Край Земли (СИ) - Панченко Андрей Алексеевич - Страница 46

Осмотрев иглу, в которой ничего примечательного не нашлось, мы продолжили путь, радуясь, что нам удалось сэкономить пару часов времени, но как оказалось, совершенно зря. Во второй половине перехода под напором ревущего штормового ветра вокруг нас и прямо под нашими ногами стали нагромождаться ледяные торосы. К вою метели добавились и жуткие звуки ломающегося льда. К счастью, мы двигались почти по ветру, если бы ветер дул нам в лицо, мы бы не смогли ни продвигаться вперед, ни держаться следа.

Этот путь к мысу Колумбия был сложнее и опаснее пути на Полюс. Обширная область затянутого льдом Полярного моря, величиной в несколько сотен километров по своей сути представляла собой одну большую полынью, которая менялась под напором ветра и течений. След Ричарда, от которого нас отделяло всего ничего, часто прерывался свежими разломами. К нашему счастью они были не такими большими, как-то разводье, где едва не утонули наши нарты и мы, практически не задерживаясь их легко преодолевали.

Восемнадцать часов в пути… Это наш второй такой переход, мы уже седьмой день идем по следу, и отчаявшись нагнать беглеца, практически перестали тратить время на сон. Но не только это было причиной. Прошлой ночью льдина треснула практически у стен нашего иглу, которое мы всё же построили, не найдя подходящего сугроба. Сломанный ветром лед расходился в стороны, а мы побили все рекорды по сборам лагеря, стремясь побыстрее уйти от опасности.

От слепящего солнца, что светит прямо в лицо, у меня потрескались пересохшие губы, кожу саднит от солнечного ожога и обморожений, чувствую я себя отвратительно. Собаки, как и мы вымотаны до предела, на них смотреть даже больно, да я и не смотрю, передо мной как ориентир маячит спина инуита, что продолжает искать надежный путь среди жуткой мешанины льда и открытой воды, посреди которой мы оказались. С каждым шагом на юг ситуация всё критичнее, иногда нам даже приходится использовать небольшие льдины как паром, чтобы перебраться на относительно твердый лед.

Я уже прекрасно понимаю, что вернуться к основной группе Русской экспедиции у нас не получится, чтобы спастись, нам нужно как можно скорее идти вперед к земле, иначе это грозит нам тем, что в итоге мы окажемся посреди океана на какой-нибудь льдине, как мамонтенок из знаменитого мультфильма. Тогда нам только и останется, что петь песенку этого же самого мамонтенка, с мольбами о том, чтобы нас кто ни будь услышал, нашел и пришел. Надеюсь Арсений не стал задерживаться на Северном полюсе, и мои ребята уже на пути домой. Судя по направлению ветра, и пройденному нами до этого пути, их дорога должна быть легче и безопаснее нашей.

Тупун тоже прекрасно понимает в каком положении мы оказались, его взгляд тревожен, он непрерывно шепчет про себя какие-то молитвы на инуитском языке. Он наверняка уже сто раз пожалел, что отправился вместе со мной в этот опасный путь. И тем не менее инуит не жалуется, мы работаем слажено и сообща, как одна команда, понимая друг друга практически без слов.

Утешает меня только одно, и Совер со своей командой и Ричард сейчас в такой же ситуации, как и мы с моим инуитом. Сейчас они так же спешат к твердой земле, пытаясь спасти свои жизни.

— Стреляют! — Внезапно впереди идуший инуит остановился как вкопанный, от чего бегущим за ним собакам пришлось сворачивать на целину, чтобы в него не врезаться. — Впереди!

— Не показалось тебе? — Как я не прислушиваюсь, я не слышу ничего кроме завывания ветра.

— Вот опять! — Инуит как ищейка, почуявшая добычу, резко повернулся в пол-оборота вправо — Там стреляют! Несколько винтовок!

— Похоже Ричард всё же догнал Соверса — Вздохнул я, втыкая остолом в снег и фиксируя нарты на месте, чтобы собаки не утащили их в наше отсутствие — Оставляем нарты и собак здесь, берем только винтовки и патроны. Похоже там перестрелка. Хотя, чего это я? Ты можешь не ходить Тупун, там опасно и это наши с Ричардом личные дела.

— Я пойду начальник — Тупун взял с нарт свою винтовку и повесил на шею — Они наши враги. В стойбище их нельзя было убивать, старейшина запретил, а здесь можно.

