Медсестра-заклинательница - Сэран Чон - Страница 30

– Да нет, особо…

– Я тоже поговорил с директором, уперся он ни на шутку, – сказал Инпхё, немного поморщившись. Он сочувствовал Тэхыну и выразил таким образом свое скрытое недовольство, открыто не критикуя директора.

– Если уж говорить начистоту, позиция директора не очень соответствует политике нашей школы. Я думаю, покойный основатель школы сильно расстроился бы, если мы выберем учебник, на котором настаивает директор.

Тэхыну понравилось, что Инпхё назвал своего дедушку более официально, «основателем». Все это и так знали, но Инпхё соблюдал дистанцию и вел себя тактично. Тэхын и до этого читал про основателя и решил, что человек, проживший 80 лет – с 1920-го по 2000-й – и не запятнавший свою биографию, достоин уважения. Прожить так двадцатый век было непросто – в этом Тэхын был уверен. Когда был объявлен набор учителей в школу М, он подал документы именно в нее, ведь она была основана порядочным человеком.

– В медпункте есть вкусный черный чай, хотите выпьем по чашечке?

В обычное время Тэхын бы вежливо отказался, но на этот раз, непонятно почему, решил пойти вместе с Инпхё. Решение было импульсивным – раз у него трудности, лучше пойти за спасателем, решающим проблемы. Конечно, он не собирался изливать ему свою душу, но подумал, что чашечка чая после обеда пойдет ему на пользу.

Только они вошли в медпункт, медсестра, о которой поговаривали, что она встречается с Инпхё, включила чайник. Тэхын обычно не болел, поэтому оказался здесь впервые. Он до сих пор думал, что хорошо знает школу, но, оказывается, он бывал далеко не везде. Он с любопытством оглядывал кабинет. На столе медсестры была разложена схема, он сразу узнал на ней школу.

– Это же школа? – с любопытством спросил Тэхын. Ынён, готовившая на другом столе чай, обернулась. На лице ее читался вопрос: «А это?», который сменился сомнением – «Сказать или нет?»

– Говоря начистоту, мне снится один и тот же кошмар. Во сне я постоянно заточен в школе. Странно, правда?

– А что странного?

Тэхын кивнул, подумав, что у медсестры в школе тоже хватает стресса.

– Я все время забочусь об учителях, а ты только и делаешь, что жалуешься на школу. Обидно! – пробубнил Инпхё в адрес Ынён – он, в отличие от Тэхына, умел проявлять свое недовольство.

– И зачем тебе план школы?

– Я где-то читала, что во сне восприятие пространства искажается, и даже в хорошо знакомом месте можно легко заблудиться или оказаться запертым, поэтому, когда ты видишь кошмары, лучше всего нарисовать это пространство перед сном или стрелками указать дорогу к выходу. Говорят, это помогает.

– Ясно.

Уже пятую ночь подряд Тэхын видел во сне аудиторию с мертвецами, поэтому подумал, что хорошо было бы из нее выбраться.

– А где вы достали этот план?

– М-м? Он вам тоже нужен? Могу дать, – быстро вмешался Инпхё.

– Спасибо! Я часто вижу сон, в котором не могу выбраться из класса, – Тэхын принял предложение Инпхё, размышляя, кто же на самом деле заточен: он или мертвецы. Когда-то он читал в интернете истории людей, которые во сне разными способами пытались понять, что это сон. Тэхын подумал, что он тоже может попробовать. Ведь, если ничего не предпринять, не ясно, сколько так будет продолжаться.

В ту ночь Тэхын несколько раз изучил план школы и, положив его на столик у кровати, лег спать. То ли из-за этого, то ли благодаря самовнушению на этот раз ему удалось выбраться из класса, но мертвецы пошли за ним. Стоило Тэхыну открыть дверь, как они все разом встали, скрипя стульями. Этот звук казался ему слишком реальным, от чего он сильно удивился. Люди цвета сепии последовали за Тэхыном в коридор. Он боялся, что они неожиданно на него нападут, но этого не произошло. Соблюдая дистанцию, они, шаркая, следовали за ним. Пространство во сне не отличалось от реальной школы – ниикаких неожиданных поворотов, которых не было на плане, никаких дверей, которые не открывались. Поэтому Тэхын не заблудился, а спокойно двигался, следуя по плану в голове, и почувствовал, что кто-то за его спиной играет на дудочке старую романтичную песенку про человека, вольного ходить, куда он захочет.

