Эпоха Опустошителя. Том IX (СИ) - Павлов Вел - Страница 48

Практически моментально меня опалили сразу четыре разозлённых взгляда, но в ответ Фрея лишь весело рассмеялась и снисходительно махнула рукой в сторону валькирий.

— Нет, девочки, нельзя. Он в своём праве. Правда, из-за такого можно лишиться жизни…

— Так убей, — пожал я по-простецки плечами. — Убей и дело с концом.

— Ну да, конечно, — с какой-то нежностью произнесла Ванадис. — Храбрый, нелюдимый, решительный, но излишни агрессивный, злобный и… жестокий. Да, всё так, как и говорила Фьётра. Вижу, ты и вправду идеальный кандидат для Видара.

— Зачем одна из оберегов Альбарры снизошла лично к обычному смертному?

— Лукавишь, мальчик, — тихо рассмеялась Фрея, продолжая сканировать меня глазами. — Неужели ты считаешь, что я настолько нелюдима и глуха?

— Подобные догадки не моего ума дело, — покачал я отрицательно головой, чувствуя всеобщее напряжение и недовольство. — Спроси у своих валькирий. Может быть, они тебе ответят?

— Еще и остёр на язык, — улыбнулась оберег. — Ох, малыш, знал бы ты, скольких я видывала похожих на тебя. Кто-то успел добиться, величия, а кто-то нет…

— Мне нет дела до других! — стоял я на своём. — Ты знаешь, чего я хочу! Знаешь и намеренно не отдаешь её…

— Конечно, — благосклонно кивнула мне богиня. — Фьётра. Твоя любовь и избранница. Вынуждена признать, что с пленением моих девочек ты поступил весьма решительно. По всей видимости, Орхелия с Ингрид не ожидали такого и просчитались.

— Мне плевать на тех двоих! Верни Фьётру и я отдам твоих валькирий!

— Увы, малыш, но этого слишком мало, чтобы смыть весь позор и оскорбления малышки Фи. Она поступила очень грубо по отношению ко мне и к своим сёстрам. Однако, мы можем договориться…

« Проклятая интриганка! — зашипела взбешено Истра. — О, Древние! Дайте мне сил и терпения!»

— Что предлагаешь? — спокойно спросил я, понимая к чему она клонит.

— Смой позор за свою избранницу, — тепло усмехнулась Ванадис. — Очисти её имя своими поступками. Докажи, что достоин крошки Фи.

— Что именно тебе нужно? — чуть повысил я голос.

— Великая Сотня, мальчик. Победи на Великой Сотне и Фьётра будет твоя!.. Хотя нет, всё-таки у тебя мои девочки. Необходимо пойти тебе навстречу. Можешь не побеждать. Дойди хотя бы, к примеру, до полуфинала или же четвертьфинала. Как только совершишь обозначенное, то я верну тебе твою избранницу. Ну так как? Договорились?

Малышка, она может тебя видеть?

«Нет. Не в этом обличие».

Что думаешь?

«Я более чем уверена, что эта древняя интриганка что-то задумала. Но лучшего шанса для спасения Фьётры сейчас не представится. Эта дрянь явилась намеренно. Она понимала, что Арнлейв и её ручным потаскушкам нечем крыть, но и ты не можешь рисковать жизнью Дурёхой. Если коротко, Ранкар, то она знает, что ты знаешь, что она знает. Сейчас вы в равных условиях».

Что ж, да будет так.

— Хорошо… — кивнул утвердительно я. — Фьётра в обмен на четвертьфинал и вдобавок две твои девки.

— Я буду ждать красивых боёв, мальчик, не разочаруй меня, — тепло улыбнулась Ванадис, а после искоса посмотрела на валькирий. — Арнлейв, Ювина, Сигрун, возвращайтесь домой. Эрна, займись своими прямыми обязанностями. А что насчёт тебя, Ранкар Хаззак, — взор Фреи вновь сместился на меня, а её очертания через секунду почти исчезли из реального мира, но последние слова оберега услышали все. — Береги моих девочек и не обижай их.

Ага. Конечно. Бегу и спотыкаюсь. Проваливай уже…

Глава 21

Наваждение…

Северный пантеон.

Земли верховного клана Ванахейм.

На подступах к главному храму Ванадис среди небесного горизонта…

Приглушенный свист ветра и тихий шелест крыльев, биврёст, а затем вновь приглушенный свист ветра и тихий шелест крыльев. Сутки миновали со скоростью молнии, а если быть точнее, то со скоростью полёта.

