Танцующая с бурей - Кристофф Джей - Страница 48

Он повернулся к своим людям и кивнул.

– Выдвигаемся.

23. Выход на поверхность

Их много.

Они пробираются на поверхность сквозь вонючие трещины во Вратах ада Йиши, слушая зов Правителя Красных Костей. Вскакивают со своего каменного ложа, лезут из ям с протухшей кровью. Грохот барабанов эхом разносится по убежищам тьмы, призывая их выйти на свет ночи.

Слуги глубокой тьмы. Скрючившись, сидит она на горе из костей в тусклых глубинах подземного мира Йоми, с пустыми глазницами и черным чревом, с потемневшим обручальным кольцом, зажатым в бескровной ладони. Она – та, которая пирует во тьме, Производительница демонов, Королева голодных мертвецов. Она – та, которая зовется Эндзингер в «Книге десяти тысяч дней». Демоны – ее слуги, ее верноподданные, ее дети. Темной вздымающейся волной они проникают сквозь щели в каменных глыбах в мир, который она обещала уничтожить, просачиваются один за другим, пока не заполнят собой все, возвещая Последний День.

Их шаги по земле – словно толчки землетрясения. Их мечи остры, как бритвы. Их дубинки могучи, как стволы деревьев. По шипам растекаются черные слова, пульсируя в венах, наполняя их мрачной яростью из-за погибших собратьев.

Вой, стон, вопли, призывающие пролить кровь.

Гимн Эндзингер.

Юкико с ножом в руках спряталась в ветвях дерева рядом с Буруу, проникнув в мысли арашиторы. Острый взгляд орла пронзает самые мрачные тени. В лесу не слышно ни звука, кроме трепета крошечных зверей и птиц, отражавшегося в пульсации ее крови. Но она знала – они близко.

Она погрузилась в кеннинг, напрягая все силы и чувства, кожей ощущая ужас маленьких теплых существ при приближении о́ни: толпа гигантов, ряды черепов, горящие во тьме глаза, топот ног по земле – испуганные зверушки посылали едва различимые образы, разбегаясь во тьме.

Кагэ примостились на деревьях рядом с ней – просто тени на черно-зеленом фоне, которые шевелятся и дрожат под ночным ветерком. Юкико видела Каори с обнаженным вакидзаси в руке, закаленная сталь покрыта черной сажей, чтобы не блестела под вспышками молний или рассеянным лунным светом. По небу неслись темные облака, глухим рокотом извещая о приближающемся муссоне. Грохнул гром, Юкико вздрогнула, а Буруу в промежутках между раскатами мурлыкал, словно котенок. Гром отзывался в его груди, когда он с тоской смотрел на собирающиеся вверху облака.

Кагэ собрались в группы по три-четыре человека на дереве. Исао растянулся на ветке над головой Юкико. Она подняла голову и увидела, что он смотрит на нее прищуренными глазами. Шепотом она спросила:

– Откуда вы знаете, что демоны пойдут именно здесь?

Мальчик поднял маску и плюнул вниз на листву. Он долго смотрел на нее тяжелым взглядом, потом ответил:

– По горе можно пройти только здесь, – он кивнул на запад. – Там везде ямы с ловушками, и они идут в этом направлении. Мы готовились к этой ночи целую вечность. Хотя, по правде говоря, думали, что к нам придут люди из плоти и крови, а не о́ни. Железные самураи и бусимены. Слуги твоего сёгуна.

Юкико почувствовала невольное восхищение в груди Буруу.

Тебе нравятся эти Кагэ.

ОНИ ВИДЯТ. ОНИ ЗНАЮТ.

Что это значит?

ОНИ ПРЕВРАЩАЮТ СЛАБОСТЬ В СИЛУ. ОНИ ИСПОЛЬЗУЮТ ЗЕМЛЮ. У НИХ НЕТ ЗАГРАЖДЕНИЙ ИЗ СУХИХ ДЕРЕВЬЕВ. НЕТ КАМЕННЫХ БАСТИОНОВ. ИХ МАЛО, НО ОНИ ВЫСТУПАЮТ ПРОТИВ МНОГИХ. И НЕ БОЯТСЯ СМЕРТИ.

Фанатики никогда не боятся.

ОНИ ПОБЕДЯТ. ПУСТЬ НА ЭТО И УЙДЕТ СОТНЯ ЛЕТ, ОНИ БУДУТ БОРОТЬСЯ С ТВОИМ СЁГУНОМ. БУДУТ СЖИГАТЬ ЕГО ПОЛЯ И ГОРОДА. УХОДИТЬ В ТЕНЬ. ТУДА, ГДЕ АРМИЯМ ДО НИХ НЕ ДОБРАТЬСЯ. ОНИ СРАЖАЮТСЯ НЕ ЗА ЖИЗНЬ. ОНИ СРАЖАЮТСЯ ЗА ИДЕЮ.

