Герой Империи (СИ) - Харченко Сергей - Страница 52

— Кандинский, мухой к шкатулке! — зарычал в наушниках Палыч.

— Всё, я готов! — воскликнул Павел.

— Действуй, только за барьер зайди, — ответил я сквозь зубы. Напряжение нарастало и приходилось держать купол и щит одновременно.

Я понял, что шкатулка пыталась открыться. Видимо, неведомая сила решила пойти в атаку. Захотела поделиться тем добром, каким наградила Вяземского. Сам же коллекционер ёрзал на антигравитационном кресле и таращился на шкатулку, странно улыбаясь.

Павел в это время шагнул за барьер и сразу же выставил перед собой трость, с которой сорвался пучок концентрированной тьмы. Как там говорят? Клин клином вышибают?

— В-вух-х-х! — ударило в шкатулку, которая мгновенно обратилась в пепел.

— Делов-то, — довольно ухмыльнулся Павел, взглянув на меня. — Это тебе не твоя антимагия, стажёр. Тут специальная выучка нужна.

— За барьер! — зарычал Иван, когда Павел отвернулся, не спеша направляясь в сторону выхода.

Некромант не успеет не то чтобы отреагировать, даже обернуться у него не получится. Шкатулка вновь собралась из пепла, но теперь она собиралась уничтожить всех, кто находится в этой комнате. Так сказать, ответный жест.

Но удара про́клятого артефакта никто не собирался дожидаться. По крайней мере, я точно не буду этого делать.

Иван успел только рот открыть, чтобы крикнуть. Что он хотел сказать — неважно. Главное, что я успею. Более половины оставшейся энергии я сконцентрировал в одной точке. Корень зла передо мной, так чего мелочиться?

Луч выскочил из моей новы, врезаясь в потемневшую шкатулку. Он окутал артефакт серебристым облаком, обрывая все нити, которые соединяли его с жертвой. А затем из облака потянулись антимагические нити, оплетая опасный тёмный предмет. Секунда и нити перемололи шкатулку, сжимаясь в слепящую точку, которая потухла так же, как и появилась.

Вяземский завалился набок, отключаясь.

— Объект потерял сознание, — услышал я в наушниках голос Даниила. — Но пульс его в норме.

После подтверждения Павла, что тёмной энергии не обнаружено, Анна кинулась на помощь Вяземскому. Стоило Ане коснуться лба коллекционера, как страдалец ожил и принялся растерянно озираться.

Не прошло и десяти секунд, как Вяземский пришёл в себя окончательно. Затем он покосился на стол, посреди которого вился дымок. Но на том месте не было ни пепла, ни чего-то другого. Просто чёрное пятно, будто подпалина.

Но это было ещё не всё. Я заметил, что аура Вяземского слегка затемнена. По сути, это магический след от воздействующего на него проклятья. Вроде угрозы уже никакой, но чем чёрт не шутит? Пришлось задержать его на пару минут, извлекая и развоплощая её тёмную составляющую.

Когда Вяземский услышал, что его проблема решена, он растерянно улыбнулся.

— Теперь вы в безопасности, — успокоил я его. — Мы сняли проклятье.

— Точно? Вы уверены? А если это продолжится? — испуганно оглядел он нас, когда мы направились к выходу из зала.

— Не продолжится, — ответил я. — Будьте уверены и можете быть спокойны.

Нас встретили безопасники. Андрей сразу же протянул нам формуляр протокола.

— Прошу заполнить и описать всё, что происходило в той комнате, — холодно обратился он к нам.

— Скажите им, что я сам займусь протоколом и отчётом по этому случаю, — рявкнул в наушниках Палыч.

— Семён Павлович всё сделает. Перенаправьте ему документы, — велел Иван. — А пока мы проводим мужчину к выходу.

— Нет, это не по уставу, — нахмурился Андрей. — Давайте не будем раздувать конфликт на ровном месте. Иначе могут быть последствия.

— Вы не поняли, — вышел я вперёд. — Мы изрядно устали, и отчёт может подождать. К тому же, наш начальник сообщил, что сам его заполнит.

— Нет, это приказ Леонида Владимировича Юдащева, — подошёл ко мне Андрей.

По комплекции он был чуть выше меня и шире в плечах, поэтому и попытался сыграть на этом.

— Куда ты лезешь, стажёр? Опять хочешь нарушить правила? — процедил Андрей, стараясь меня подавить взглядом, но я не хотел отступать. Тут уже дело принципа, и команду свою я в обиду не дам.

