Третья тайна - Эллиот Кендра - Страница 4

— Так ты и есть тот агент ФБР, который обнаружил труп? — спросила Локхарт после приветствия.

— Да. Но когда я пришла, она была еще жива.

— Что ж, прекрасно. Это облегчит мою работу.

Миниатюрная женщина жестом пригласила Мерси за собой в комнату, где лежало тело Оливии. Детектив Болтон молча стоял на пороге, внимательно следя за всем, а обнаруживший комнату с ножами шериф стоял позади него. Войдя внутрь, судмедэксперт остановилась и медленно обвела взглядом место убийства. Фотографировавший Мерси криминалист уже ждал там, готовясь сделать любые снимки, которые потребуются Наташе.

Мерси, сглотнув, посмотрела на Оливию. Криминалисты принесли лампу. Ее яркий свет отбрасывал резкие тени на спокойное лицо мертвой старушки. Бинты от многочисленных перевязок, сделанных Мерси, все еще оставались на теле; их края по мере высыхания становились коричневыми. Оливию полоснули не меньше дюжины раз.

Преднамеренная пытка или просто ярость?

Закрывающее ноги стеганое одеяло бледно-голубого и сиреневого цвета с узором из обручальных колец было безнадежно испачкано.

— Как ее имя? — спросила Наташа, натягивая перчатки.

— Оливия. — Мерси взглянула на Болтона.

Я так и не узнала ее фамилию.

— Оливия Сабин, — уточнил детектив.

Мерси уже где-то слышала эту фамилию. Оно и неудивительно: до восемнадцати лет Килпатрик жила в крошечной коммуне ближайшего городка Иглс-Нест и знала большинство его обитателей в лицо. Тогда окружающий ее мир был намного меньше.

— Твоих рук дело? — Наташа указала на бинты. Мерси кивнула, у нее перехватило дыхание.

Судмедэксперт сняла бинты и полотенца с груди и живота трупа, сочувственно цокнув языком. Затем руками в перчатках дотронулась до глубокого разреза на животе.

— Она оставалась в сознании?

— Да, недолго.

— Подозреваю, там перерезана артерия. Этого достаточно, чтобы раненая медленно истекла кровью. А может, сердце не выдержало. — Локхарт бросила на Мерси через плечо решительный взгляд. — Ты не смогла бы ничего изменить, — заявила она, по-прежнему глядя Килпатрик прямо в глаза.

Ясно.

Неприятное ощущение в животе отчасти прошло, но не совсем. Мерси до конца дней будет сомневаться в правильности своих действий.

— Она не могла поранить саму себя? — поинтересовался шериф.

— Только если нож потом сам убежал, — ответил Болтон.

— Может, девочка его спрятала…

Мерси не поверила: Морриган не утаила бы такое.

Не так ли?

Руки Наташи ловко двигались по телу, нажимая то тут, то там, сгибая пальцы трупа.

— Когда она умерла?

Мерси посмотрела на старые желтоватые настенные часы.

— Сразу после трех.

— Я все-таки кое-что измерю, чтобы удостовериться… — Наташа достала из сумки большой термометр.

Мне здесь больше нечего делать.

Килпатрик протиснулась мимо Болтона, миновала коридор и вышла из домика. Снаружи она заметила Морриган, оживленно беседующую с шерифом, размахивая руками и указывая в сторону леса, и явно взволнованную. Мерси стала наблюдать за девочкой.

Дети переносят всё легче.

Килпатрик осмотрелась. Слева от нее находился небольшой загон с курятником, справа — большой сарай. Он выглядел новее дома. Доски были свежевыкрашенными, и дверь блестела в лучах восходящего солнца. Поляна возле дома вся в следах. Снег как следует утоптан обитателями дома, так что рассчитывать найти следы убийцы здесь не приходится. Нужно искать в лесу.

Если только он не приехал на машине.

— Вы в порядке? — спросил остановившийся рядом Болтон.

— Да. — Мерси не смотрела на него, сосредоточившись на Морриган.

— Если вы готовы, я хотел бы побеседовать с девочкой.

— Ее зовут Морриган, — резко ответила Килпатрик. — И да, я готова.

3

По дороге в полицейский участок Трумэн Дейли в двадцатый раз взглянул на телефонный экран.