— Погодим пока кого-либо убивать, там ещё разобраться надо, что почем — Я тоже проверил винтовку, поерзал на лыжах проверяя крепления, и дружески хлопнул по плечу инуита — Я рад что ты со мной дружище!

Метров через триста, которые я прошел следом за инуитом, и я услышал хлесткие щелчки винтовочных выстрелов. Тупун, словно тень, скользил по снегу, его лыжи едва касались поверхности, оставляя за собой едва заметный след. Я старался не отставать, но уже чувствовал, как легкие горят от напряжения. Морозный воздух щипал лицо, заставляя глаза слезиться. Звуки выстрелов становилось всё громче, смешиваясь с визгом ветра.

Вскоре мы достигли небольшого поля торосов. Тупун без промедления полез на ближайшую ледяную горку, стараясь на высовываться, я последовал его примеру. С вершины тороса открылся вид на затянутую молодым льдом полынью, по обоим берегам которой и засели противники.

Там, внизу, разворачивалась настоящая бойня. Ричард, с винтовкой, прижатой к плечу, укрывался за большим снежным настом. Он быстро передергивал затвор винтовки, и недолго прицелившись стрелял. Его движения были суетливыми, какими-то дергаными, и немного присмотревшись, я увидел, что под правым бедром лыжника снег расплывался красным пятном. Ричард ранен!

На противоположном берегу полыньи лежали опрокинуты на бок нарты, в упряжи которых неистово дергались собаки, то и дела сдвигая их из стороны в сторону. Судя по положению саней, Ричард застиг Соверса и его слуг во время обхода очередного препятствия. С высоты тороса мне хорошо было видно, что, укрывшись за этими нартами, одетый в толстую шубу человек отчаянно отстреливался. Вокруг стрелков на солнце поблескивали пустые гильзы.

На помощь другу я пока не спешил, ситуация была крайне непонятная. Где ещё одни нарты Соверса и его люди? Должно быть еще два человека! Уловив рядом движение, я повернулся к инуиту, и увидел, как он целится в противника Ричарда.

— Тихо! — Шикнул я, опуская руку на винтовку Тупуна. — Еще двое где-то, выстрелим и нас вмиг вычислят!

Инуит кивнул, и закрутил головой по сторонам, его темные глаза горели беспокойством.

— Сдавайся Рон! — Сквозь шум ветра до меня внезапно донесся голос Ричарда — Или я тебя убью!

Противник ничего не ответил, а высунувшись из-за нарт выстрелил. В этот момент я хорошо разглядел стрелявшего. Негр! Стрелявший был чернокожим! Я замер на месте от удивления. Не понял… В себя меня привел толчок инуита, я повернул к нему голову, и он молча показал мне пальцем куда-то в сторону восточного края полыньи.

Два человека одетые в темные шубы, прикрываясь настами снега и обломками льда, подползали к Ричарду с фланга, очевидно пытались его окружить. Один из них был вооружен охотничьим ружьем, и тоже был чернокожим, а второй, похоже сам Соверс, держал в руках нечто похожее на револьвер, только огромных размеров. Ричард недооценил своего врага, забыв, что Рон Соверс был действующим офицером, капитаном американской армии, и совершенно очевидно куда как лучше лыжника разбирался в тактике ведения боевых действий. Пока один из слуг отвлекал моего раненого друга, Соверс со вторым слугой предприняли обходной маневр, ничем не выдавая своего присутствия до поры, до времени. Простой и эффективный способ разделаться с одиночкой, который ничего не шарит в военном деле! А то что Ричард полный в этом деле профан, говорило уже то, что он даже не пытался менять позицию. Я хоть сам и не большой специалист, но военную кафедру университета в свое время закончил, был лейтенантом запаса, и в таких вещах худо-бедно разбирался.

— Идиот! — Я закусил от досады губу. А если бы мы опоздали⁈ — Зорро недоделанный! Тупун, этого за нартами достать сможешь?

— Попробую — Не уверенно ответил инуит, он явно нервничал — Далеко начальник.

— А ты, обойди его сторонкой, поближе подойди. — Успокоил я своего эскимосского напарника — Главное сразу его прибить, а то очень уж он удобно устроился за моими новыми нартами. И побыстрее давай, пока Ричард в них ещё больше дыр не наковырял.