Магическое агентство "Призрачный свет" (СИ) - Завгородняя Анна - Страница 50

- То, что она поцарапала руку нашей княжны, значит, что кому-то очень понадобились элементы ткани Полины, - высказалась ведьма.

- Твои предположения? – спросил Арбенин.

- А что тут думать? – она передернула плечами. – Здесь пахнет каким-то обрядом или зельем. Так что, - взор Гаркун обратился ко мне, - теперь будь осторожна, Полина Ивановна.

Я стиснула зубы и, подняв глаза, посмотрела на Николая. Вот если бы он сейчас упрекнул меня в непослушании, я бы признала свою вину при всех. Но Арбенин не упрекнул. Не сказал ни слова, но посмотрел так, что лучше бы отругал.

Князь ведь просил меня оставаться дома! Надо быть честной с самой собой. Ну что мне стоило отправить с новостями Варвару? Так нет! Я хотела привезти новость лично. Глупость и гордость – вот, что толкало меня приехать сюда и в очередной раз доказать свою нужность агентству. А еще… пусть в этом признаться сложно, но я хотела что-то доказать Арбенину. Для меня это оказалось важнее собственной безопасности.

- Интересно, кому могла понадобиться кожа нашей княжны? – спросил Харитон.

- Известно кому, - ответил Шуйский. – Тот тип. Кажется, царский родич, я не ошибаюсь? У меня он первый под подозрением.

Я вспомнила Арсеньева и поняла, что с ректора станется пойти на подлость. Хотелось надеяться, что он оставил даже мысли обо мне, но случай с кошкой, кажется, доказывает обратное.

Наступила тяжелая минута молчания. Даже Варвара Потаповна висела в воздухе поджав губы и смотрела то ли с тоской, то ли с отчаянием.

- Хорошо. Сейчас Полина Ивановна с нами, - нарушил молчание Арбенин. – И раз уже все случилось, будем справляться с последствиями. Но прежде, - он посмотрел на меня, - раз уж вы здесь и так мчались, чтобы рассказать нечто важное, мы слушаем вас, княжна. Что же такого вы узнали, что примчались сюда и даже воодушевили Мамаева отправиться с вами.

- Я же не мог отпустить девушку одну! – проворчал Зиновий.

- Ты вообще не должен был отпускать ее. Впрочем, ладно. После драки кулаками не машут, - спокойно произнес князь Николай.

- Это я одна виновата, - попыталась заступиться за Мамаева, но здоровяк лишь махнул рукой. Мол, виноваты оба, не трать силы на объяснения. И я кивнула, решив больше не продолжать эту тему. Николай Дмитриевич прав. Раз уж я приехала, то должна рассказать, почему.

Взоры собравшихся обратились ко мне. Даже Варвара Потаповна и та приготовилась слушать.

- Вы помните, я рассказывала вам о том, что видела над головой баронессы тьму? - начала я. – Так вот, не без помощи Варвары Потаповны, я вспомнила о привязке, понимаете?

Арбенин усмехнулся.

- Я боюсь, что баронесса Строганова уже давно мертва, - вздохнув, сказала то, что собиралась. – Но кто-то, возможно, жених, ему это выгоднее всего, удерживает ее душу в теле. Полагаю для того, чтобы после свадьбы получить наследство Глафиры Илларионовны. Затем привязку ослабят и…

Варвара Потаповна заломила руки и заохала.

- Ну что за люди? – проговорила она, а я во все глаза посмотрела на князя Арбенина. И почему мне показалось, что моя новость для него не новость? Но Николай смотрел одобрительно, и сердце счастливо застучало в груди.

Агенты переглянулись. Так и есть. Они уже все давно поняли.

- Я вам не помогла, - проговорила тихо. – Не так ли? Вы уже все знали до того, как я рассказала?

Николай Дмитриевич сложил руки на груди и произнес:

- Я рад, что не ошибся в вас, Полина Ивановна.

- Значит, вы уже все знаете, - мои плечи поникли. – Я напрасно покинула особняк.

- Напрасно, - согласился князь Арбенин. Он хотел что-то добавить к уже сказанному, но тут в дверь постучали, и в комнату вошел лакей. Заложив руку за спину, он застыл на пороге, отчеканив:

- Госпожа баронесса примет княжну Головину в своей личной гостиной, - и добавил чуть тише, - одну.

