Мешок – Гюрза (СИ) - Шоумент Винсент - Страница 8

— Мне кажется, ты чересчур устаёшь. Пыль не помогает?

— Да что вы заладили с этой пылью… Я не знаю ничего о пыли. Света отправила меня к тебе, чтобы я узнал. И вот я здесь…

Ниннель нахмурилась. Она держала в руках кружку с чаем, которую уже намеревалась запульнуть либо в стену, либо пойти к Горохову и запульнуть её в него.

Но, сдержавшись и от того, и от того, поставила её на стол.

— Всё весьма просто, но привыкнешь ты не сразу, скажу тебе так…— Нэля присела за стол и посмотрела на уставшего Войлу.

— Приспособу, чтобы камни перетирать, я тебе дам. Каждый камушек весит по три грамма, из этого расчёта делишь его на три дозы, которые можно вдохнуть. Действие пыли длится две минуты… Ты можешь силой воли сделать так, чтобы пыль перестала оказывать на тебя своё влияние, но… Она не отсрочит действие дозы пыли. К тому же, далеко не у всех новичков получается с первого раза это сделать, придётся набираться опыта.

— И сторчаться нахер…— продолжил Войла, за что получил своевременный подзатыльник, даже не оторвав голову от столешницы. Раздалось тихое «Ай».

— В общем, полезная вещь. Ещё свойства пыли можно передать не только человеку, но и предметам. Но я в это не вникала…

— Отлично, информация супер полезная. Благодарю,— Войла поднял голову и встал из-за стола, с весьма усталым выражением лица.

— Эх… Тебе ещё учиться и учиться… Ладно. Ступку возьмёшь в шкафчике, если вдруг ещё не ложишься спать. А я пойду на смену.

— Удачи.

Войла сопроводил взглядом Ниннель, которая предусмотрительно взяла с собой кружку с чаем. Что-то ему подсказывало, что в следующий свой визит в кабинет с табличкой, он обнаружит на месте либо нового человека, либо всё того же Горохова, только с бинтом на верхней части его тупой жирной рожи.

Гуляев хмыкнул и развернулся, направившись в свою комнату.

Пройдя расстояние в три шага, он открыл дверь, ввалился внутрь, плюхнулся на раскладушку и подтянув к себе рюкзак, достал из его кармашка горсть камней. На свету камни отсвечивали и переливались.

— Значит, пыль…— Войла выудил из горсти прозрачный камень. Сталкер убрал остальную горсть обратно в рюкзак и принялся рассматривать камушек. А потом, гыгыкнув, тут же сорвался с места и вышел из комнаты, вернувшись тем самым на кухню.

Поиск ступки не занял много времени. А так же, небольшого куска белого пергамента, который обычно использовался для выпечки, но в этот раз будет использоваться совсем по-другому.

После того как сталкер уселся за стол, он растерял всякую тягу ко сну. Теперь перед ним стояла новая задача, которую он во что бы то ни стало выполнит.

Кинув камень в ступку, он стал осторожно размалывать его на мелкую фракцию. По достижению оной, перехватил пестик поудобнее, начиная усиленно превращать получившееся сырьё в пыль. По итогу, стряхнув остатки пыли с инструмента на пергамент, на вид действительно получилось грамма три прозрачной пыли. Выглядела как кучка пороха, высыпанного из трёхлинейного патрона. Объём плюс-минус тот же. Правда, пыль была с лёгкой примесью мути из-за разбившихся на мелкую фракцию частиц, и больше смахивала на белую.

Разделив пыль на три визуальные порции, Войла запечатал оставшиеся две в небольшие, с мизинец размером, конверты. А вот третью он долго мусолил взглядом.

Ему, конечно, доводилось торчать. И не раз, учитывая его «богатое» прошлое, включавшее в себя исследование действия всевозможных наркотиков. Но, почему-то вид безобидной пыли, которая не должна была иметь побочных последствий, его натурально отпугивал.

— Ну… Была не была,— Войла наклонился, и, подобрав рукой уголок пергамента, глубоко вдохнул граммульку.

После затяжного вдоха, Гуляев почувствовал как в висках запульсировала кровь. Сам Войла, собственно тоже пульсировал. А так же кашлял, сипел, хрипел, и кажется, разваливался на ходу как старые «Жигули». Всё, что снюхивалось — уже давно было не его темой, особенно на фоне рака лёгких.