Тэхын открыл стеклянную дверь в западный вестибюль, ощутив ворвавшийся с улицы воздух, ощутив по-настоящему, будто не во сне. И запах, исходивший от мертвецов – не то запах старых письменных принадлежностей, не то испорченной туши – стал слабеть. Запах? Как можно чувствовать изменения запаха во сне? У меня нет такого живого воображения. Даже во сне Тэхын подумал, что это странно.

– Выходите, я все понял – это из-за учебника. Я сделаю все как надо, чтобы вы не переживали, – он заговорил, и голос его стал обычным. Когда он вышел из класса, удушливое ощущение в горле потихоньку исчезло. Он успокоился, но мертвецы не уходили. Они стояли с выражением лица, как на старых фотографиях.

– Вы можете мне сказать, куда вам надо?

Стоя перед молчаливыми людьми, Тэхын почувствовал отчаянье и в этот момент проснулся. Было такое ощущение, будто они его отпустили, даже верхняя часть его туловища поднялась вверх, словно пружина. Несмотря на увиденный кошмар, в теле чувствовалась легкость. Наверно поэтому он подумал, что это не кошмар, что у мертвецов не было намерения ему навредить – у них вообще не было никакой цели. Может быть, они пришли ко мне, потому что сами не знают, чего хотят? Может быть, они ждут, чтобы он указал им, что надо делать?

На следующую ночь, ложась спать, Тэхын изменил конечный пункт. У него был старый синий карандаш, которым он проверял контрольные – красного в его шкафчике не нашлось – и четко нарисовал им стрелки.

Раз мертвецы сами не знают, что хотят, но желают что-то решить, тогда надо отвести их к тому, кто все эти вопросы решает.

И он синими короткими стрелочками жирно указал дорогу в сторону кабинета директора.

Тэхын подумал, что, если на этот раз мертвецы не добьются своего, ему придется довести их до дома директора, но последнего сна оказалось достаточно. Когда Тэхын открыл дверь в кабинет директора, мертвецы по очереди вошли туда. Кто-то уселся на гостевой диван, кто-то – на пол. Больше Тэхын их не видел. Спустя несколько дней директор школы ушел на больничный, и, пока его не было в школе, рассмотрение и решение по вопросу выбора учебника прошло гладко.

Вернувшись на работу, директор выглядел ослабленным и, отработав до конца года, ушел. Ушел, даже не доработав до пенсионного возраста. На прощальном банкете никто не выразил своего сожаления по поводу его ухода. Тэхын было подумал, что это из-за него, но совесть его была чиста.

С тех пор Тэхын стал не таким умеренным. Это происходило постепенно, в течение нескольких лет. Но он изменился. Школьники часто задавали ему неудобные вопросы: почему избран такой плохой человек, почему положительные изменения всегда сходят на нет или почему история течет не только вперед, но и назад. Раньше Тэхын избегал таких вопросов, но теперь всячески старался объяснить. Он не касался острых моментов и отвечал осторожно, но в школу все равно поступали звонки от недовольных родителей. На сабантуях с коллегами Тэхын уверенно заявлял, что детям надо объяснять важные вещи, несмотря на жалобы родителей.

– Так. Дети, помните, что на следующих выборах у вас тоже будет право голоса, – Тэхын обычно говорил эту фразу, если школьники не соглашались с его сдержанными объяснениями, не принимая мир, созданный взрослыми. Услышав эти слова, в их глазах появлялся блеск. Именно этот блеск помогал Тэхыну не терять надежду. Новое поколение всегда умнее предыдущего. Эти дети будут намного лучше, чем мы, и я правильно поступил, не дав ход такому дурацкому учебнику.

Иногда на уроках его взгляд надолго останавливался на фотографиях, напечатанных в учебнике. У него было такое чувство, что эти лица были ему знакомы, словно он видел их несколько раз во сне… Но узнать кого-либо он не мог, фотографии были слишком размытыми. Глядя на их лица, он продолжал говорить мощным голосом.