Эпоха Опустошителя. Том IX (СИ) - Павлов Вел - Страница 60

— Глупый старик…

Раскол Истребления…

Подпространство будто бы разделилось надвое. Оно вопило, кричало и противилось тому, что будет дальше. Клинок сверкнул устрашающим тёмно-фиолетовым светом и по диагонали опустился вниз до самого пола, а затем все звуки стихли, будто бы вся жизнь покинула окрестности недавнего поля боя.

На протяжении нескольких секунд по-прежнему царила тишина, но после раздался оглушительный звон харалуга. Огромный клинок выпал из массивных каменных рук, а сам голем пошатнулся и в прямом смысле начал разделяться на две неровные половины. Раскол рассёк ультимативную технику на две части. Защита полностью истончилась и на изуродованную землю упал не могущественный воин, а разрубленный старик, из которого стремительно утекала жизнь. Навык Руны безжалостно прошелся по ребрам и животу. Генерал Наказующих захлёбывался кровью и страшно хрипел, но свой взгляд не отводил от моего лица. Впрочем, и я смотрел на не своего противника и, наверное, впервые в жизни где-то в глубине души поселилось сожаление.

Я честно думал, что последними словами правой длани ордена Наказующих станет череда проклятий, но и тут старик меня удивил.

— Хиал… Мы… Мы поссорились… — отрывисто и едва слышно прохрипел он, продолжая смотреть мне в глаза. — Не тронь… Хиала… Последняя просьба… врага и умирающего противника… Не… тронь… Я виноват перед…

Голос старик затих окончательно, а омертвевший взор устремился в бесконечности. Он так и не успел довести свою прощальную речь до конца, но я прекрасно понял, о чем он говорил.

Да. Некогда могущественный генерал Иерихона в свой последний час думал не о мести за Норона и не о проклятиях в мою сторону. Последние мысли легендарного воина были связаны с сыном.

— Хорошо, пусть будет, по-твоему, — кивнул кратко я, слегка прикрывая веки и медленно занося правую руку для заключительно ритуала.

Меня уже на протяжении нескольких дней терзал постоянный голод, который приходилось утолять кристаллами стихий и ядрами, но так более продолжаться не могло. Плюс схватка и явление Истры ухудшили состояние. Так что выбор сейчас попросту отсутствовал.

— Надеюсь, как воин воина ты меня поймешь, — хрипло пробормотал я. — Прощай, Азаих Урано. Окончательно.

А теперь…

Пожирание…

Не считая Лиярта Августа, энергию которого я поглотил из ядра, сила, поглощенная из столь могущественного противника, не могла сравниться с ни с какой другой. Это тоже самое, что сравнивать мясные консервы со свежеприготовленным филе с кровью.

Останки легендарного генерала обратились черным прахом всего за пару секунд, а от тела остался лишь уменьшившийся в размерах клинок и накопительный перстень.

Я не питал особой важности на пожранную энергию. Я всего-навсего пытался унять терзавший голод, но стоило выпитому источнику разместиться в глубинах сознания, как внутренний мир содрогнулся, а следом за ним скорчился и я, упав на колени. В ушах загремел мерзкий и в тоже время знакомый треск, раздался лязг цепей, а миг погодя всё тело начало наэлектризовываться и покрываться свирепой черной молнией. За долю секунды тело обратилось сгустком свирепой стихии.

— РАНКАР! — испугано взвизгнула Истра, бросившись ко мне, но из-за яростного потока та отшатнулась прочь. — Неужели это…

— АРГХ! Проклятье! — сцепил я крепко зубы, преодолевая невыносимую боль. — Нашел… время. Я со Смертью… не разобрался… так еще и…

Однако довести свои слова до конца не получилось, и я резко провалился в беспамятство от парализующей боли, а на задворках сознания медленно звучал встревоженный голос спаты.

— Ранкар! Ранкар, держись…

* * *

Организм в прямом смысле парализовало, но в реальный мир я вернулся со скоростью ветра. Тело, преодолевая мерзкую агонию, резво приняло сидячее положение. Валялся я на грязном полу посреди огромного помещения, а из продырявленной крыши дока до сих пор струился ленный свет Сиги и Меры.