— В уставе об этом ничего нет, поэтому сейчас ты и твой начальник обостряете обстановку, — ответил я.

Мне было несложно заполнить документы, но тон Андрея мне совсем не понравился.

Приказы начальства вышли прямо противоречивыми, но вместо того, чтобы спокойно разобраться, Андрей решил идти до конца.

— Да вы в своём уме⁈ Что за наезды⁈ — зарычал Павел, добавляя масла в огонь.

— А ты, Паша, не вмешивайся, — безопасник выставил указательный палец в сторону некроманта.

— Семён Павлович, нас тут заблокировали сотрудники из СБ, дерзят, — услышал я в наушниках голос Ивана.

— Дайте этому засранцу кто-нибудь наушники! — загромыхал Палыч. — Я ему объясню, кто и что должен.

— По-моему, с вами хотят поговорить, — улыбнулся я, снимая с себя переговорное устройство и передавая их Андрею.

Безопасник покосился на них, затем накинул их на уши и отошёл. Я был без средства связи, но даже так прекрасно слышал резкий голос Палыча, который учил уму разуму замначальника СБ.

— Ну Палыч даёт, — тихо проговорил Иван. — Прям бьётся за правду.

После пяти минут напряжённого разговора Андрей вернулся к нам. По его лицу было понятно, что Палыч его прокатил лицом по уставу. Да так, что лицо это было бледным и растерянным.

— Возьмите, — протянул он мне наушники. — Можете идти.

Мы вышли в холл, затем разделились. Мы с Иваном пошли провожать Вяземского, Анна с Павлом двинулись в зал ожидания.

— Сложно было избавить меня от этого наваждения? — поинтересовался коллекционер, когда мы прошли проходную и оказались на ступенях.

— Скажите спасибо, что у нас в отряде есть первоклассный антимаг, — положил руку на моё плечо Иван.

— Так это вы меня спасли! — воскликнул Вяземский. — Я вам очень признателен. Очень… Вы даже не представляете, какое отчаяние я испытывал, когда собирался к вам.

— Как раз-таки представляем, — ответил я. — В нашей команде есть эмпат, который прочитал ваши эмоции.

— Будем считать, что мне повезло, — тихо ответил Вяземский.

— Тут дело не в везении, — ответил я. — Вы правильно сделали, что решили приехать именно к нам.

Сойдя со ступеней, коллекционер хотел ещё что-то сказать, но ему этого сделать не дали. Подъехал комфортабельный автомобиль, чем-то напоминающий роллс-ройс. Из салона выскочила испуганная молодая женщина в белом обтягивающем платье.

— Верочка, со мной уже всё хорошо! — распахнул объятия Вяземский. — Я избавился от этой напасти, представляешь⁈

— Котёнок, ты меня так напугал. Я прочитала прощальную записку, — захлюпала носом барышня. — Как только увидела, сразу поехала сюда. Надо в больницу, провериться.

— До свидания! — махнул он нам, уволакиваемый за руку супругой, которая удивлённо посмотрела в нашу сторону.

Вяземский сел в машину, и та сразу же сорвалась с места, исчезая за поворотом.

— Ещё один успешный и очень любопытный вызов, — пробормотал Иван, ухмыльнувшись. — Хотя даже не вызов. Как это назвать… — пощёлкал он пальцами.

— Самовызов, так будет правильней, — хмыкнул я.

— Логично, — прищурился Иван, изучающе взглянув на меня. — А ты мне всё больше нравишься, стажёр. Твои методы прям идеальны. Будто всё знаешь наперёд.

— На самом деле я импровизировал. В школе спасателей и не такому научат, — засмеялся я, когда мы зашли в главное здание центра и прошли к рамке.

— Это верно. Я как-то был в этой школе, выступал с мастер-классом. В ней много талантливых преподавателей. А есть среди них такие самородки, что диву даёшься, — кивнул Иван. — Но многое ещё зависит от ученика. Ты целеустремлённый и талантливый. А это в нашем сложном и жестоком мире самое главное.

Мы вернулись с Иваном к команде. Нас поздравили с очередной победой. Даже Павел, что меня удивило, пожал мне руку, признав, что сработал я как профи.

Затем зашёл Андрей, извинившись за своё поведение. В протоколе, который заполнил Палыч, была зафиксирована чистая работа нашей группы. Представляю кислую физиономию Юдащева. Ведь снова прицепиться не к чему.