Некромант на страже человечества. Том 6 (СИ) - Клеванский Никита - Страница 31

Но все же Леуштилат нашел способ вновь меня удивить. Интенсивность его фиолетового свечения выросла многократно, а сам он убрал правую руку за спину, продолжая удерживать двуручный меч одной левой.

Уже все тело нелюдя сочилось фиолетово-черным, а Леуш пылал фиолетово-золотым. Казалось, что их противостояние вышло за пределы поединка, да и Битвы Сильнейших в целом. Будто оно имело куда большее значение, чем просто борьба за право продвинуться в турнирной сетке. Однако решить все должны была именно сила и личное могущество!

В занесенной над головой правой руке Леуштилата появился еще один двуручник, и он силой обрушил его рядом с первым. Вот это умение я уже видел. Ведь я сам подарил его другу. И у того ушло немало времени, чтобы научиться им нормально пользоваться. Шутка ли — держать в каждой руке по здоровенной дуре, которую и поднять-то на всякий сможет, да еще и сражаться ими одновременно.

Но все же многочисленные учебные поединки с Аскаром сделали свое дело, и теперь воин-жрец удвоил натиск!

Этого оказалось достаточно, чтобы сломить оборону противника. В этот раз Проклятый сам разорвал дистанцию, но сделал это слишком поздно, и его верхние конечности превратились в две кровоточащие культяпки.

Нелюдь издал душераздирающий крик — первый звук, который от него кто-либо услышал. От боли и шока он потерял концентрацию и перестал использовать Межмировую Энергию. Черный дым тоже пропал без следа. И Леуш не преминул эти воспользоваться.

Пускай еще один его меч тоже осыпался на арену хлопьями ржавчины, но второй, пылая золотым светом, насквозь пронзил грудь нелюдя. Однако на этом мой друг не остановился и продолжил давить, распространяя свой свет на тело врага. И делал это до тех пор, пока тот не вспыхнул огнем и не упал на каменный плиты грудой обугленной плоти.

— Не бойтесь, жители Ижмарила! — громогласно провозгласил Леуштилат, опередив даже пораженного зрелищем ведущего. — Нет никакой болезни! Этот Проклятый использовал демонические силы, но я одолел его именем Сатвелеона! Восславим же бога света, друзья!

Нашел, блин, время проповеди читать. Я тут чуть инфаркт не словил, а у Власа, вон, последние три клочка волос поседели. Кому он теперь такой нужен? Хотя с учетом выигрыша на ставке…

Пока ведущий смаковал для зрителей самый сочные моменты поединка, а арену в очередной раз драили рабы, к нам сперва подошел Леуш, а следом и букмекер.

— Представляешь, это был всего лишь Осознавший. К тому же маг! — поделился Леуштилат, когда я искренне поздравил его с победой. — Он магией укреплял тело и бинты. А где брал скорость вообще ума не приложу.

— Главное, ты справился. — резюмировал я, окончательно успокоившись.

— Я-то да. Но только благодаря Сатвелеону и его помощи. Проклятый и сам был магом-жрецом. И заражал всех силой демона. Не думаю, что кто-то кроме меня мог бы ему противостоять.

А вот это уже любопытно.

— Ты говорил кому-то, что ты епископ? — спросил я друга.

— Конечно! Я даже в храме уже проповеди читал. Пастве понравилось. Слушай, а у тебя двуручника случаем в кольце не завалялось? А то у меня закончились.

— Только обычный. Держи.

— Ну хоть так пока. Спасибо, дружище!

Получается, что власовская теория заговора имела все шансы оказаться правдой, и организаторы действительно подтасовали пары, чтобы устранить кого-то. Но не кого попало, а именно Проклятого. И таким образом обезопасить отпрысков знатных семей.

А заодно заработать на ставках.

Влас как раз тупо пялился на три золотых в руках и не верил своему счастью. У него даже слезы из-под маски катились. Сколько же подняли настоящие закулисные воротилы?

— Прошу прощения, уважаемый, но мы не успели собрать всю сумму вашего выигрыша. — обратился ко мне букмекер елейным голосом. — Но я гарантирую, что мы обязательно выплатим ее после вашего боя.

— Если я на нем выживу, да? — хмыкнул я.

