Последний маг Империи (СИ) - Щегулин Антон - Страница 15

Улыбаясь, Бессер обнажил свои мерзкие зубы. Все кривые, жёлтые, с бурым налётом и огромными щелями. Тут же странно запахло. Вероятно, у него изо рта.

― Павел Андреевич, ― обратилась ко мне Диана, ― Леонид Давидович управляет сообществами кулачных боёв, а также владеет несколькими крупными ломбардами столицы. Как видите, он и сам мог бы принять участие в драке, да вот только положение не позволяет, верно говорю, Леонид Давидович?

Больше всего меня раздражало в светских беседах то, что даже заклятому врагу ты обязан улыбаться. Иначе никак.

И если для меня фамилия Бессер ― это всего лишь ступень в долговой яме, то для Дианы ― это убийца её родни. Точнее, человек, причастный к убийству её родни.

Не представляю, как ей удавалось держаться так естественно и непринуждённо.

― Диана Константиновна, ― улыбнулся Бессер, ― это не просто верно, а ювелирно точно. У вас талант представлять собеседников.

Нашу «милую» беседу прервал один из осведомителей «Лунной ночи».

― Дамы и господа, прошу прощения, Анастасия Горчакова приглашает вас пройти внутрь, скоро начнётся основная часть мероприятия.

Человек в снежно-белой сорочке и угольно-чёрном жакете поклонился и удалился, чтобы пригласить других присутствующих.

Не растерявшись, я тут же предложил руку госпоже Орловой, опередив тем самым Бессера. Судя по выражению его лица, это приведёт к последствиям для меня. Но мне нужно было с ней срочно поговорить.

Я повёл её в манеж, чуть наклонив голову.

― Диана, вы были правы! Вы во всём были правы! ― восклицал я.

― Да неужели, Павел Андреевич? ― издевательски воскликнула она.

― Нам нужно срочно поговорить наедине.

― У вас был шанс. Я сидела напротив в вашем имении, готовая на…

Она тут же осеклась и не закончила фразу.

― Диана, вы не понимаете, ― продолжал я, ― дело не в том, что мы обсуждали на веранде. Нам действительно стоило бы объединить усилия.

Она остановилась и убрала руку с моего локтя.

― Да вы издеваетесь надо мной? ― воскликнула графиня. ― Мало того, что унижаться пришлось, так теперь вы мои идеи выдаёте за свои⁈ Немыслимо!

Я тяжело вздохнул. Кажется, она держала на меня обиду всё это время. В её глазах мелькало недовольство, её поза говорила о конфронтации со мной. Руки скрещены, поворот полубоком, косой взгляд.

Но я чувствовал, что за всем этим скрывается симпатия. Она хотела взять и уйти, прекратив беседу, но почему-то этого не делала.

― Диана, ― нагнулся я вперёд и начал говорить почти шёпотом, ― Бессер и Черкасов для меня такие же враги, как и для вас.

― Неправда, ― вздёрнула подбородок девушка, ― я вот вполне мирно общалась с Леонидом Давидовичем. Не такой уж и плохой человек. Если не считать запаха изо рта.

Сказав это, она улыбнулась кончиком губ и затянулась папиросой в мундштуке.

― Вы сейчас играете со мной, Диана, не нужно этого.

― Тогда принесите свои извинения! ― резко потребовала она.

― За что⁈

― За ваше хамское поведение!

― Моё хамское поведение⁈ ― опешил я. ― Да вы себя-то слышали?

― В таком случае нам не о чем разговаривать, Павел Андреевич, ― она отвернулась, видимо, ожидая, что я дам заднюю, ― На этом и закончим.

― Какая вы колючая, ― выпалил я, ― Думаете на вас свет клином сошёлся?

― Он и на вас клином не сходился! Всего доброго.

На этом она развернулась и пошла в манеж в гордом одиночестве.

Ну и пусть идёт. Мы ещё не раз с ней пересечёмся внутри. И она будет вынуждена со мной общаться. При условии, если я сам того захочу.

Но, признаться честно, её помощь мне бы не помешала. Всё-таки она телепат, а значит может залезать в голову к Бессеру. Интересно, она это сделала? Или нет?

Тот выглядел заинтересованным. Как только мы разминулись с ней, он подбежал и предложил ей своё общество вновь.

Ну конечно, она обрабатывала его. А я вмешался. Он же в ней души не чает. Улыбается, когда смотрит на неё, обхаживает, делает комплименты.

Интересно получается, он причастен к убийству её родни, при этом обхаживает. С каких пор подобное считается нормальным?

