой, но на всё воля Божья, - вздохнул тяжело и взялся месить тесто в большой деревянной кадушке. - Опара подошла и печь как раз прогорела. Сейчас поставлю хлеб свежий в печь и на сегодня мы с тобой свободны. Дежурные сами накроют стол и приберут здесь.