Адептка с огоньком, или Искра для последнего дракона (СИ) - Фабер Майя - Страница 69

— Что бы Эланд ни задумал, а все ценное он уже припрятал.

— Не удивительно, — согласился Шейн. — Вряд ли он сейчас чувствует себя в безопасности во дворце.

— Или не только себя, — кивнул Адриан. — Он сделал ставку, и она не на Империю. Впрочем, сомневаюсь, что все так просто. Он еще здесь — значит, видит разные варианты.

— Это-то мне и не нравится, — пробурчала Миранда. — Слишком он позаботился, чтобы не осталось никаких улик. Что бы он ни задумал, нам еще аукнется. Особенно мне.

Я была полностью с ней согласна. Может быть, не с последним предложением, но с утверждением в целом — вполне.

Глядя на растрепанную Миранду, я подумала, что она и в самом деле могла оказаться моей сестрой, если Маркус не солгал мне хотя бы в этом. Но я не видела причин для лжи. Согласись я каким-то чудом на его предложение, и правда раскрылась бы очень быстро. Значит, он этого не боялся. Не боялся признать меня дочерью во всеуслышание. Сомнительное удовольствие.

Я откинулась назад и прильнула к плечу Адриана, снова впитывая его теплое спокойствие. Если демоны питались только страхом, то из меня вышел бы бракованный экземпляр. Я ощущала себя неуютно, почти виновато. Скажи я сейчас правду, что Эланд задумал выменять меня у демонов на власть, и лишусь этой ниточки с подпиткой, за которую так держалась. А без нее я сорвусь. Впрочем, Адриан всегда предполагал, что такой вариант действий Маркуса возможен, а меня следовало хорошо охранять. Эланд не сказал ничего нового, что мы не рассматривали или не ожидали. Кроме… личного. А оно пока касалось только меня.

Адриан поцеловал меня в макушку. Словно намекнул, что он так легко не отстанет. От него не могло укрыться, что Эланд отсутствовал за столом вместе со мной.

— У императора не так много секретов, — в свою очередь доложил Шейн. — Влезть в его кабинет оказалось даже легче, чем понять, что творится внутри. Много бесполезных донесений, устаревшие карты и выпивка. По фронту почти ничего, что мы еще не знаем.

— Почти? — заинтересовался Адриан.

— Любопытны лишь доклады о восстаниях и дезертирах. Люди отказываются подчиняться приказам и не единично, а массово и вполне организовано. Если так пойдет и дальше, столицу просто сдадут без боя. Частично это наши люди, они ждут твоего слова. Но в приграничье ситуация не лучше.

— Они просто не видят, за что им сражаться, — подвел итог Адриан. — Предпочитают понадеяться на милость врага, чем защищать собой тирана, приносившего только голод и плети.

Воспользовавшись тем, что парни принялись обсуждать расположение войск и приказы, которые следовало передать людям Дайса, я соскользнула с кресла и, скрываясь в уборной, поманила за собой Миранду. Она нехотя поплелась за мной — ей явно больше нравилось греть ушки во время разговора.

— Ты нашла что-нибудь для меня? — в нетерпении зашептала я, когда Миранда наконец прикрыла за собой дверь.

— Не совсем, — признала она. — Оставаться долго в библиотеке было опасно, а там все переворошили и быстро ничего не найдешь. Но с утра я спросила у матери старую книгу с основами нашей магии, которую она сама рисовала для меня, когда я была маленькой. К сожалению, я ничего из нее не помню. Со мной занимался отец, а он запрещал записывать хоть что-то. Я должна была запоминать все сама или пробовать до тех пор, пока не получится. Чтобы никто не узнал лишнего.

Я понимала, что она пыталась сказать. Знания о демонах в Империи были весьма скудны, несмотря на многовековую историю столкновений. Да, мы знали, что они умеют, какое обличие принимают и чем атакуют. Но это были внешние проявления. Демоны никого не допускали вглубь своих земель, как и вглубь своих душ. А пленные предпочитали убивать себя раньше, чем выдадут какой-либо секрет, который помог бы уничтожить их сородичей. Честно признать, я даже не надеялась, что Миранда отыщет хоть что-то.

— И что она?

— Я с трудом смогла заткнуть ее визги, что я точно беременна. Пока отец не услышал.

— Прости.

— Не страшно, — отмахнулась Миранда. — Думаешь, что ты демон?

— С чего ты… — опешила я.

