Что делать, если ты призвал Кроноса (СИ) - Кронос Александр - Страница 50

Коршунова пока оставалась под замком. Её отец не спешил выходить на контакт, чтобы договориться об освобождении дочери. Сам я инициативу проявлять тоже не спешил.

На приём Воронцовых я решил взять всех, включая пленную аристократку — к роскошному особняку, расположенному ближе к окраине города мы подъехали на двух автомобилях.

Правда, предположение о том, что мой противник немного остынет и не станет сходу бросаться в бой, не подтвердилось. Тимура, рядом с которым застыли фигуры десятка сопровождающих, я заметил сразу, как мы оказались за воротами. А стоило мне выйти из автомобиля, как аристократ устремился к нам.

— Наконец-то. Я уже подумал, ты испугался. Готов?

За прошедшее время, в нём кое-что изменилось. Сейчас каркас смертного полыхал силой. Совсем не походя на него же вчерашнего. Не знаю как, но он стал сильнее, как минимум, на пару рангов.

Тамерлан Карганов не считал себя удачливым. Да, отец оставил ему неплохое наследие. Деньги, собственность, контакты. Но чтобы всё это удержать, ему приходилось постоянно сражаться. Держать натиск, договариваться, убивать. Так случается, когда ты чужой на этот земле, а всё, чем ты владеешь, армянские предки когда-то отобрали у местных. Щедро залив кровью землю и оставив немало тех, кто желал отомстить за убитых отцов, матерей и детей.

Открытой войны с ним никто затевать не спешил. Не хотели связываться с родом, который заставит их щедро заплатить если дело дойдёт до битвы. Пусть их было не так много, но родовые секреты позволяли выставлять серьёзно усиливать кровных родственников.

Поэтому, конфликт младшего сына, который стабильно влезал в какие-то передряги, сначала не вызвал у Тамерлана ничего кроме раздражения. Дополнительные факторы риска ему никогда не нравились.

Но потом он присмотрелся к ситуации более внимательно. И прежде чем в голове Карганова сформировалось окончательное предложение, Берестневы сами вышли на связь. А у Тамерлана впервые появилась возможность не только защитить старое, но и приумножить состояние рода. Три процента от нефтяного месторождения — только на первый взгляд немного. Если посчитать объём за год, получится сумма, практически равная прибыли рода от всех иных активов.

Вячеслав Берестнев обещал поддержать и в плане политического влияния, но на это Тамерлан ставку не делал. Аристократ привык верить только тому, что зафиксировано на бумаге. А эта сфера была такой, что ни один документ не мог гарантировать поддержку со стороны другого рода. Придумать подходящий текст клятвы тоже было сложно. Максимум — обезопасить себя от удара в спину.

Но вот договор по поводу месторождения они уже составили. С одним единственным условием — победой Тимура в сегодняшнем поединке. Как только его младший сын убьёт нового главу рода Соболевых, три процента от месторождения перейдут Каргановым. Неплохая сделка.

Проблемы с Воронцовыми и Долгорукими? Возможно. В ресторане были младшие члены Домов и возможно они будут вовсе не рады гибели своего нового приятеля. Станут ли они ввязываться из-за этого в войну? Нет. Тратить ресурсы на месть — нерационально. А если попробуют действовать косвенно, так ничего страшного тут нет. К таким атакам глава Каргановых давно привык. К тому же, совсем скоро у них будет куда больше денег.

Поэтому, он впервые за последние пять лет спустился вниз, в казематы. В этот раз взяв с собой Тимура. И провёл ритуал. Теперь его сын не мог проиграть. Только не после того, как получил себе такого помощника.

Всё что оставалось — дождаться вестей о победе.

Глава XXII

Со смертным творилось что-то странное. Залитый силой каркас, бурлящая энергия и едва видимые на фоне всей это бури ядра. Как будто они и не были вовсе основным источником его силы.

Другие гости наблюдали, но вмешаться никто не пытался. Даже хозяйка вечера, которая безошибочно угадывалась на фоне остальных. Хотя бы по Анастасии, которая стояла вплотную к седой пожилой женщине.

Вперёд было подался Харенеев, чьи руки стискивали трость. Но заметив мой взгляд, притормозил, сделав шаг назад. Я же, напротив, прошёл несколько метров вперёд.