Глядя в темноте на грозового тигра, она ясно осознавала, как сильно он изменился с момента крушения. Его животный инстинкт, первобытная агрессия смягчались изяществом мышления, сложными рассуждениями, слишком человеческими побуждениями, просыпающимися во время их общения. Она поняла, что их связь меняет его, что ее человеколюбие проникает в него, как впитываются в ткань пролитые чернила для ирэдзуми. Он становился другим.

Но как изменится она?

Он не мой сёгун, Буруу.

Он моргнул, покачал головой.

ТАК. ЗНАЧИТ ТЫ ТОЖЕ РОНИН?

Я не могу быть ронином. Я никогда не была самураем.

СМОТРИ. КРАСНОЕ НЕБО. ЧЕРНЫЕ РЕКИ. ТЫ ЗНАЕШЬ.

Она вздохнула, провела рукой по глазам.

Я ничего не знаю.

Она снова посмотрела вверх и заметила, что Исао все еще наблюдает за ней с неприкрытой враждебностью.

– На что ты смотришь?

– На слугу моего врага, – буркнул он, отводя взгляд. – Не надейтесь, что вас будут оплакивать здесь, если демоны убьют вас.

Буруу зарычал, мягко, низко. Юкико успокаивающе погладила его. Вдруг грозовой тигр напрягся и слегка приподнялся на лапах, вздыбив шерсть. Юкико закрыла глаза и, вглядевшись вдаль, увидела, как движутся во тьме высокие силуэты, оставляя за собой крошечные кроваво-красные искры. Она отогнала пронзивший ее ужас.

– Они идут, – прошептала она Исао.

Мальчик кивнул и прижал ладонь ко рту, издав стрекот цикады. Звук эхом разнесся среди деревьев, словно там разместился целый хор насекомых, вооруженных острой сталью. Тени слегка шевельнулись – оружие наготове, руки покрепче обхватили рукоятки. Казалось, что мир на мгновение затаил дыхание, как перед глубоким погружением. И тут ослепительно сверкнула молния, грохнул оглушительным раскатом гром и хлынул дождь.

Его струи журчали по листьям, образуя серую пелену перед глазами о́ни, с грохотом топающих через лес. Они шли в полном беспорядке – только тэцубо и мечи длиной в десять кулаков кромсали подлесок, только светились глаза в темноте да раздавались гортанные каркающие голоса. Язык их был слишком зловещ для человеческого уха. Кожа бесчисленных оттенков синего – от лазурного до полночной тьмы – была покрыта каплями дождя. Клыки из слоновой кости и ржавого железа. Налитые свежей кровью глаза. За ними тянулась полоса измятой зелени, срубленных кустов, сок из которых стекал и впитывался в затоптанную землю.

Боги, как их много.

Снова грянул гром.

СКОРО ИХ СТАНЕТ МЕНЬШЕ.

Демоны подошли ближе, пробираясь сквозь изумрудно-зеленые заросли и дождевую завесу. Кагэ замерли, пока орда не прошествовала под ними дальше, перебрасываясь черными словами под звуки грома, и никто из них не глянул вверх своими красными глазами. Когда последний о́ни достиг их укрытия, в темноте раздался стрекот цикады, подхваченный множеством теней, которые вдруг пришли в движение.

С деревьев посыпались фигурки людей, пронзающих спины о́ни мечами и копьями. Раздались страшные крики, запузырилась, зашипела под дождем черная кровь. Над ужасными смертельными ранами заклубился пар. Отрубленные головы, перерезанные горла, вспоротые животы, из которых вываливались и дымились в темноте внутренности. У первых павших не было никаких шансов на спасение.

Орда развернулась на вопли своих собратьев, мигая в темноте. Они видели груду тел, валявшихся на мертвых листьях, и тени людей во тьме. Предводитель в костяных доспехах и в шлеме из черепа древнего морского дракона поднял вверх кроваво-красную кость и гортанно проревел приказ на языке, которым не владел никто из Кагэ, но смысл и так был всем понятен.

И битва началась.

Буруу вонзил когти в ветку, когда мимо них вихрем пролетел Исао, расшвыривая вокруг черные звезды сюрикенов. Юкико почувствовала, как растет внутри арашиторы жажда крови, и волосы у нее встали дыбом, когда по его крыльям побежали электрические искры. Ощерившись, она зарычала вместе с ним и впилась ногтями в ладони.

САДИСЬ КО МНЕ НА СПИНУ.

Что?

ТЫ СЛЫШАЛА. ПОЛЕТЕЛИ СО МНОЙ.

От изумления Юкико моргнула, но запрыгнула на плечи арашиторы, сжав бедрами его бока и одной рукой ухватившись за гриву из перьев. Буруу расправил крылья и бросился во тьму. Юкико успела лишь вдохнуть, а когда выдохнула, мир уже летел им навстречу.