В разводе. Бывшие любимые (СИ) - Грин Анна Кэтрин - Страница 8

И то есть это расписание, оно у нас не менялось на протяжении последнего года и поэтому ни для кого не было секретом, где находится сейчас Стеша.

Я нервно сглотнула и выдала всю информацию о том, что Стешу могли забрать и Денис, и Вероника, и Олег, и мать.

— Ой, подождите. — Звонко произнесла Алевтина Васильевна, и я зажмурила глаза.

Господи, что делать, что, а если…

Нет, они не могли отдать ребёнка кому-то незнакомому.

— Виктория Андреевна, воспитательница сказала, приезжал папа.

И меня это садануло как будто бы ударом под дых.

Я тяжело задышала и услышала дальше:

— Ну а мне то в итоге что делать?

Я сквозь зубы выругалась и произнесла:

— Езжай, пожалуйста, домой, я сейчас привезу Стешу. — Произнесла я таким серьёзным тоном, что можно было подумать, что я разговариваю с министром с каким-то.

Отложив мобильник, я запрокинула голову, упёрлась затылком в подголовник и перекатила с одной стороны на другую. Подхватив мобильник, я набрала Олега, но он, как специально, решил подраконить меня и не отвечал на звонки, поэтому, психанув, я выскочила из кофейни и, сев в машину, поехала в его офис.

Нет, чисто гипотетически они могли быть где-то сейчас не в офисе, но, подозревая о том, что Олег, скорее всего, далеко не отъедет от работы, я делала ставку на это, в то время как телефон его по-прежнему молчал, он так и не поднимал трубку.

Когда я оказалась у двенадцатиэтажного стеклянного здания, то первая мысль была зайти и просто вцепиться Олегу в горло. Вот серьёзно это была не та шутка, которая достойна какого-то внимания. Олег поступил настолько жестоко в отношении меня, что это можно было сравнить разве что с ударом в спину.

Оставив машину на парковке, я прошла на ресепшен, бросила девочке о том, что меня точно ждут, и, направившись к лифтам, поднялась на десятый этаж, где и был офис у Олега.

Фактически Олегу принадлежали три последних этажа, но его кабинет был на десятом.

Я выскочила из лифта и прямой наводкой пошла в главный кабинет, который был в торце этажа.

Остановившись, я ударила резко по двери кулаком и потом оттолкнула её от себя.

Олег вскинул брови и поднял на меня недоумённый взгляд.

— В чем дело?

— Где дочь? — прохрипела я, понимая, что ещё хоть минута промедления и меня просто разорвёт на мелкие куски.

— В детской комнате, — спокойно ответил Олег и пожал плечами.

— То есть ты забрал Стешу без моего ведома, без разрешения...

На этой фразе у Олега закаменело лицо, мне показалось, как будто бы передо мной сидела величественная статуя зевса.

— Разрешение? — усмехнулся Олег, медленно вставая из-за стола и нависая над ним, как самый настоящий громовержец. — Я? А с каких это пор мне для того, чтобы увидеть своего ребёнка, необходимо чьё-либо разрешение?

Сердце грохотало и оглушало меня.

Это спасало, потому что из-за этого я не слышала, как хрипел и рычал Олег.

— Может быть, с тех самых пор, когда мы с тобой развелись, и ты посчитал, что этого недостаточно для того, чтобы установить каждому свои границы? Ты хотя бы понимаешь, что ребёнок исчез из развивайки? А если бы я не стала уточнять, из-за чего он исчез, как он исчез…

— Так, во-первых, ребёнок никуда не исчез. У тебя были все данные для того, чтобы понять, что ребёнка забрал отец. Но мы вернёмся сейчас с тобой к разрешению. — Олег взмахнул рукой, заставляя меня принять более подобающую позу для диалога, то есть присесть напротив него, но я только сложила руки на груди.

— Нет, Олег, мы сейчас с тобой не будем ни о чем договариваться, я приехала забрать Стешу, няня там перепугалась до усрачки, потому что не нашла ребёнка в группе. А ты мне сейчас будешь читать нотации? Нет, нифига. Ты вообще потерял какое-либо право мне что-либо высказывать, высказывать ты будешь своей девке, которую таскал за собой по командировкам, и то только в том случае, если она снизойдёт до того, чтобы выслушать тебя. — Произнесла я довольно грубо и резко, желая на самом деле очень сильно зацепить Олега, вот чтобы он даже не думал о том, что он может меня тут шпынять, а я буду молчать. Нет.

