Das ist Grey (всё началось с иго-го) (СИ) - "Qrasik" - Страница 75

— Не совсем, — покачал я головой, чувствуя, как за спиной начинают шевелиться любопытные ушки всей нашей компании. — Эта штука называется «рукавная ГЭС». Это почти как водяное колесо, только оно служит для получения «копытокинеза» без участия пони.

На этих словах кобылка задумчиво почесала копытом за ухом, явно пытаясь представить себе эту загадочную штуковину. А затем, как будто осенённая внезапной догадкой, задала удивительно меткий вопрос:

— А от этой штуки твои фонарики светиться будут?

Я застыл, удивлённый её проницательностью. Настолько, что едва не поперхнулся на полуслове. Уж чего-чего, а такого вопроса я точно не ожидал. Переведя взгляд с неё на остальных пони, которые уже вовсю грели уши, я почувствовал, как вокруг меня начинает сгущаться атмосфера любопытства и ожидания.

— Смех смехом, но ты попала в точку, — признался я, слегка усмехнувшись. — Хочу попробовать сделать освещение в доме, а то масляная лампадка зимой порядком утомила.

На этих словах в воздухе повисло лёгкое недоумение. Казалось, что мои слова об освещении электричеством вызвали у них что-то вроде лёгкого культурного шока. Ну, знаете, как если бы кто-то вдруг предложил пони воспользоваться рикшей вместо того, чтобы размяться, пробежав необременительный километр или два.

Так-то, после того как я отдал принцессе точную схему изготовления фонариков на копытокинезе, их теперь повсюду производят и лошадки в курсе что такое лампа накаливания, но она у них ассоциируется именно с фонариком, не с освещением помещений. Но прошло лишь мгновение и по их мордам стало понятно, что до всех дошло, о чем именно я говорю.

Оглянувшись, увидел многозначительные морды и лишь вздохнул:

— Это всё на этапе экспериментов, не смотрите на меня такими взглядами.

Глава 44 (Голос Эквуса)

=*=

Насладиться всеми благами электрификации в моей скромной обители, увы, не удалось. Стоило мне только закончить с проводкой и приблизится к ламповому освещению, как реальность быстро напомнила о себе. Университет гудел, как растревоженный улей — преподаватели, студенты и несколько бригад строителей метались туда-сюда, разворачивая оборудование для первого вещательного канала. Радио, эпоха технологий в самом разгаре, а из знатоков людских языков у нас только я. Ведь нам не допрашивать в полевых условиях, нам техническую литературу требовалось ворошить. Так что опять я бывал дома наездами.

Как выяснилось, передатчик представлял собой не монолитную махину, а целый ансамбль из нескольких установок, каждая из которых работала на общее антенное хозяйство. Причём система согласования оказалась настолько хитроумной, что мне даже стало немного завидно, это надо было иметь нетривиальные мозги и образование, чтобы всё это безумие спроектировать так, чтобы оно работало. Лично я бился над переводом аки богатырь со змием, но четко осознавал, что даже при наличии электронного архива для наведения справок понимаю далеко не всё.

Однако проведённые тестовые запуски показали, что страдал я не зря и работает всё, на удивление, хорошо. Порадовали меня длинные волны, ох как порадовали. Даже при запуске одной секции из шести, наш тестовый сигнал легко и непринужденно ловился в ближайших городах и полисах на обычный детекторный приемник. Я уж не говорю про транзисторные приемники и специальное измерительное оборудование. Складывалось впечатление, что этой станции плевать на радиус нашей планеты чуть более чем полностью. Собственно когда измерительное оборудование достигло других, более удалённых городов, то и там наш урезанный до 1/6 сигнал вполне себе ловился. Похуже, но всё же.

Так что, в нашем мире, длинные волны в отличие от коротких, они уверенно накрывали пространство, словно заботливая кобылка, кутающая жеребёнка в тёплый плед. Детекторные приёмники тоже не подвели — пусть они и капризничали из-за близкого копытокинеза и требовали длинных антенн и добротного заземления, но со своей задачей справлялись достойно.