— Не терпится рухнуть лицом в грязь?

Злобно оскалившись, Тимур развёл руками.

— Ты можешь плеваться ядом сколько угодно. Сегодня я тебя всё равно раздавлю! Смешаю с тем дерьмом, которое ты привык вычищать из свиных хлевов.

У крестьян, которые жили на землях Соболевых, и правда были свинофермы. Но вот причина, по которой Карганов на этом настолько зациклился, была непонятна.

— Никто не знает, чем закончится этот день. Возможно он здорово тебя удивит.

Прежде чем тот успел ответить, сбоку зазвучал женский голос, в котором слышалась лёгкая хрипотца.

— Вы можете убивать друг друга на моей земле сколько угодно. Но если хотите бросаться оскорблениями — прошу немедленно покинуть этот дом, — пожилая Воронцова приблизилась полностью незаметно.

Сверкнувший глазами Тимур повернул голову. На секунду показалось, что сейчас он обрушит вал оскорблений и на Одарённую. Но юный смертный сдержался. Вместо этого отвесил ей церемонный поклон.

— Благодарю вас за разрешение провести поединок, госпожа. Я постараюсь быть сдержанным.

Ничего себе. Смертный, который утверждает, что будет сдерживаться в битве с эллинским титаном. Изумительное самомнение.

Взгляд женщины скользнул ко мне и я со спокойной улыбкой пожал плечами.

— Разрешения я у вас не спрашивал. Но раз вы дали его этому парню, значит не обидитесь, когда его дух окажется сломлен, а тело умрёт.

Карганов заскрипел зубами настолько громко, что звук, кажется расслышали все вокруг. А вот старая Одарённая, слегка поклонилась.

— Тогда приступайте. Место для схватки мы уже расчертили.

Как выяснилось спустя несколько минут, для этого выбрали большую площадку на заднем дворе. Засыпанную песком и судя по всему, изначально предназначенную для тренировок, либо чего-то подобного.

Несколько церемониальных вопросов, которые были положены по процедуре и мы с Тимуром оказались внутри большой окружности, заняв позиции друг напротив друга.

Секунданты встали около её внешнего края. Как и двое независимых наблюдателей — один из Дома Воронцовых, а второй — кто-то из числа гостей с труднопроизносимой фамилией. Их общей задачей было следить за соблюдением правил поединка.

Спустя секунду вокруг полыхнул мощный сверкающий барьер. Питали его накопители — о том, чтобы случайно пробить его, можно было не переживать. По крайней мере, если никто не станет использовать для этой цели божественный оттиск. Например, я. Если захочу, конечно.

— Только оружие, свинопас. Помнишь? — в голосе Тимура было столько злорадство и упоения победой, что я рассмеялся.

— Думаешь, ты настолько хорош? — иронично поинтересовался я.

Вместо ответа, тот двинулся вдоль щита, который нас окружал. На губах не прекращала играть улыбка, а во взгляде светилось превосходство.

— Ты сдохнешь! Я втопчу тебя в землю! Раздавлю у всех на глазах! Слышишь? Убью каждого, кто тебе дорог! Сдеру кожу с твоих шлюх и сварю их заживо!

Что не так с этим смертным? Одна небольшая стычка в ресторане и он готов превратиться в персидского мясника. Если он на всё так остро реагирует, его жизнь наверное тяжела и сурова.

Восседающий на моём плече Харп тонко пискнул.

— Ты жал-л-лок, персидский выродок!

Мои мысли про персов, соболь уловил. И тут же их воспроизвёл. Заставив противника в лёгком удивлении приподнять брови. Он даже со следующей фразы сбился, уставившись на моего спутника.

А в следующий момент атаковал. Скользящим рывком оказался рядом и попытался достать меня шпагой.

Замедлить время, пусть и было непросто, но всё-таки вышло. Сейчас на пятачке земли были только мы с Каргановым. И пусть в его каркасе бурлила сила, моих возможностей для этого хватило.

Вот только двигался он с неимоверно высокой для смертного скоростью. Настолько, что даже замедлив время, я смог лишь уйти из под удара и сделать ответный выпад.