Магическое агентство "Призрачный свет" (СИ) - Завгородняя Анна - Страница 83

- Что вы желаете спросить? – уточнил Вронцев, покосившись на Арбенина. – Говорите. У нас не так много времени.

Николай кивнул. Подошел ближе, чтобы оживший мог лучше слышать и видеть. Затем быстро произнес:

- Кто вас убил?

Милошский странно дернулся, словно от удара. Повернувшись на голос, он уставился на князя Арбенина. В глазах ожившего таилась пугающая пустота.

- Было больно. А потом слабость. Я болел. Я обессилел, - ответил царский гость. Тут он покачнулся. – В пустых глазах что-то вспыхнуло. На миг в мертвое тело вернулось сознание. – А вы вообще кто такие?

Николай бросил взгляд на Шуйского.

- Это сейчас неважно. Мы расследуем необычные смерти в царских палатах. И вы можете нам помочь. Но времени ничтожно мало. Поэтому прошу, просто ответьте на некоторые вопросы: что предвещало болезнь? Было ли что-то, или кто-то, кто вас заразил? – продолжил спрашивать Арбенин.

Мертвый призадумался, явно не зная, стоит ли отвечать. Он явно не понимал происходящего.

- Нет. Никого, - наконец, проговорили посиневшие губы Милошского.

- Подумайте лучше. Возможно, нечто необычное? Что-то, что приходит на память? – предположил князь.

Поднятый некромантом мужчина нахмурился, будто припоминая. Затем покачал головой.

- Было больно, - повторил он. Слабость и потеря сил. Я уснул и вот только теперь проснулся.

- Э, нет, друг. Ты не проснулся, - покачал головой Вронцев. – Это просто часть твоего сна. Скоро ты уснешь снова и, боюсь, уже навсегда.

- Его душа привязана к телу? – спросил у некроманта Анатоль. – Или вы вызвали ее с той стороны?

- Вызвал, - ответил Вронцев. – Иначе господин Милошский парил по замку в виде призрака, что, конечно, облегчило бы нам, то есть вам, работу, - поправил себя некромант.

Николай покачал головой, призывая Поликарпа к молчанию. Затем снова обратился к мертвому:

- Все же, вспомните, господин Милошский. Не было ли чего-то необычного, предшествовавшего вашей болезни. Или даже не связанного с ней? Люди, предметы… Все что угодно, что могло бы показаться вам непонятным.

Поднятый некромантом мужчина нахмурился. Затем покачал головой.

- Он бесполезен, увы, - развел руками Анатоль. – Мы пока тратим время зря.

Арбенин вздохнул.

- Отпустите душу, - попросил он у Вронцева. Но в тот момент, когда Поликарп Вавилович, уже поднял руки, намереваясь изгнать из тела призванную душу, Милошский вдруг произнес:

- Постойте-ка… - пустой взор устремился на Арбенина. – Возможно, это глупость и вряд ли вам поможет, но я видел зеркало.

- Зеркало? – Николай подошел к Вронскому, решительно положив руку на плечо некроманта, остановив его в последний миг до того, как Поликарп намерился упокоить душу царского гостя.

- Да. Я видел зеркало. И отражение в нем показалось мне странным. Настолько, что я подошел, протянул руку и коснулся холодной поверхности. И ладонь обожгло. Ну, знаете, как бывает, когда на морозе прикоснешься к металлу.

Николай и Анатоль переглянулись. Затем Арбенин осторожно взял руку мертвого в свою и перевернул ладонью кверху, разглядев пятно почти идеальной круглой формы. На потемневшей коже Милошского разглядеть это пятно было сложно.

- Могу поспорить, на руке графа Белогорцева было точно такое, - проговорил Николай.

- Но мы осмотрели тело… - начал было Шуйский.

- И ничего не заметили, потому что искали совсем не это, - отпустив руку Милошского, Арбенин отступил на шаг. – Скажите, - обратился он к мертвому, - где именно вы видели это зеркало?

Мужчина нахмурился припоминая. Было заметно, что ему сложно восстанавливать память. Видимо, процесс разрушения уже начался. И все же, он ответил:

- Кажется, в приемном зале его величества. То есть, у входа в приемный зал.

- Спасибо! – поблагодарил мертвого Арбенин.

Милошский поднял на князя взгляд. Глаза оставались пустыми, впалыми. На щеках разлилась синева.

- Я ведь мертв? – вдруг спросил он.

Николай кивнул.

Милошский покосился на Вронцева.