Я спешно зашёл внутрь манежа и поразился размаху. Подготовка «Лунной ночи» оказалась поистине грандиозной.

Под потолком сияли яркие созвездия ночного неба, в центре ― сияла луна. Везде мелькали разноцветные огни. А я ведь раньше никогда не задумывался о природе этих огней. Это же чистая магия, что мелькала под носом всю жизнь.

На сцене слева расположился оркестр, исполняющий приятную мелодию. В меру ритмичную, местами плавную и размеренную.

Все вокруг выглядели потрясающе, надели такие наряды, что я диву давался. Чьи-то платья были крайне помпезны, но встречались и скромные одежды.

Я относился к скромникам. Но не потому, что не умел одеваться вызывающе прекрасно. А потому что спешил и намерен был заняться тут делами.

Проталкиваясь через толпу, со мной здоровались дамы знатных родов, что узнавали меня даже в маске. Одной из них стала Елизавета Водопьянова. Именно от неё днём ранее я получил письмо со страстным призывом посетить их имение вновь.

― Ваше Сиятельство, Павел Андреевич, ― обратилась ко мне прекрасная особа, ― Какая неожиданность увидеть вас тут! В последние годы на «Лунных ночах» вас не сыскать.

Она держала в руке бокал шампанского.

― Лизонька! ― позволил я себе фамильярность, и она оценила. ― Вы просто прекрасны!

Внутри же, я проклинал ту секунду, когда она меня заметила. Хотелось уже уйти, но я не мог это сделать без причины.

― Благодарю, Павел Андреевич.

Она прятала взгляд и всячески кокетничала. Покачивала бёдрами, томно вздыхала и поправляла волосы.

― Вы здесь на всю ночь или только на открытие? ― спросила она застенчиво.

Она не могла скрывать свой интерес, бедняжка была в меня безнадёжно влюблена.

Увы, взаимностью ответить я не мог.

― Посмотрим, Лиза. Никогда точно не знаешь, какие открытия тебя ждут впереди.

Она улыбнулась, видимо, подумав, что эта фраза адресована ей. Но честно говоря, я уже мечтал, чтобы меня кто-то спас от её общества.

И я даже подозревать не мог, что спасёт меня именно этот человек.

В груди вновь начало щемить. Я чувствовал нечто таинственное, скрытое. Затем появилась тягучая вязкость и тревожность. Мысли мои омрачились. Кто-то опустил тяжёлую руку мне на плечо.

Я развернулся, чтобы посмотреть и едва сдержал удивление.

― Павел Андреевич, какая честь! ― воскликнул человек, которого я знал. ― Надеюсь, я не отвлёк вас от важной беседы?

― Нет, нет, что вы, Виктор Борисович, ― улыбнулся я так искренне, как только смог, ― Наоборот, я надеялся вас здесь встретить.

― Беклемишевых все хотят встретить, но не каждому они отвечают взаимностью, ― сказал он и повернулся к Лизе, ― Елизавета Артёмовна, вы позволите ненадолго забрать у вас кавалера? Обещаю вернуть его в целостности и сохранности.

Глава 6

Беклемишев

Уже через пару минут мы с Беклемишевым находились вдвоём в небольшом помещении. Оно явно предназначалось для приёмов. Тут был камин, диван, два кресла, журнальный столик, ковёр и даже собрание книг на полках возле стены.

― Прошу, присаживайтесь, Павел Андреевич, ― Беклемишев указал на кресло, ― Сигару? У меня потрясающая коллекция прямиком с Кубы. Уверен, вы таких не пробовали.

Я улыбнулся и кивнул. Он срезал «попку», передал мне тугой свёрток из табачных листьев, зажёг спичку и дал прикурить.

Сигары в затяг курить нельзя, поэтому я наполнил полный рот терпким, густым дымом. Прочувствовал его вкус. Дерево, горечь, немного солоноватости и нотки цитрусовых.

Сигара и вправду была очень хороша.

― Вижу, что вам понравилось, Павел Андреевич.

― Весьма недурно, ― улыбнувшись сказал я, ― Но мы же не сигары покурить здесь собрались, верно?

Беклемишев улыбнулся. В отличие от Бессера его зубы были белоснежными и ровными.

Гусарские усы были аккуратно пострижены и уложены в цирюльне. Чёрные, пытливые глаза таили в себе опасность. Его было сложно прочитать. Для меня он словно закрытая книга. Я не понимал, что творилось в голове у этого человека.