Последний маг Империи (СИ) - Щегулин Антон - Страница 32

Мы подошли поближе, и моя внутренняя сила начала пульсировать. Всё ровно так, как происходило в прошлый раз перед фабрикой.

― Я чувствую здесь присутствие иллюзии, ― сообщил я, ― Почему это чувство такое знакомое, будто я всегда знал его, но только сейчас в себе раскрыл по-настоящему?

Мой вопрос остался без ответа. Гена остался возле мобиля, а мы с Дианой медленно приближались к пристройке. Внезапно я ощутил мощный всплеск силы внутри, после чего всё окружающее пространство преобразовалось.

Невзрачная водонапорная башня превратилась в весьма красивую башню, выполненную в готическом стиле. Пристройка рядом изменилась до неузнаваемости. Вся обшарпанность исчезла, пристройка выглядела ухоженно и красиво.

Красный, выцветший кирпич сменился угольно-чёрной каменной кладкой с потрясающими узорами серо-белого цвета. Оконные рамы из серых, невзрачных и обшарпанных превратились в новые, крашеные изразцовые.

В каждом окне горел приятный тёплый свет. Он едва подрагивал, словно пламя свечи, подверженное лёгкому дуновению ветра.

Дверь из обычного куска растрескавшегося дерева на ржавых петлях преобразилась в каменную плиту с узорами.

Она мне чем-то напоминала дверь на Сретенском, но надо признать, та была куда более искусно сделана.

Диана прикрыла открытые уста своей прелестной рукой, я же улыбался от уха до уха. Каждый раз подобные трансформации меня поражали до глубины души своим масштабом.

Что тогда с фабрикой, что теперь с водонапорной башней.

― Нам на самый верх, ― сказала графиня.

Дверь медленно распахнулась, внутри никого не было. Встречали нас только подрагивающие огни люстры и свечей, расположенных на стенных подсвечниках.

Мы с Дианой вошли внутрь, она пошла вперёд, и через несколько лестниц и пролётов наконец оказались в башне.

Интерьер в готическом стиле, просторное помещение, рядом с единственным огромным окном от потолка до пола находился телескоп. На потолке роспись из созвездий.

В центре огромный дубовый стол на массивных ножках. Явно ручной работы, прекрасно выделанный, идеально вписывающийся в убранство. Вдоль изогнутых стен бесчисленное множество полок с книгами.

Некоторые книги старые и потёртые, другие совсем новые, но всех их объединяла красота. Не было ни одной невзрачной книжки. Каждая с тесьмой, с кожаной обложкой или другими изысками.

Также здесь царил цветочный запах, что и неудивительно, ведь у окна находился целый рассадник. Я даже не брался определить каждый из цветков, что там можно было увидеть. Настолько их было много.

За столом в деревянном кресле с высоченной спинкой сидел пожилой мужчина с раскидистой бородой, усами, в очках и залысиной, тянущейся аж до затылка.

В руке он держал перо, делал какие-то записи.

Долгое время он не обращал на нас никакого внимания. Затем он встал, свернул бумагу, с которой работал, в свиток, запечатал и отнёс на специальную полку, где таких свитков было великое множество.

Только после этого он вернулся обратно за свой стол, посмотрел на нас исподлобья, снял очки и улыбнулся.

― Ах, какие люди, Павел Андреевич Евграфов и Диана Константиновна Орлова, а я вас уже заждался.

― Заждались, Иоанн Романович? ― с удивлением переспросила Диана.

― Конечно, заждался, ― сказал он и взял какую-то бумагу с края стола, ― На вас разнарядка пришла уж давным-давно. Ещё тогда, когда Павел Андреевич впервые в Тверь приезжал.

Сказав это, он широко улыбнулся мне. Несмотря на почтенный возраст, его зубы были в идеальном состоянии. Лишь слегка пожелтели.

― Орден всевидящего ока просто так мне письма не присылает, ― продолжал улыбаться он, ― А вы как думали?

― Но что вам о нас сообщили? ― вмешался в разговор я.

― А как вы думаете, Павел Андреевич? ― продолжал улыбаться Иоанн Романович.

― Я пока ничего не думаю, вот письмо от Ордена всевидящего ока, которое у меня есть, ― я протянул его старику.

Тот, приподняв голову чуть вверх, при этом глядя на само письмо, пробежался по нему глазами, затем отложил очки и посмотрел на меня.