Глава 32 Мертвые тени

И как я раньше не догадалась? Ведь все было предельно ясно! А ведь я наивно считала себя одной из лучших учениц академии. Вот он, щелчок по лбу, чтобы не зазнавалась.

Да, я никогда не кичилась своими успехами, но, как оказалось, подсознательно думала, что лучше всех.

Судьба дала мне отличный урок – не полагать, что я самая умная. Бывают и умнее.

Если бы не моя самоуверенность, я бы не вышла из дома и не позволила кошке поцарапать себя. Впрочем, время - тонкая материя. Назад его не перевернуть, словно страницу книги. Значит, надо жить дальше с тем, что уже произошло.

Шагая за лакеем в покои баронессы, я снова и снова возвращалась к нашей первой встрече. Уже тогда следовало обратить внимание на ее подозрительно бледный вид. А я была так занята собственными проблемами, что не заметила очевидного.

Нет, я не лучшая ученица, а просто зазнавшийся позор академии!

- Мы пришли, княжна.

Слова лакея пробудили меня от глубоких размышлений. Я подняла взгляд и устремила его на распахнутую дверь. Там за ней, находилась Строганова. Когда она пожелала поговорить со мной наедине, я не стала противиться. Да и Николай Дмитриевич решил, что, возможно, со мной Глафира Илларионовна будет чувствовать себя свободнее и станет говорить откровеннее.

- Доложите о моем приходе, - попросила слугу.

Он кивнул, постучал в дверь, а затем вошел и сообщил хозяйке дома о том, что княжна Полина Ивановна Головина стоит в коридоре и ждет приглашения войти.

- Княжна, ну что вы! Входите! – раздался голос из полумрака, но прежде чем я сделала шаг вперед, на мое плечо опустилась сильная рука.

Я обернулась.

- Вы? – проговорила, глядя на Николая Дмитриевича. – Но баронесса пожелала видеть только меня! – добавила зачем-то, а князь усмехнулся.

- Я не собираюсь разбавлять женское общество своим нежелательным присутствием, - сказал Арбенин, - но так как все еще неоднозначно, я предпочту подождать вас, Полина Ивановна, в коридоре. Скажем так: мне будет спокойнее, если я буду рядом.

Я не ответила, но почувствовала, что и мне будет спокойнее, когда рядом Арбенин. Мне вообще очень легко с ним.

Наши глаза встретились. Мое сердце пропустило удар, и я невольно вздрогнула, когда взгляд князя скользнул по моему лицу и всего на секунду задержался на губах.

- Полина Ивановна? – в голосе баронессы прозвучала толика нетерпения.

- Я иду, Глафира Илларионовна, - ответила быстро и вошла в покои Строгановой.

Лакей тут же выскользнул в коридор, прикрыв за собой дверь, и мы остались с хозяйкой дома наедине.

- Проходите, - попросила баронесса. – Надеюсь, вы простите меня за то, что принимаю вас в постели. Но мне порой становится дурно. Наверное, это из-за волнения. Ведь уже завтра моя свадьба.

Я сделала несколько шагов вперед и остановилась перед широкой кроватью, на которой лежала Глафира.

Она изменилась с тех пор, как мы виделись в последний раз. Стала еще бледнее, и лицо на белой подушке, выглядело худым и изможденным, как и тонкие руки, лежавшие поверх одеяла. Тьма, что облаком лежала над ее головой, стала еще гуще и плотнее. Приглядевшись, я смогла увидеть то, что пропустила прежде – тонкую нить, похожую на прядь черных волос, тянувшийся от головы баронессы вверх и исчезающей в том, что я приняла за проклятие.

Решив, что с моей стороны неприлично смотреть куда-то мимо собеседницы, я перевела взор на девушку, мимолетно скользнув взглядом по обстановке спальни.

В комнате царил полумрак, разбитый свечами, стоявшими в канделябре на прикроватном столике. Я сделала книксен, приветствуя Глафиру и она улыбнулась в ответ. Мне показалось, Строганова была рада нашей встрече.

- К сожалению, я не могу приветствовать вас должным образом, княжна, - проговорила невеста.

- Вам и не надо. Отдыхайте, - я присела на стул, стоявший у кровати после того, как баронесса указала на него рукой. Глядя на ее бескровные губы, подумала, что не захотела бы никакой свадьбы, если бы чувствовала себя так плохо, как Глафира. Но девушка улыбалась и старательно делала вид, будто счастлива.