Да, мне было больно, мне было бы проще реально молчать, но я понимала, что чем больше молчания он встретит на своём пути, тем сильнее будет доводить меня.

— А ты, однако все своё воспитание куда-то растеряла.

— Хочешь сказать, перестала поддаваться дрессуре? — Перефразировав слова свекрови, рыкнула я и все-таки, сделав шаг к столу, упёрлась в него ладонями. — Олег, я, конечно, понимаю, что ты и вчера приехал для того, чтобы повидаться с детьми, но со Стешей ты так и не увиделся из-за того, что она спала, но это не даёт тебе право поступать как безответственный подросток. Ты прекрасно знал, что по поводу младшего ребёнка у нас с тобой в отношениях есть хоть какие-то правила. Ты хотя бы через старшего ребёнка должен предупредить о том, что ты заберёшь, куда-то Стешу. Но нет, ты вдруг посчитал, что можно заняться самоуправством.

— Так ты все равно на мои звонки не отвечаешь, — оскалился Олег, разводя руки в стороны.

— Так не надо звонить бывшей жене, кроме как о вопросах про детей по ночам и ещё что-то квохтать в трубку. — Ощетинилась я, всеми силами стараясь сохранять хладнокровие, но чего-то не выходило, чем больше мы раскручивали эту тему с Олегом, тем сильнее мне хотелось вцепиться ему в горло.— Я не отрицаю, я даже не говорю и не намекаю, что у тебя нет каких-то прав для того, чтобы видеться с собственными детьми…

— Конечно, потому что у меня эти права, в принципе, в наличии. Это мои дети, не ты одна их рожала.

Но я почему-то подумала, что это такой удачный момент для того, чтобы щёлкнуть его по носу, что непроизвольно выдала:

— Да, не я одна их рожала, со мной ещё был акушер-гинеколог, анестезиолог. В то время как ты всего лишь поприсутствовал при их зачатии.

Глава 9

Олег дёрнулся ко мне через стол.

И верно это меня только и спасло, потому что я успела оттолкнуться и сделать шаг назад.

Бывший муж, выставив указательный палец вперёд, хрипло произнёс.

— А вот так вот не смей говорить, Вика.

Он набрал полную грудь воздуха, и я поняла, что попала куда-то в очень больное место.

— Я каждого своего ребёнка безумно хотел, я о каждом своём ребёнке заботился, так как не заботится ни один мужик, не надо мне тут высказывать, что я только поприсутствовал на зачатии, не надо Вика, и ты, и я прекрасно понимаем, что это лютая ложь.

Я вскинула подбородок.

— Ты прекрасно знала, как мы и Дениса ждали, и Веронику, и уж тем более Стешу. Ты знала, что я не тот человек, который ставит галочки напротив списка имён своих детей. Ты все это прекрасно знала. Ты либо сейчас заберёшь свои слова обратно…

— Либо что? — Спросила я дерзко и сжала губы.

Олег подавился воздухом, и в непонимании того, какую альтернативу мне дать, начал закипать. У него от шеи стала подниматься краснота. И спустя мгновение он взмахнул рукой.

— Это свинство, Вика, такими вещами в меня кидаться. Ты прекрасно знаешь, что я хороший отец.

— Я не могу это утверждать после того, что ты сегодня сделал. Так хороший отец себя не ведёт, так хороший отец не поступает. И да, то, что ты вчера говорил Веронике в спальне…

— Тебя не касается. — Обрубил Олег и на этот раз закипела я.

— Все, что происходит с моими детьми, меня касается. Не надо здесь играть в такого серого кардинала, который за моей спиной что-то там решает с ребёнком. Это не только твой ребёнок, давай мы с тобой это все-таки как-то зафиксируем. Но ни один ребёнок с тобой не остался в разводе, — заметила я больное и сделала ещё один шаг в сторону двери. В груди злость кипела. Я не понимала, как Олег, который достаточно всегда был толерантным, который через Веронику передавал, что он тогда-то заедет за Стешей, тогда-то они увидятся, сейчас просто взял, приехал, забрал ребёнка, и как бы ему было плевать на то, что у ребёнка есть няня, которая испугается.