Страж (СИ) - Хай Алекс - Страница 28

Вспышка холодного синего света разрезала дым. Огонь с шипением отпрянул, словно обиделся.

— Хорошо, — сказал я. — Теперь по цепочке. Передаём воду, кристаллы, всё, что есть.

Я развернулся к Хвану.

— Сейчас рухнет. Как упадёт — отсекайте.

Он кивнул. Его лицо уже было трудно узнать из-за слоя сажи и копоти.

Ильга вцепилась в пламя, будто в упрямого зверя. Поток жарких вихрей сгущался вокруг неё, волосы разметались по спине. Она прикусила губу, пальцы дрожали.

Я уже собирался рвануть к ней, когда над головой что-то хрустнуло. Тень скользнула по моему плечу — и в ту же секунду балка сорвалась, летя прямо на Хвана.

— Назад! — я рванул к нему.

Он даже не успел понять, что случилось. Огромная деревянная балка рухнула сбоку, выбив опору. Я прыгнул, врезался в него плечом, сбивая с линии падения, и мы вместе покатились по земле.

Жар обжёг мне лицо. На секунду я подумал, что нас придавило — но балка упала рядом, раздробив какие-то обугленные ящики.

— Дыши, — сказал я Хвану, хватая его за ворот. — Ты цел.

Он моргнул, осознал. Резко сел.

— Цел. Да… — Он выдохнул. — Спасибо.

— Держись подальше от крыши. — Я коротко хлопнул его по плечу и поднялся. — Белотканники! Сюда!

Двое в белых мантиях тут же подбежали, начали осматривать Хвана. Я обернулся к складу и крикнул:

— Все назад! Сейчас рухнет крыша!

Где-то левее Элвина вытащила раненого грузчика — парень был без сознания, кожа на шее обуглилась. Лия помогала ей, не поднимая глаз на меня. И всё равно я чувствовал её взгляд — холодный, будто она больше не верила мне.

— Держите цепочку! — надрывался Старый Лайнер, махая обугленной перчаткой. — Кристаллы — сюда, быстро!

— Есть! — я перехватил ящик у ближайшего стража и передал дальше. — Ещё воды!

Мы работали как единый механизм. Ильга с Пламенниками стягивали поток жара, стараясь зажать его в одной точке. Остальные таскали воду, подавляли огонь, вытаскивали раненых.

Но крыша всё равно рухнула.

Мы знали, что это случится. Но успели оградить пространство от последствий.

— Прочь! — взревел Лайнер, когда крыша с грохотом провалилась.

Пламенники и наши маги окружили склад барьером, и ни одна искра не попала на площадь. Склад нельзя было спасти. Но мы спасли людей. Почти всех.

Наконец, спустя ещё какое-то время, которое я не мог измерить, пламя сдалось. Оно не погасло совсем — но подчинилось. Густой дым поднимался всё ещё, но больше не рвался к крышам.

Кто-то рядом выдохнул. Кто-то рухнул на колени.

Я тоже опёрся рукой о стену и понял, что не чувствую пальцев. И только теперь заметил, что на шее больше нет того самого амулета, который Ильга мне подарила.

— Чёрт, — прошептал я. — Только этого не хватало.

А сама Ильга металась по двору, словно искала кого-то. Она с тревогой всматривалась в лица всех, кто носил мантию, и тут же отходила в сторону.

— Кого-то ищешь, красотка? — спросил Хван.

Она отмахнулась от него, как от назойливой мухи.

— Не могу найти одного из наших. Зовут Меннар. Магус, рыжий. Он пропал.

Совещание собрали в самой большой камере форта — бывшей оружейной, где теперь стояли не ящики с клинками, а длинный стол и десяток блеклых ламп, отбрасывающих на стены тени усталых лиц.

Я стоял у стены, прислонившись плечом к камню. Пахло гарью, мокрым деревом и потом — тяжёлым, едким.

Варейн сидел во главе стола, сложив руки на грудной пластине брони. Его взгляд был тяжёлым и спокойным, как обух молота.

— Докладывайте, — сказал он без лишних слов.

Старый Лайнер, с сажей в волосах, шагнул вперёд и заговорил сиплым голосом:

— Склад номер два выгорел полностью. Склад номер три — частично. Провизия… — Он замялся и посмотрел в пол. — Потеряно около двух третей запасов, в том числе та, которую привезли из Альбигора. Точные цифры уточняются, но по состоянию на сейчас нам хватит провианта не более чем на семь дней при текущих нормах. Это если экономить.