Вдоволь накашлявшись, Войла раскрыл глаза и осмотрелся. На удивление, своих рук он не увидел. Ощущение было мягко говоря, необычное. Но, Войла просто так сидеть и тупить не стал. Ибо, план, который он решил осуществить, не покинул его голову вместе с мокротой, а значит, должен был быть исполненным.

Покинув квартиру, Гуляев торопливым шагом спустился по лестнице, минуя постояльцев, чтобы не раскрыть себя раньше положенного времени.

Стараясь быть тихим, сталкер дошёл до стойки регистрации и встал возле неё. Нэля как обычно скучала и наводила мелкий порядок, протирая столешницу влажной тряпкой. Как хорошо, что пыль не позволяет увидеть тупую улыбку Войлы, застывшую на его лице.

Если действие пыли действительно длилось всего пару минут, то времени на осуществление шалости у него оставалось мало. Поэтому, как только Ниннель отошла в другую часть рабочего места, Войла с ловкостью кошки сиганул на поверхность стойки, а следом плавно спустил ноги на пол.

Ниннель даже ничего не почувствовала. Лишь продолжила строить скучающее недовольное лицо.

Гуляев казалось, даже задержал дыхание на следующие несколько секунд. Он осторожно встал сзади Нэли, и одномоментно, мысленно досчитав до сто пятнадцатой секунды, с медвежьей силой обнял девушку со спины.

Ниннель глубоко вдохнула, уже захотев визгнуть, но, увидела как из ничего пятнами проявляются руки с обгоревшими рубцами.

— Ну началось баловство…— Нэля глубоко вздохнула и похлопала по предплечью Гуляева ладонью,— Тебе пыль не для того дают, чтоб ты её на такой бесполезняк тратил.

— Да ну, зато тебя взбодрил, перед рабочим-то днём, м?,— Войла с улыбкой отстранился от Ниннель, которая тоже улыбнулась.

— Ну ничего, я тебя потом заставлю стойку вылизывать, от следов ботинок.

Войла поджал нижнюю губу и медленно опустил взгляд на стойку. Два следа. Достаточно чётких. От его ботинок.

Потом он перевёл взгляд на Ниннель, который всем своим существом говорил: «Пиздуй отсюда, пока твоё лицо не прошлось по поверхности этой дубовой столешницы».

Словно прочитав мысли девушки, Войла осторожно покинул стойку регистрации через боковую дверцу, и утопал обратно на этаж, где находилась квартира Ниннель. Попутно, он конечно же, не переставал тихо гыгыкать, от того что задуманное реально сработало. Всë-таки есть и более увеселительное применение пыли. Да, немного не рациональное. Но применение же.

На следующей смене предстояло опробовать и другие виды пыли, если сталкера ничего не отвлечёт. Сейчас же, он решил отправиться на заслуженный отдых, чтобы проснуться глубокой ночью и продолжить работу уже выспавшимся и полным сил.

* * *

Сталкер разлепил глаза, чувствуя, как дико вибрируют его часы на запястье. Посмаковав языком, Войла уже хотел снова провалиться в сон, медленно закрыв глаза. Но, тут же приподнялся, выведя себя тем самым из состояния полусна. Быстро подняв руку, он развернул её к себе тыльной стороной и стряхнул рукав куртки вниз. Нажал на кнопку на часах и глубоко выдохнул. Вибрация прекратилась.

— Твою мать…— Войла поморщился и медленно поднялся с раскладушки, разгибая спину. Спать на этом железном гробу было практически невозможно.

Войла сразу же подумал о возможности озаботить Ниннель покупкой нормальной кровати. Но физически он это сделает потом.

Гуляев потянулся, размял руки. Подтянув к себе рюкзак, достал из кармашка несколько красных камней. Засунул их в карман рабочки, в которой он собственно спал, а уже потом вышел из своей комнаты. Ниннель ещё не пришла — скорее всего задерживалась на смене. Обычно её подменяла старая женщина живущая здесь, и которая как оказалось, работала ещё и уборщицей.

Протерев лицо ладонью, Войла посмотрелся на себя в зеркало. Лицо грязное, глаза усталые. Создавалось ощущение что он будто на каторге работал, раз так выглядел. Отвернувшись от зеркала, Войла мимолётным взглядом окинул квартиру, и, уже через мгновение покинул её.