― Ну что, Павел Андреевич, раз вы здесь с Дианой, вопрос доверия, полагаю, решён?

― Решён.

Диана посмотрела на меня и улыбнулась. В её глазах чувствовалась искренняя благодарность.

― Когда же вы наконец поженитесь? ― внезапно спросил старик. ― У вас будут прекрасные дети, представляете, какая красивая двойная фамилия Евграфов-Орлов. Я бы на вашем месте, Павел Андреевич, не медлил.

Мы с Дианой оба залились краской.

― А что это у вас, Диана с ногами? Где вы столько грязи нашли? ― он навис над столом. ― А у вас Павел Андреевич? Ужас какой!

― Это…

Но я не успел продолжить, как он прервал.

― Не беда, моя экономка всё уберёт, ― сказал он, продолжая улыбаться, ― Загляните потом в гардеробную, там найдёте чистую одежду. И соответствующую вашему статусу, разумеется. Не ехать же в таком виде в Москву, правда?

Я кивнул, Диана тоже.

― Что ж, раз с этим разобрались, перейдём к основной части, ― он взял какую-то книгу, раскрыл её, лизнул палец и перелистнул несколько страниц, ― Я вношу вас в перечень «перебежчиков», не переживайте, оно только называется страшно, а на деле ― обычная формальность.

После этих слов он поглядел на нас исподлобья.

― Да и к тому же Орден расколотой луны, ― фыркнул он, ― Прекрасно вас понимаю, я бы и сам в этом гадюшнике не продержался и недели. После того, как Андрей Илларионович Евграфов перестал его возглавлять, тот превратился в настоящий серпентарий.

Он приподнял брови и посмотрел мне в глаза. У меня же сердце заколотилось. Я и не подозревал, что мой отец управлял Орденом. Посмотрев на Диану, я понял, что эта подробность ей тоже неизвестна.

― Тем более, вам, Павел Андреевич, даже не дали в него полноценно вступить, ― продолжал Иоанн, ― Поэтому с вами всё будет гораздо проще. А вот с Дианочкой, ― старик глубоко вздохнул, ― Девочка моя, крепитесь. Будет очень тяжело.

Она заёрзала.

― Простите, но тяжело ― это как?

― О, пока не думайте об этом, мне нужна лишь ваша подпись, вот здесь, здесь и здесь, ― он протянул нам по бумаге.

Я взял перо, прочитал условия договора и понял, что это можно подписывать, потому что предметом является избавление от метки Ордена. Диана тоже недолго ждала, ничего лишнего в договоре не было.

― Что ж, ― улыбнулся старик, ― а теперь за мной.

Мы спустились в подвал, пробираясь через тесные, пыльные коридоры, где на каждом углу была паутина.

Наконец мы оказались в просторной церемониальной комнате. Здесь немного пахло сыростью.

На стенах были факелы, по центру находился внушительных размеров чёрный трон, выполненный из камня, дерева и кожи. Каменные вставки имелись повсюду, но основная масса камней была сосредоточена у основания. Он буквально стоял на каменных ножках.

Обивка из тёмно-синей кожи, никогда прежде такую не видел. На подлокотниках ремни, видимо, для закрепления рук. Также ремни были на ножках, чтобы закрепить ноги, и один большой ремень, что обхватывал грудь.

― Но к чему столько ремней? ― воскликнула Диана. ― Неужели, нельзя обойтись без этого?

― О, не переживайте, Диана Константиновна, ― улыбнулся старик, ― ремни нужны исключительно для того, чтобы вы сели в нужно положении. Иначе мне будет тяжело настроить испепелитель.

― Испепелитель⁈ ― глаза у неё чуть не повылезали из орбит.

― Ой, прошу прощения, ― хихикнул дед, ― я сказал испепелитель? Я имел ввиду исправитель… ― он сделал паузу. ― Да, исправитель, исправитель. Не бойтесь.

Он жестом пригласил её сесть.

― Дамы вперёд, ― Иоанн посмотрел на меня, ― а вы пока подождите, Павел Андреевич.

― Нет, нет! ― возразила Диана. ― Пусть он идёт первый, я боюсь.

― Не бойтесь, это словно комарик укусит, даже не почувствуете, я вам слово даю, Ваше Сиятельство, Диана Константиновна.

― Ручаетесь? ― испуганно спросила она.

― Ну конечно, слово графа вам даю, ― продолжал улыбаться старик, ― Вы мне доверяете?