В зале повисла звенящая тишина. Кто-то тихо выдохнул.

— Лекарское? — спросил комендант Варейн.

— Половина оборудования уничтожена, — вмешался лекарь в мантии Ордена Белой Ткани. — Часть запасов сгорела, часть испорчена дымом и водой. Список тоже уточняется.

— Скажите прямо, — бросил Варейн, медленно поднимая голову. — Если мы останемся без подвоза припасов…

— … начнётся голод и, скорее всего, эпидемия, — сказал лекарь настолько равнодушно, что мне захотелось стукнуть его по голове.

Варейн медленно кивнул и посмотрел на магистра Химваля, который стоял, сцепив руки за спиной.

— Ваши люди утверждают, что возгорание началось с внутреннего очага. Подтверждаете?

— Подтверждаю, — сухо ответил Химваль. Его голос был таким же обожжённым, как рука, которую он, казалось, почти не замечал. — Но никто из моих не работал со стихией в момент возгорания. Мы все были у себя.

— Вы уверены? — осторожно спросил кто-то из штабных офицеров. — Пламенники… известны сложностями с самоконтролем. Может, кто-то… случайно перегрелся?

— Никто, — рявкнул Химваль, сверкнув глазами. — В моём клане нет идиотов. Мы с младенчества учимся работать со стихией и знаем, на что она способна. Никто из моих людей не стал бы работать со стихией рядом со складами.

Я смотрел на него и понимал, что он говорит правду. Это был не тот случай. Пламенники — ребята темпераментные. Но не дураки.

Комендант покачал головой.

— Однако один из выживших хозяйственников говорит, что даже не заметил, как поднялось пламя. Будь это обычный поджог или замыкание в одном из артефактов, те, кто находился на складе, заметили бы это раньше и предупредили всех.

Химваль нахмурился.

— То есть вы обвиняете мой клан?

— Нет, магистр, — отозвался комендант. — Я говорю о том, что это был поджог. И, судя по всему, имело место применение артефакта либо же… известной вам магии.

Воздух стал ещё суше, чем после огня. Люди переглядывались. Никто не шевелился.

— У Пламенников нет причин так вредить Элуну, я понимаю это. Но если пожар — диверсия… — Комендант откинулся на спинку кресла, скрестив руки на груди. — То совершил её кто-то из своих. Больше некому.

По залу пронёсся ропот. Я видел, как Лия чуть опустила голову. Ильга прикусила губу и сокрушенно качала головой. Элвина медленно отступила на шаг и встала позади меня.

Химваль медленно вздохнул, глядя прямо в лицо Варейну:

— Моим людям многое можно ставить в вину. Но не это.

— У меня нет причин вам не верить, — сказал комендант усталым голосом. — Поэтому будет разбирательство. Элун — одна из важнейших ноктиумных артерий Альбигора. И я уверен, что в Городе будут не рады услышать о том, что здесь случилось.

Он подошёл к столу, опёрся ладонями о выгоревшие планы и бумаги.

— Семь дней, — медленно сказал он, и голос его стал стальным. — Это всё, что у нас есть, чтобы добыть новые припасы или победить. Потом начнётся голод.

Работы было невпроворот.

Я разгребал тлеющие балки, когда крик Ильги прорезал гул чужих голосов и треск догорающих досок. Пронзительный, как звук порванной струны.

Так кричат от боли и отчаяния.

— Меннар! — её голос разнёсся над руинами. — Меннар, нет… Нет!

Я шагнул туда, где в пепле уже копошились Пламенники, осторожно вытаскивая из-под опрокинутой балки неподвижное тело. Даже обугленные края его мантии узнавались сразу — артефактная ткань, что не горела, теперь все равно почернела.

Меннар. Один из магусов.

Я вспомнил, как вчера он смеялся, поддевал меня и Ильгу, подбрасывал горящие угли, словно это были безобидные искры. Ильга тогда шикнула на него, а он только хохотнул, как мальчишка.

Теперь этот мальчишка лежал с лицом, на котором больше не осталось ни боли, ни удивления. Только что-то пустое и чужое.

Ильга рухнула на колени, уткнувшись руками в его грудь.