"Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Прохоров Иван - Страница 88

Алида сжимала в ладошке несколько монет: пяток медяков, три серебряные и одну золотую. Анна, Лина и Элли одолжили ей немного денег, когда узнали, что она задумала. Правда, Алида пока не могла придумать, каким образом вернет долг отзывчивым служанкам, но обещала себе подумать об этом чуть позже.

По пути в телегу запрыгнул деревенский парень в шерстяном дорожном плаще, угрюмо сел в угол и не предпринимал никаких попыток заговорить с попутчицей. Ее это устраивало. Небо становилось все темнее, наливалось грозной синевой и иногда даже принималось ворчать, как сердитый кот. Гнедая лошадь, запряженная в телегу, то и дело раздраженно всхрапывала, отгоняя хвостом назойливых слепней.

Алида переживала, что дождь разразится раньше, чем они успеют приехать в Биунум. Однако настроения возчика погода не портила: он продолжал насвистывать что-то навязчиво-жизнерадостное. Впереди показались выцветшие крыши палаток и уродливое колесо обозрения.

– Ярмарка какая-то не очень, – перестав свистеть, сказал возчик. – В прошлые годы лучше была. Или я постарел?

– Угу, – отозвалась Алида.

– А про праздник слышали? – продолжил возчик. – Ходили повсюду молодчики в форме да заливались соловьями. Приходите, дескать, на салют смотреть.

– Да, было дело, – оживился вдруг сосед. Алида с любопытством взглянула на него. Штопаные штаны, рваные ботинки, заплаты на плаще – он явно жил небогато. – Странно, конечно, праздник без повода… Но посмотреть страсть как интересно. Правда?

– Правда, правда, – протянул возчик. – Вы пойдете?

– Как получится, – отмахнулся попутчик. – Но хоть одним глазком взглянуть было бы неплохо.

– А ты, деваха, что скажешь? – Возчик обернулся на Алиду и подмигнул ей.

Алида нахмурилась, вспоминая все опасения, которые высказал ей Мелдиан. Праздник на другом конце города, далеко от замка альюдов. Веселье после погромов. Нет, ей это решительно не нравилось…

– Не знаю, – ответила она. – Может, схожу, если хозяин отпустит.

Попутчик смерил ее заинтересованным взглядом, задержавшись на руке, в которой поблескивали монеты. Алида крепче сжала кулак, и он опустил глаза.

– Хозяин, говоришь? Это кому же ты прислуживаешь в том краю, где деревни одни? – недоверчиво спросил возчик. Алида поняла, что оплошала, но быстро собралась с мыслями:

– Я устроилась подрабатывать на лето. Помогаю мельнику на мельнице. Он послал меня в город купить колесо для телеги.

– И как же ты это колесо обратно потащишь? – хмыкнул возчик.

– Покачу, – насупилась Алида.

Возчик отказался везти Алиду к Кварталу Ремесленников, потому что сам он направлялся в противоположную сторону, и Алиде пришлось расплатиться с ним одним медяком и продолжать путь пешком. На всякий случай она намотала платок так, чтобы он немного прикрывал лицо. Может, кто-то ее узнает и вспомнит, что она когда-то была хранительницей страницы Манускрипта.

Отовсюду доносились удары молотков, ругань рабочих, громыхание стропил. Биунум восстанавливался после ночи погромов, зализывал свои раны, словно огромный зверь. Алида с горечью отметила, что не осталось почти ни одного дома, чьи стены не были бы покрыты сажей, а окна уцелели. Просто удивительно, как люди не подняли восстание против Магистров. Должно быть, страх все-таки оставался сильнее возмущения.

Алида прошла по мосту, горбато выгнувшемуся над мутно-зеленой рекой, и очутилась на запруженной людьми улице. Она вдохнула полной грудью: несмотря на все недавние происшествия, это все-таки был Биунум, такой знакомый город, в котором она бывала множество раз.

Из окон доносились ароматы домашней еды, во дворах резвились дети и прохаживались куры, на подоконниках и нагретых солнцем крылечках вальяжно растянулись кошки. Несколько мужчин очищали гарь с фасадов домов, кто-то перекрывал обвалившуюся после пожара крышу. Общее дело сплотило жителей, и сейчас город походил на улей, полный деловитых пчел.

Алида умышленно не стала заходить на улицу, где жил ее отец. Она старалась как можно реже думать о нем, чтобы не расстраиваться лишний раз. Несмотря на его предательство, ей все же хотелось убедиться, что отцовский дом не пострадал от пожара.

Чем ближе она подходила к центру, тем больше людей попадалось на улицах. Извозчики и пешеходы то и дело прикрикивали друг на друга, сталкиваясь, и Алиде приходилось держаться поближе к стенам зданий, чтобы не попасть под колеса или не врезаться в кого-нибудь.

Прямо перед ней на мостовую выплеснулось зловонное месиво помоев, и Алида показала кулак женщине, которая высунулась из окна, вытрясая из ведра последние капли жижи и кусочки луковой шелухи. Горожанка ехидно усмехнулась и скрылась в окне.

Наконец Алида свернула на узкую улочку и через нее вышла в Квартал Ремесленников. Здесь было гораздо тише, чем на основных улицах, и она не спеша двинулась вдоль ряда мастерских и лавок. Богатые ремесленники арендовали под магазин первые этажи домов, мастера поскромнее держали разборные шатры и палатки, а самые находчивые торговали добром прямо с рук. Плетеные корзины, пугающе острые ножи и топоры, украшения с самоцветами, глиняная посуда, меховые шапки – Алида скользила взглядом по разномастным товарам и лицам лавочников. Но она искала совсем не горшок и отнюдь не шапку. Ей нужно было что-то куда более основательное…

– Эй, красотка, никак за туфельками пришла? – окликнул ее сапожник с лихо закрученными кверху усами. – Ну, так подходи, не стесняйся. Подберем что-нибудь на твою изящную ножку.

Алида состроила презрительную гримасу и украдкой взглянула на собственные стопы. От прогулки по городу ноги, конечно, покрылись слоем пыли и дорожной грязи, но, на ее взгляд, этого было недостаточно, чтобы заставить себя надеть неудобную жесткую обувь.

Сапожник хмыкнул и подкрутил пальцем ус. Алиде совсем не понравилась его самодовольная физиономия, и она двинулась дальше. Мужчина, пожав плечами, взялся за нож с длинным тонким лезвием, скошенным на конце, и принялся кроить кожу.

– Дай-ка пройти, плетешься, как хромая овца, – проворчал какой-то прохожий и грубо толкнул Алиду в бок. Она оступилась и уже хотела возмутиться, как ее взгляд упал на то, что она искала. Оправив платье, Алида поспешила к лавочке.

Торговец, худощавый стареющий мужчина, выкатил из мастерской колесо и пристроил его у прилавка. Выпрямившись, он отряхнул ладони и оглядел свою лавку довольным взглядом. Колеса разных размеров, кресла-качалки, даже небольшие телеги с цветочными горшками внутри – весь товар не умещался под навесом, и некоторые предметы пришлось выставить наружу. Торговец вернулся за прилавок и устало вздохнул.

– Добрый день! – