Герой Империи (СИ) - Харченко Сергей - Страница 54

Астафьев прокашлялся, затем ослабил галстук и вскочил с кресла. Затем подошёл к настенному бару, открывая скрытую дверцу. Вытащил коньяк и плеснул себе в бокал, осушая его. Затем закусил кусочком лимона с блюдца, которое лежало там же.

— Это действительно великолепная новость, — пропел он, наполняя себе бокал и ещё один, который передал Леониду. — Надо её отметить. Кстати, окажите ещё одну услугу. Раз Светлов работает у вас, значит, и адрес проживания вы можете подсказать.

— Я уже всё предусмотрел, — ухмыльнулся Леонид, протягивая лист, вырванный из блокнота. На нём было то, что нужно графу.

— Прекрасно, — пристально всмотрелся в клочок бумаги Астафьев. — Вы даже не представляете, какую сейчас услугу для меня оказали. Я обязательно вас щедро отблагодарю. Но только когда мы разберёмся с последним Потёмкиным.

— Мы задавим эту сволочь, — оскалился Леонид.

— Мы? — удивился Астафьев. — Не нужно утруждать себя в этом деле. Я сам этим займусь. Ну, давайте, — поднял он бокал. — За гештальты, и их успешное закрытие.

Леонид в два больших глотка осушил бокал, выдохнул, принял из рук графа кусочек лимона и закусил им. Волна тепла прокатилась по всему телу, и настроение стало ещё более праздничным. Он немного расслабился.

— Что вы будете делать с этим щенком? — поинтересовался он у графа.

— А это уже, Леонид Владимирович, извиняюсь за прямоту, не вашего ума дело, — хищно улыбнулся Астафьев. — Я уже скоро с ним разберусь. Причём своими методами.

Я всматривался в содержимое коробки и не понимал, каким образом предмет, лежащий на красной бархатной ткани, может принести мне пользу.

Это был клык зверя. Очень необычной изогнутой формы. Но зачем он мне?

Да, магический фон я чувствовал, но тот был настолько слабым, что сомнения в его эффективности раздирали меня изнутри.

К тому же артефакт плохо сохранился. Клык обломан, несколько серьёзных сколов по бокам и множество червоточин. Понятно было, что часть зверя была добыта во время раскопок.

Покажу его оценщику, возможно, он что подскажет. Я вышел в прихожую и столкнулся с Софьей.

— А ты что здесь забыл? Планёрку ждёшь? — улыбнулась она, смотря искрящимися зрачками.

— Встречался с Вяземским, — ответил я. — Он захотел поговорить, выразить ещё раз свою благодарность.

— И сколько его благодарность сто́ит? — ухмыльнулась блондинка.

— Нисколько, он подарил мне вот это, — показал я содержимое коробочки. — Может, ты встречала такое?

— Клык… странный он, конечно, — пробормотала Софья, всматриваясь в артефакт. — Но фона магического нет. И что в нём ценного?

— Вяземский не сказал. А сам я пока не понял, — пожал я плечами. — Магический фон, кстати, есть, только очень слабый.

— Странно, что этот коллекционер ничего не объяснил… Обратись к спецам, они точно подскажут, — посоветовала Софья. — Оценщики, перекупы. Среди этого народа полно любителей таких странных вещиц.

— Как раз с одним скоро и переговорю, — улыбнулся я, выходя вместе с ней в коридор.

В ранце копошился Хрум. Он странно себя вёл. Либо предчувствовал что-то, либо это было связано с его метаморфозами. Связь между нами хоть и была, но я всё ещё не мог считывать состояние питомца.

— Как думаешь, Юдащев отстанет от нас после того, как подписали петицию? — спросила меня Софья.

— Не думаю, — ответил я, прощаясь с Филимоном, который был одет в новую форму. Тот махнул в ответ, желая отличного отдыха. — Во-первых, он сильно на нас закусился, и это его ещё больше разозлило. Во-вторых, с Палычем они уже давно воюют.

— Да, босс как-то признался, что тот его достаёт периодически, — Софья утвердительно кивнула. — Главное, не давать повода.

— Такие всегда повод найдут, поверь. Даже если его нет, — горько усмехнулся я. — Так что не расслабляемся.

— Ага, держим ухо востро, — подмигнула мне София.

Чуть позже я вернулся на съёмную квартиру. Поужинал тем, что было. Доел котлеты и гречку, покормил морковью Хрума. Аппетита у питомца в этот раз не было. Он вяло сгрыз половину моркови и начал шастать по квартире.

