Страж (СИ) - Хай Алекс - Страница 50

Мою спину обожгли полные ненависти взгляды. Мне даже не пришлось оборачиваться — я и так догадывался, кто хотел испепелить меня на месте за предательство клятвы.

Вот только клятву мы явно понимали по-разному. Миссия Лунного стража — защищать людей Альбигора. Для этого не обязательно убивать всех подряд без разбора.

Барон Артан громко зашипел:

— Это будет не союз, а наша капитуляция!

Герцог не обернулся. Но шагнул ближе. Его тень слилась с Пергиевой.

— Вы хотите узаконить чудовищ⁈ — выкрикнул Артан, — Превратить уродов, которые веками убивали наших людей, в союзников⁈

— Тише, барон, — отрезал Герцог и снова обернулся к Пергию. — Слишком много лет был конфликт, не все готовы принять мир. Я хочу понять, почему вы решили пойти на этот шаг сейчас.

— Потому что появилась третья сила, — ответил я вместо Пергия. — Покажи ему, что творят гибриды.

Пергий протянул руку. В его пальцах был маленький кристалл памяти. Красный, пульсирующий, как капля, застывшая на лезвии.

Герцог осторожно взял его и активировал.

В воздухе появилась полупрозрачная картинка — запись из одной из лабораторий. На записи какие-то люди в масках деловито суетились вокруг огромных колб — таких же, из которых вырывались гибриды.

«Люди Альбигора создали их и нарушили и без того тонкий баланс», — сказал Пергий. — «Мы — единственные в Диких землях, кто способен их сдерживать. Но нас меньше. И когда нас не останется, гибриды придут за вами, как уже пришли в Элун. Они плодятся быстрее, чем вы воспитываете своих воинов».

Герцог внимательно смотрел на сменяющиеся образы в кристалле. Я видел, как ходили желваки на его лице, как он украдкой стиснул кулак от гнева.

— Значит, всё это правда. Гибриды — творение Альбигора.

Я кивнул.

— Источник угрозы — в самом городе. Полагаю, это был тайный эксперимент, и он вышел из-под контроля. Но страдают от него теперь все.

Герцог деактивировал кристалл.

— Я хочу забрать его и изучить детальнее.

«Конечно. Он твой».

Герцог положил кристалл в карман.

— Так что теперь? — спросил я.

Воины с обеих сторон — человеческие и нелюди — держались напряжённо. Твари стояли в несколько рядов. Их глаза не мигали. Они не держали оружия — они сами были оружием.

И именно в этот момент, в самую поганую возможную секунду, случилось то, что в любой другой ситуации стало бы просто досадной неисправностью.

— Что это за звук? — услышал я чей-то вопрос сзади.

Щелчок.

Тонкое, металлическое потрескивание. Как когда руна рвётся под напряжением, или ядро перегружается.

Мы с Герцогом обернулись.

Повозка одного из баронов вдруг начала гудеть. Сначала — тихо, едва уловимо. Потом звук набрал силу, превратившись в низкий, вибрирующий бас, перекрывающий дыхание.

Артефакт на боковой дуге повозки задрожал. Свет в нём колебался, как кипящая ртуть. Перегрузка ноктиумного ядра.

— Отключить, — хрипло бросил кто-то из магов. — Немедленно!

Слишком поздно.

Вспышка ударила по глазам. Я видел, как она развернулась: серебряная пелена, полумесяцем прорезавшая воздух, сорвалась вверх и вспыхнула — белым, холодным, как рассвет над катакомбами. Порыв света пронёсся по кругу — и всё изменилось.

Это было слишком похоже на лунную бомбу — и по эффекту. И по сути.

Твари вздрогнули. Некоторые — взвыли, ослеплённые взрывом. Солдаты тут же выступили вперёд, готовые защищать Пергия. Одна — огромная, с поблёскивающими наростами на плечах — издала рык. Не злобный, не яростный. Предостерегающий.

— Все назад! — рявкнул я.

Пергий дёрнул плечом и затряс головой. Я почувствовал его боль. Телепатический контакт был слишклм грубо прерван, да ещё его и ослепило. Несмотря на своё могущество иногда эти твари были почти беззащитными.

Позади меня началась паника. Кто-то упал, кто-то вскрикнул. Я увидел, как один из стражей сорвал арбалет с плеча. Один из людей Юрга, я помнил его по Элуну. Его глаза были не здесь. Он не был с нами. Он снова был в кошмаре, где всё гибнет.