Мерси до сих пор не ответила на его пожелание доброго утра.

У них вошло в привычку обмениваться сообщениями каждое утро, если ночь они провели порознь. Сейчас она уже должна проснуться. Трумэн знал, что Мерси собиралась провести прошлый вечер у себя в домике и что эти визиты часто затягивались до полуночи и более, — но она никогда не спала дольше необходимого минимума.

В животе возникло ощущение легкого беспокойства.

Трумэн пинком сбросил с тротуара грязный снежный ком и распахнул дверь участка. При виде своего имени под логотипом полицейского управления Иглс-Нест он испытал легкий приступ гордости. Шеф полиции Трумэн Дейли. Он любил свою работу и считал за честь помогать обитателям городка. Он пытался служить в полиции большого города, но эта работа оказалась не для него. Дейли нравилось в маленьком городке, где все знают друг друга, и за последний год он выучил имя почти каждого жителя.

— Доброе утро, босс, — поздоровался Лукас, протиснувшись своей здоровенной тушей за стол. — Сегодня с утра ничего срочного.

— Спасибо, Лукас. — Дейли снял ковбойскую шляпу, взглянув на красного оленя на свитере своего секретаря. — Ты ведь знаешь, что Рождество уже месяц как прошло, да?

Девятнадцатилетний парень опустил взгляд:

— Мне нравится этот свитер. На дворе чертовски холодно, так что я не расстаюсь с ним. К тому же сейчас он чаще вызывает улыбки на лицах людей, чем в декабре.

— И то верно… Кто на месте?

— Ройс уехал разбираться с аварией, а Бен должен появиться с минуты на минуту.

Беспокойство в животе усилилось.

— В аварии есть пострадавшие?

— Нет, только у одного крыло погнулось, а другой съехал в кювет. Оба водителя в порядке.

Беспокойство ослабло.

Она не пострадала.

В ноябре Мерси угодила в жуткую автокатастрофу, так что ее утреннее молчание порядком напугало Трумэна.

Он направился по коридору в свой кабинет, на ходу отправляя сообщение Кейли, племяннице Мерси:

Передай Мерси, чтобы проверила телефон.

Ответ пришел мгновенно:

Ее здесь нет.

А где она?

Его телефон загудел: Кейли решила позвонить.

— Когда я встала утром, ее не было, — сообщила девушка.

— Во сколько вчера вечером она уехала из дома?

— Часов в семь, сразу после ужина. Сказала, вернется после полуночи.

— Может, она приехала ночью и уехала рано утром? — Беспокойство Трумэна снова возросло.

— Это вряд ли: кофейник пустой. А она всегда варит кофе по утрам.

Да, действительно…

Кейли, казалось, не тревожилась.

— Думаю, она спит в домике. Так бывает. Ты ведь звонил ей?

— Я послал эсэмэску.

— Сотовая связь там никакая. Иногда это меня просто бесит, — раздраженно произнесла девушка.

— Если Мерси даст о себе знать, попроси ее позвонить мне.

— Хорошо.

Трумэн уставился на свои сообщения, оставшиеся без ответа.

Придется ехать туда.

Домик Мерси был для нее спасательным кругом. Центром равновесия. Воспитанная в семье выживальщиков, она постоянно испытывала потребность быть готовой к концу света. Трумэн соглашался, что разумно иметь какие-то запасы воды и пайков на случай чрезвычайной ситуации, однако приготовления Мерси были гораздо масштабнее. Случись что с человеческой цивилизацией, она сможет спокойно прожить в своем домике целую вечность. Трумэн восхищался ее упорством и не говорил ни слова, когда Мерси часами колола дрова по ночам или же прочесывала антикварные магазинчики в поисках старых приборов на замену электрическим и газовым.

Может, она поранила артерию топором…

— Черт… — Шеф полиции развернулся, нахлобучил шляпу и вышел в приемную. — Лукас, я ухожу. Если что, звони.

— Ой, погодите… Только что пришло сообщение: Элси Дженкинс не может выбраться со своего участка, потому что снегоуборщик навалил целую гору на краю ее подъездной дорожки.

Трумэн представил себе ферму Дженкинс.

— У нас же выпало всего шесть дюймов снега.