Однако, чем быстрее валькирии приближалась к родным просторам, тем более задумчивой выглядела валькирия топора земли. Случившееся в Аронтире сбивало с толку — поведение аххеского ублюдка, явление тени госпожи Ванадис и договор между оберегом и смертным. По мнению Сигрун, выкидыш Изувера заслуживал жестокой смерти за содеянное с Орхелией и Ингрид, но складывалось впечатление, что не только у Видара имелись планы на аххеского ублюдка, но и у покровительницы Фреи. С чего бы божеству заключать договор со смертным? Впрочем, даже это она могла понять, потому как приказы госпожи Ванадис не обсуждаются. Тем не менее один момент до сих пор не мог покинуть голову небесной воительницы — Хаззак сумел прикоснуться к её дару оберега. Мерзкий смертный выродок смог без особых проблем взять в руки секиру земли и воспользоваться оружием. Иной бы разумный при маломальском касании корчился бы в муках, а может и того хуже попросту погиб, но Хаззакский демон уцелел и остался полностью невредимым. Либо Сигрун так показалось.

Под напором вороха крамольных мыслей валькирия топора земли крепче сжала свой дар оберега, но её задумчивое лицо не укрылось от внимательного взгляда мудрейшей и умнейшей валькирии, а через секунду прямо в полёте их окутал полог тишины.

— Рун, ты сама не своя, — посетовала с грустью Ювина. — Из-за своей родословной йотунов ты излишне прямолинейна.

— Я… я не понимаю, сестра, — сбивчиво пробормотала женщина, неотрывно глядя на собственную секиру. — Как он смог? Как умудрился коснуться дара оберега? Обычному смертному такое неподвластно! Я ношу крылья валькирии почти сто пятьдесят лет, и впервые вижу подобное. И это я молчу о том, что впервые на моей памяти госпожа Ванадис первой явила себе перед смертным, — но миг погодя голос воительницы дрогнул сильнее. — Чего… чего мы не знаем о нём, сестра? Ты же умнее меня! Объясни, если можешь…

— Начнем с того, что сильнейшие пять в иерархии валькирий тоже не менялись почти сто пятьдесят лет, — после затянувшейся паузы, тихо обронила валькирия ледяного лука. — Арнлейв, я, ты, Эмма и Христа. Если бы не гибель Христы, мы бы продержались еще дольше. Так вот за это время я тоже не встречала тех, кто способен был поднять дар оберега. Однако я слышала, что порой и очень редко некоторые отрекшиеся способны коснуться оружия служителей и отмеченных. И как мы видим: Ранкар Хаззак отрекшийся. Плюс ко всему Ингмар и госпожа Ванадис что-то рассмотрели в мальчишке. Что-то, чего не смогли рассмотреть в нём мы.

— То есть… это обычное стечение обстоятельств? — замешкавшись, переспросила Сигрун, глядя на лезвие топора. — Ему… ему просто повезло?

— Боюсь, тут дело не только в везении. Есть нечто еще, — задумчиво изрекла Ювина, а её лицо омрачилось. — Он и те, кто ему помог пленили наших сестёр. В большей степени я хочу разорвать не Ранкара Хаззака, а тех, кто ему помогал.

— Сестра, ты же видела его! — тотчас обозлилась йотун. — Ублюдок не боялся нас. Абсолютно! Да и говорил с госпожой Фреей этот уродец без должного уважения, но она всё равно пошла ему навстречу. Почему?

— Не знаю, Рун, — тяжело выдохнула ледяная фея, качая разочаровано головой. — Не знаю… Впервые у меня нет точного ответа на твой вопрос. Я не знаю, чем руководствуется Ранкар Хаззак и на кого опирается, но его чувства к Фи, скорее всего, более чем…

— Достаточно! — повысила голос Арнлейв, прерывая беседу между воительницами, так и не дав сестре договорить.

Ювине показалось, что светлая альва чем-то раздражена и недовольна. На миг ей вообще померещилось, что предводительница злится на неё из-за не прозвучавших слов, но затем ледяная фея осознала суть — Арнлейв гневалась на ситуацию в целом.

— Хватит судачить! Приказы госпожи Ванадис не обсуждаются! — громко изрекла валькирия копья света. — Если на то её воля, то так и будет. Её слово незыблемо.