— Ну кем-то же ты должна быть, — вздохнула она. — Адриан предполагал и такой вариант. Давно, прямо перед нападением на Академию. А потом он… ну… запретил проверять. Потому что не было никаких признаков. Если бы проверили, то результаты быстро дошли бы до моего отца. Запрещать было тоже тяжело, но безопаснее. К тому же я ничего в тебе не чувствую. Да и Адриан боялся, что это сломает тебя, поэтому не хотел даже озвучивать без доказательств.

Я мысленно поблагодарила мужа. Тогда, без связи с ним и его чувствами, для меня все могло пойти иначе. Мне в то время и так казалось, что я схожу с ума. Я вдруг поняла, что Эланд точно знал, что делал, дождавшись со своими откровениями конца первого ритуала. Рассчитывал, что я отнесусь к его предложению рациональнее. Еще никогда я не ненавидела кого-то так сильно.

— Нет, не думаю, — ответила я помедлив. — Тем более, ты сама говоришь, что ничего не чувствуешь. Я просто размышляла, чем могла бы помочь с помощью своей силы. Вдруг что-то навело бы меня на мысль.

— Мама думает, что книгу забрала императрица. Наверное, тебе стоит сходить с этим к ней.

И почему я даже не удивилась?..

Глава 77. Целительница

— Можешь отвести меня к ней? — попросила я, оценила скептический вид Миранды и добавила: — Экскурсию мне до сих пор не проводили.

— А надо экскурсию?

— Нет уж! — открестилась я.

— А ты не хочешь переодеться?

Я моргнула, а потом опустила взгляд на юбку, перепачканную в крови, и мне жутко захотелось застонать. На пути из часовни меня занимали другие мысли, а внешний вид неудобств не доставлял, так что я совсем забыла об этом. Адриан же незаметно заменил повязку на новую, а к крови на его рукаве за эти дни все привыкли. Мы собирались обсудить исчезновение раны позже, но обоим было ясно, что афишировать это не стоит. Во-первых, потому что она могла открыться снова, а во-вторых, сначала Адриану предстояло выслушать мнение семьи по поводу проведенного без нее ритуала. Возникло ощущение, что количество тем, которые нам предстояло обговорить, росло с каждым часом. Но я понимала его. Сейчас ему хотелось сбежать от этого так же, как мне — от откровений о своем отце. Нужно время, чтобы осмыслить то, что казалось неизменным почти два десятка лет.

Я попросила Миранду сбегать за чистой одеждой, а сама повернулась к зеркалу. Смотрела на свое отражение, пытаясь собраться с мыслями, и казалась себе совсем чужой. Незнакомой. Уставшей. Я похудела еще больше, так что щеки почти пропали, а подбородок выглядел острее. И без того бледная кожа казалась серовато-белой, особенно там, где на нее ложилась тень от волос. Глаза потемнели. Ни дать ни взять — демон. Только у Миранды даже тело менялось.

И моя внешность изменится, если получу полную силу. Странно. Я никогда не была похожа на маму. Да и ни на кого в Эгертайхе. Но меня это почти не волновало. Тогда я еще не знала, что была всего лишь созданием редкой магии. А теперь я переживала, что стану слишком похожей на… него. Или всегда была такой, просто наконец выясню это. Увижу своими глазами. Что, если собственное отражение в зеркале не будет позволять мне забыть о нем?

Наивная. Я просто умру раньше, чем успею посмотреть на свою темную половину.

Эта мысль не вызывала у меня эмоций. Она словно относилась не ко мне. Не могла относиться.

Миранда, казалось, притащила все, что вообще нашла в шкафу, а пока я переодевалась, с энтузиазмом предложила:

— Хочешь, я скину тебя с крыши дворца?

— Ага, — протянула я. — Именно то, что мне нужно.

— А что? Я же поймаю, просто не сразу.

— Если я об этом знаю, то потрясением точно не будет, — засмеялась я.

— Ну хоть развлеклись бы, — отозвалась она.

А я была вынуждена признать, что Миранда ни капельки не поверила в то, что я спрашивала про полную силу не для себя. Сама того не зная, она подтвердила версию Эланда. Магия демонов не проявлялась в людях, это знали все. Но только потому, что крови демонов было меньше. А было бы больше — демон бы и родился. И только я стояла посередине, нарушая привычный порядок вещей. Две сущности, что связаны, но не едины. Я могла поспорить на что угодно, что, получи я вторую ипостась, Миранда не почувствовала бы человека.