Чуть левее поблёскивал клинок генерала Наказующих и перстень, то был погребен под черным прахом, а справа сидела взволнованная Руна, которая не сводила с меня беспокойного взора.

— Ранкар, ты как? — тихо вопросила девушка.

— Вроде бы… в норме, — просипел я, оценивая примерный ущерб.

Не считая жуткой усталости, нескольких разорванных связок, с десяток новых ран и пару переломов, то в целом всё было в относительном порядке. Лишь периодически по телу до сих пор пробегали странные разряды чёрной молнии.

— Молния очень редкий источник, — тихо прошептала Истра, наблюдая за проблесками стихии. — Впрочем, то же самое можно сказать и о Пламени со Льдом. Нормальный огонь и нормальный Лёд враждуют, но твои сотрудничают.

— Ладно, — закряхтел я, медленно поднимаясь с земли и подхватывая с пола перстень и клинок Азаиха. — Позже будем разбираться со всеми нововведениями. Нужно доставить Рейну к Диане. Она уже извелась поди. Пойдем, малышка. Если честно, то я жутко устал. Причем не только физически… — тихо заключил я, изможденно перебирая ногами.

— Зачем ты так рисковал? — решила отругать меня Альяна.

— Хотел оценить свои шансы против таких мастодонтов, как Азаих и Ивора без твоего вмешательства.

— Ты же ранее уже убивал доминантов.

— Лиама еще куда не шла, но Болсеамон и Ост нечета наставнику и Урано с Фиан, — покачал я огорченно головой. — К тому же я их одолел благодаря Пустоте и помню лишь образы той ночи. Я должен научится контролировать эту силу, а сейчас наоборот. Благодаря тебе я сумел обуздать Жажду Неистовства, но с Пустотой всё очень сложно. Я даже не знаю, как к ней подступится. А помимо источника Смерти теперь есть еще и источник Молнии. Я и ранее боялся сам себя, но сейчас всё стало только хуже, и я не понятия не имею, как…

Пришлось резко замереть и оборваться на полуслове, потому как слух внезапно уловил детский крик. Причем мы с Альяной посмотрели лишь в одном направлении. Внутри вдруг что-то ухнуло. Вначале я сорвался на бег, а затем и вовсе задействовать телепортацию.

Сумрачный Поток…

У входа в док я оказался моментально, но страх быстро сошел на нет и изменился на удивление, потому как детский крик внезапно преобразился в заливистый и радостный смех.

Казни Сущее, Ярвир! Ложная тревога…

Сидя на шее у Грации и держась за её уши, Рейна весело смеялась, а сама питомица в это время изображала из себя некое подобие лошадки. Тем не менее, смех резко сошел на нет, когда малютка завидела мой озадаченый силуэт в дверях и ловко соскользнув с облегченно выдохнувшей хищницы, та рванула ко мне.

— Дядя Ранкар!!! — радостно завизжала девчушка.

— Привет, крошка, — усмехнулся как можно теплее я, подхватывая её на руки.

— Я знала, что вы придете. Знала! Мама Диана часто говорила, что даже если что-то случится, то вы обязательно явитесь, — но лицо малышка внезапно насупилось, будто она вспомнила что-то плохое. — Жаль только, что дядя Хиал и тётя Ласанта не захотели со мной играть и отправили меня спать. Я совсем не хотела спать и начала кричать, а когда проснулась, то черная киса меня охраняла. Я сразу поняла, что это ваша киса. Мама Диана говорила, что она у вас есть.

Вот как получается. Значит, всё это время она попросту спала и в глаза не видела Азаиха. Что ж, может оно и к лучшему. Хоть тут поступил, как и подобает воину, старик.

Ребенок говорил обо всём и сразу. Рейна не замолкала ни на миг. А я просто слушал, слушал и вновь слушал. Угомонилась она только тогда, когда начала задыхаться от волнения и спешки. Всё случилось так, как и сказал Урано. Хиал и Ласанта навестили девочку внезапно. И также внезапно усыпили её, когда она отказалась уходить с той орденской шаболдой из дому.

— Мама Диана страшно волнуется, малютка, потому как ты действительно спала вдали от дома слишком долго, — тихо отозвался я, закутывая ребенка в плащ. — Но теперь пришла пора вернутся домой. Согласна?