- Это вы меня подняли?

- Я, - ответил некромант спокойно.

- Я буду теперь жить? – в голосе несчастного прозвучала отчаянная надежда.

- Нет, - так же спокойно проговорил Поликарп. – Смерть – единственное, что нельзя повернуть вспять, - добавил он уже тише.

Милошский подавленно кивнул. Затем лег и закрыл глаза.

- Как думаете, там, куда я отправлюсь, есть что-то… Или, – голос мертвого дрогнул, - это конец?

- Это не конец, - ответил князь и сделал знак Вронцеву. – Это начало.

***

Едва Арбенин вышел из комнаты мне хватило одного взгляда на него, чтобы понять: агенты что-то узнали. И, видимо, благодаря талантам некроманта.

Вирна потянулась к двери, дабы запечатать ее, но Николай остановил ведьму сказав:

- Нет смысла тратить силу. Человек, который лежит внутри, никого заразить не сможет.

- Так положено, - пожала плечами женщина в балахоне. – Я выполняю распоряжение его величества и не желаю брать на себя ответственность, если вы ошиблись в своих предположениях.

Арбенин отошел в сторону, не желая мешать работе Вирны, и подозвал нас ближе.

- Что-то нашли? – быстро спросил Степан.

- Да, - ответил князь Николай.

Варвара Потаповна тут же навострила уши, но я, заметив, что ведьма, справившись со своей работой, уже спешит присоединиться к агентам, наряду с Арсеньевым, шикнула на светлую душу, привлекая к себе внимание.

- Что такое, Полиночка? – удивился призрак.

- Мне нужна твоя помощь, - тут же ответила я.

Варвара бросила жадный взгляд в сторону агентов, явно желая быть в курсе всего, что расскажет Арбенин, но потом со вздохом повернулась ко мне.

Я отошла подальше. Душа последовала за мной.

- Что за тайны? – спросила она.

- Мне надо, чтобы ты отвлекла Вирну, - шепнула я.

Варвара нахмурилась, явно не понимая причину.

- Я должна сказать Николаю Дмитриевичу нечто важное, - одними губами ответила призрачной женщине.

- О! – восхитилась Потаповна.

- Полина Ивановна, мы тут обсуждаем интересные вещи. Вы все пропустите, - позвал меня тот, кто меньше всех имел на это право. – Ваш князь нашел зацепку в деле. Полагаете, его сиятельство станет повторять все для одного человека?

Я посмотрела на Арсеньева, затем подошла к агентам, чувствуя себе немного неловко.

- Все будет хорошо, Полиночка, - подлетев, Варвара Потаповна застыла рядом. Ее ответ я истолковала как согласие. Значит, надо быть внимательной и успеть рассказать Арбенину о темной душе. Я была уверена: знать о ней Вирне и ректору не надо.

- Не помню, чтобы давал вам право указывать моим агентам, что им делать, а что нет, - вдруг произнес Николай Дмитриевич, холодно посмотрев на Арсеньева. – Если понадобиться, я расскажу каждому из них все, что требуется.

Андрей Алексеевич примирительно поднял руки.

- Прошу прощения. Привычка, выработанная в академии. Не люблю, знаете ли, когда студенты отвлекаются. Но вы правы: это ваш человек, - удивил меня своим ответом Арсеньев.

- Полина, подойдите, - никак не отреагировав на извинения ректора, Николай поманил меня к себе. По его взгляду я поняла: не осуждает. Более того, кажется, догадался, что отвлеклась я нарочно. – Не желаете ли мне что-то сказать?

- Нет! – тут же ответила я. Вирна была слишком близко.

- Хорошо. Тогда идемте в приемный зал. Я хочу взглянуть на зеркало, - Николай посмотрел на ведьму. – Проводите нас, пожалуйста.

- Конечно, - глаза Вирны сузились. Из-за платка не понять: улыбается она, или просто щурится, словно кошка на солнце.

- Что за зеркало? – спросила я, когда мы уже отправились прочь от запечатанной комнаты.

- У нас есть зацепка, - ответил за Николая Анатоль. – Вронцеву удалось поднять Милошского, и он вспомнил свои странные ощущения, возникшие при прикосновении к некоему зеркалу, что находится перед приемным залом.

Возвращались тем же путем, которым шли сюда. Те же коридоры и узкая лестница для прислуги. Сейчас она сыграла мне на руку, особенно после того, как я услышала голос Варвары Потаповны, полетевшей вперед, туда, где во главе нашего шествия, была ведьма.