— Ну, что происходит? — не выдержал я, поймав Хрума, когда он пытался проскочить у меня между ног. Ёж сложил иголки, чтобы не поранить меня, но я чувствовал, как они вибрировали. — Ты меняешься?

Глаза-бусины ежа беспокойно уставились на меня.

— Ты можешь ментально ответить, — предложил я, и Хрум хрюкнул, вывернувшись. Выскочил из рук и побежал к двери. — Ты гулять хочешь, понял.

Питомцу нужен простор, возможно, он хотел что-то сделать. И я понял это, когда мы вышли прогуляться в местный парк. Пока я шёл по аллее, созерцая природу и вдыхая запах цветущих деревьев, Хрум принялся нещадно жевать траву, названия которой я даже не знаю. Да пусть ест. Только рад буду, если это ему пойдёт на пользу.

— Послушайте, уважаемый, ваш питомец так все газоны перепортит, — услышал я грубый голос и обернулся.

На меня с претензией уставился здоровяк, который держал на поводке выдру. Да, это была самая настоящая выдра, но с гладкой, поблёскивающей шёрсткой. Не надо быть экспертом, чтобы понять — это магический питомец. И здоровяка я узнал. Живёт в моём подъезде, как-то мельком видел его.

Я оглядел газон. Не очень сильно за ним ухаживает администрация. Если бы это было что-то похожее на поле для гольфа, я бы и слова не сказал.

Но заросшие поляны категорично намекали на то, что этот парк нафиг никому не сдался, чтобы тратить деньги на его благоустройство. Причём выдра этого здоровяка так же, как и мой ёж, ковырялась в траве.

— Мой питомец делает то же самое, что и ваш, — заметил я. — Какие ко мне претензии?

— Он ещё лапами роет, только взгляните, — пробасил здоровяк.

Хрум, чтобы вырвать полностью куст сорняка, принялся подкапывать его лапами.

— И что с того? Ваш делает то же самое, — улыбнулся я. — Говорите по существу, что вы от меня хотите? Поругаться?

— Я предупреждаю, — в его тоне я услышал угрожающие нотки. — Раз вы решили дерзить, пожалуй, отправлю жалобу в администрацию. За порчу имперского имущества. За это вам влепят штраф. И впредь вы будете осторожней себя вести.

— Да пожалуйста, — ухмыльнулся я, не отводя взгляда. — Пишите.

— Безобразие… — проворчал здоровяк, теряя к нашему диалогу интерес и дёргая за поводок свою выдру. — Пошли отсюда, Матильда!

Я же подозвал Хрума и взял его на руки. Сколько чудаков встречается в жизни — уму непостижимо. Вот этот — один из них. Скучно ему, видите ли, стало. Пусть напишет, но уверен, что там в ответ лишь покрутят пальцем у виска. Порча имперского имущества. Ну надо же такое выдумать!

Хрум опять завибрировал. Затем заёрзал у меня в руках и запищал. Ему было некомфортно.

— Ну что такое? Ты приболел? — спросил я.

Ёжик замотал головой. Это могло означать всё, что угодно. Но глаза его странно поблёскивали. Сильней, чем прежде. Это я связал с ближайшей магической трансформацией. Большего не приходило на ум.

Пройдя парк насквозь, а затем вернувшись в исходную точку, мы с Хрумом направились по адресу оценочной конторы «Захарченко и Ко».

Ежа я спрятал в ранец, который взял с собой. Оставлять его дома в таком состоянии было опасно, а светить редким зверем перед оценщиком я не хотел. Тем более на входе придётся, скорее всего, его сдавать, что тоже не входило в мои планы.

Как я и думал, в коридоре меня остановил охранник, проверяя специальным артефактом в виде мухобойки. Я же привычным жестом заключил Хрума в антимагический барьер, что прокатило и в этот раз.

Мы застали Захарченко в кабинете, когда он паковал бумаги в свой портфель.

— Так, я скоро закрываюсь, — с ходу начал он, застёгиваю портфель и положив его у стола. — Давайте по-быстрому посмотрим, что у вас.

— Да, сейчас, — ответил я, доставая из внутреннего кармана мешочек с жемчужинами. — Вот.

— Вы говорили, что вы хотите оценить жемчужины, — произнёс Захарченко, взяв в руки мешочек. — Я думал, что их будет больше. Хотя бы штук десять.