— Само собой. — кивнул тот.

— Готовьте деньги. — холодным тоном заявил я, поднимаясь на ноги. — Все до последнего медного гульдена. Я хочу видеть их сразу после завершения поединка.

— Всенепременно.

Я сверкнул глазами, и, несмотря на маску, букмекер поежился, будто его внезапно продуло сквозняком. Хотя я и понимал, что лично он ни на что не влияет, а лишь выполняет волю хозяев.

— Что ж, все хорошее когда-то заканчивается, а значит настало время последней сегодняшней схватки. — провозгласил ведущий, когда арена приняла более или менее приемлемый вид. — Но не забудьте прийти завтра, ведь завтра будет еще интереснее! А пока на ринг приглашается номер четыре — славный Катур из достопочтенного рода Глендельвейд. И его противник — номер тридцать четыре. Прошу!

— Удачи, дружище! — подбодрил меня Леуш. — Ты справишься!

— А какой коэффициент? — очнулся вышедший из транса Влас.

— Один к семи. В пользу Катура.

Регистратор выругался. Жадность в нем боролась с нежеланием расставаться с нажитым добром. Но кто одержал верх, я не знал, потому что уже спустился на арену и оценивал своего противника вблизи.

Низкорослый белобородый дварф, не доходивший мне даже до подбородка, полностью скрывался за выгнутым прямоугольным щитом с умбоном. Более того, на бой со мной он нацепил чуть ли не полноценные латы и шлем нащечниками, превратившись в настоящую живую крепость. В руке же он держал все тот же, что и раньше, кистень с тремя мощными стальными шарами на коротких цепях.

— До этого тебе везло, дукрат, но я покажу тебе, что такое страдание. — заявил Катур, плюнув в мою сторону. — Доставай оружие, если хочешь протянуть хотя бы минуту!

— Оружие? — усмехнулся я. — Мне не нужно оружие, чтобы одолеть такого слабака, как ты. Вот этого будет вполне достаточно.

Под полные растерянности и удивления вздохи публики в моей руке появился знакомый зрителям пожарный багор, покрытый ржавчиной и другими пятнами. Только теперь еще и гнутый. Мы пытались с Лешум вернуть ему изначальную форму, однако полностью нам это не удалось.

С трибун послышались нервные смешки, а ведущий филигранно скруглил углы, комментируя мой выбор. Все уже видели, на что я способен, а потому не торопились с выводами.

— Ты труп! — прорычал дварф, брызжа слюной.

— А ты клоун. — не остался в долгу я. — Бороду покрасил или у деда в долг взял? Своя-то не растет небось, отпрыск рода недоросликов? Клин… как там? В заднице фей?

— Глендельвейд!!! — взревел нелюдь и, не дожидаясь команды к началу, ломанулся на меня, словно носорог к самке в период течки.

Чего я в общем-то и добивался.

Катур мчался, выставив перед собой щит и замахнувшись кистенем. Полноценная броня практически не оставляла незащищенных участков, куда я бы я мог ударить, и он явно знал обо всех этих точках. И все же я не сходил с места. А когда шипованные шары пришли в движение и уже неслись к моей голове, я поднырнул под них, извернулся всем телом и, зацепив руку дварфа загнутым в обратную сторону крюком, резко дернул на себя.

Раздался сводящий челюсти металлически скрежет, но доспехи оказались явно непростыми. Даже с учетом использованного в противоход приема мне не удалось их повредить, и я лишь привел в негодность острие своего оружия.

Более того, масса и скорость нелюдя не позволили мне изменить его курс, а меня самого швырнуло на землю с чуть не вырванным из сустава плечом. Если бы не эволюция, руки́бы я в этот момент уже лишился.

И чуть не лишился головы, когда на нее практически уже приземлилась нижняя кромка щита. В последний момент я успел откатиться в сторону, и окованный металлом край с оглушительным грохотом расколол каменную плиту пола.

— Не устанешь в таком костюмчике бегать, отпрыск? — выдал я, поднимаясь на ноги.

— У меня Ядро гранитной твердости, червяк! — с напыщенной гордостью провозгласил Катур. — Я не устану никогда! К тому же ресурсы рода позволят мне восстановиться к завтрашнему дню.