Однако на этом техническое веселье не заканчивалось. Были у нас сборки и на транзисторах, которые, постепенно, будут заменяться на ламповые устройства по мере выхода транзисторных из строя. А транзисторы «будут» выходить из строя, так как обнаружилась проблемка — транзисторы конца семидесятых годов лошадок не жаловали. Так что транзисторная техника комплектовалась адовой защитой и подробной инструкцией. Впрочем, всё это не могло стать проблемой, так как транзисторы шли на установки коллективного пользования. Клубы, амфитеатры, термы… Патина надеялась, что в этот раз, в первый день недели очага гулять мы будем всей страной как единый табун, а не каждый город на особицу.

Но больше всего удивил экспериментальный детектор на феррите — самый что ни на есть хай-тек в нашем пони-мире. Честно говоря, я до последнего не верил, что эта штуковина вообще заработает. Ну, вот не верил, хоть убей! Детекторный приёмник на ферритовом стержне звучит как нечто из области фантастики, но, к моему удивлению, он действительно заработал. Причём оказался настолько компактным, что его можно было носить с собой, как какой-нибудь архаичный плеер. Вот только радость омрачала одна небольшая деталь — ферритовых стержней нужного класса и подходящих, редких, отобранных вкопытную диодов у нас была жалкая горсточка. Так что массового производства ожидать не приходилось. Да и проблема копытокинеза никуда не девалась и для этой схемы. Наоборот даже, феррит ведь как раз таки и был идеальным материалом для регистрации магнитной составляющей.

Но, несмотря на все ограничения, шаг вперёд был сделан.

=*=

Незнакомый лично мне профессор уверенно орудовал указкой, будто шпагой, методично тыкая в разные точки на карте нашей страны. Временами он переключался на графики, водя по ним концом деревянной палочки, словно чертил невидимые линии заклинаний.

— …таким образом, можно с полной уверенностью сказать, что гипотеза профессора Грея Тандерболта оказалась верна, — его голос звучал ровно, но в нем чувствовалось довольство. — Более того, эффективность используемой нами частоты превзошла прогнозируемые показатели на внушительные 70, а в некоторых случаях и все 150 процентов. Это значительно больше, чем мы ожидали.

Зал гудел одобрительным шёпотом, а профессор, выдержав паузу, продолжил:

— Учитывая мероприятия, которые мы планировали для отдалённых поселений, можно сделать вывод, что полная мощность станции избыточна. В таком случае логично будет отключить три сегмента из шести, оставив их в горячем резерве. Если потребуется, мы сможем оперативно вернуть их в строй. А те запасные части, что имеются в наличии, считаю разумным передать на максимально бережное хранение.

Я одобрительно постучал передними копытами друг о друга, и меня тут же поддержали другие пони. Докладчик действительно проделал колоссальную работу: сам лично мотался по городам, направлял студентов, которые сновали туда-сюда с оборудованием, помогал разбираться с настройками передатчиков.

Прошло всего каких-то три месяца с момента начала развертывания системы, а у нас уже готовая карта покрытия, да ещё и со всеми значимыми аномалиями. Люблю, когда кто-то делает мою работу за меня. Ведь просто запустить передатчик — это лишь полдела. Нужно ещё понимать, кто и как его слышит, где сигнал стабилен, а где пропадает без следа.

Вот бы и с налаживанием работы издательского коллектива всё так же гладко получилось. Но, увы, мечтать не вредно…

Завершив все срочные дела и удовлетворив интерес каждого, кто горел желанием со мной пообщаться, я, не теряя времени, порысил к себе. У меня, между прочим, жена беременна! И пусть до появления жеребёнка на свет ещё далеко, сам факт даёт мне отличную возможность улизнуть от дополнительной нагрузки. Местные ведь сейчас буквально пылают энтузиазмом, подпитываемые успехом проекта и эйфорией от того, что радио наконец заработало. А для меня? Ну что ж… радио — это что-то из далёкого прошлого, архаичная технология, которая в моем родном мире уже давно перестала быть чем-то впечатляющим.