— Не стрелять!

Поздно.

Дротик вылетел и угодил прямо в одного из Охотников. Пробил шип на боку, оставив чёрную вмятину.

Рёв.

— Пергий, возьми всех под контроль, — велел я.

Солдаты выхватили артефакты. Аристократы закричали.

— Ловушка! Это ловушка!

Герцог вскинул руку:

— Опустить оружие!

Но его уже не слышали. Паника охватила многих. Один из магов начал читать заклинание. Счёт шёл на секунды.

Я шагнул вперёд. Тень за моей спиной сама ожила. Я поднял её не как оружие, а как щит.

— Всем стоять! — мой голос прогремел, как колокол.

И время словно остановилось. Все — и твари, и Солдаты, и люди — застыли, словно это была картинка на кристалле. Лишь их глаза были обращены на меня, а на лицах отпечаталось удивление, смешанное с испугом.

— Всем опустить оружие. Это была случайность, никому ничто не угрожает, — продолжил я.

И лишь затем понял, что не просто говорил.

Пергий поднял голову. Его глаза вспыхнули изнутри, как угли.

«Ты вспомнил, как это делается, повелитель».

Я не просто остановил их. Это была психическая волна. Невидимая. Мгновенная телепатическая связь. Они услышали и подчинились.

Воцарилась тишина. Абсолютная.

Герцог первым вышел из оцепенения и молча направился к Пергию.

— Наши страхи сильнее разума, — произнёс Варейн тихо. — Но я не позволю им вести нас. Я приношу извинения… от имени людей Альбигора. Никто не хотел вам навредить.

Пергий молча кивнул.

«Потому я не хотел заходить в Альбигор. Людям нужно время».

Позади кто-то всхлипывал. Я опустил Тень. Парень с арбалетом — тот самый, кто выстрелил — сидел на земле, словно выжатый, с пустыми глазами. Он покачивался из стороны в сторону и смотрел в одну точку.

— Взрыв… Тогда тоже был взрыв… Простите…

Я протянул ему руку и помог подняться.

— Ты больше не в Элуне, но он никогда тебя не покинет. Я понимаю это. Но тот кошмар больше не вернётся.

— Простите… Я не хотел…

— Страх заразен, — добавил я. — Но эти твари — не гибриды, ты понимаешь это?

— Д-да…

— Иди пока в повозку, — велел я. — Я скажу Юргу, и он выбьет для тебя направление в Башню Белой ткани. Они попробуют поработать с твоей травмой.

— Как… скажете.

Пергий слышал этот разговор.

«Он остался там, в той ночи. Несчастный человек».

Я молча кивнул.

Пергий стоял, вытянувшись в своей чудовищной, почти нечеловеческой грации, и смотрел куда-то поверх голов.

«Полагаю, на сегодня довольно. Мы даём вам время обдумать предложение. А пока хотим видеть Рома нашим представителем при Альбигоре. Он говорит на двух языках — вашем и нашем. Он станет мостом между нами».

Рядом раздался ропот. Кто-то явно закашлялся с подчеркнутым сарказмом. Кто-то — тихо выругался. Артан не говорил — но я чувствовал, как он смотрит.

— Это невозможно, — проронил барон Тардел. — Он… он даже не из магистров! У него нет соответствующего поста…

— Хватит, — прервал его Герцог спокойно, но с такой сталью в голосе, что Тардел заткнулся. — Принято. Пусть страж Ром станет вашим послом.

Я кивнул:

— Почту за честь.

Салине наклонилась ко мне и сказала почти беззвучно:

— Ты перешёл грань. Назад дороги нет.

— Там не было дороги, магистр.

Герцог шагнул вперёд. Поклонился — в меру, но достаточно.

— Мы услышали. И в знак уважения приглашаем вас на Совет в Альбигоре. Как равных. Как союзников. Не один лишь я принимаю решения за весь город.

Пергий покачал головой.

«Мы придём, когда вы станете едины в своих желаниях».

Пергий повернулся к своим. Твари развернулись, словно тени скользнули между камней. Без звука. Без лишних движений. И исчезли в скалах.

Мы остались стоять.

Бароны — бледные, напряжённые. Салине — задумчивая, словно уже выстраивала в голове схему следующего заседания. Герцог молча смотрел на исчезающие тени.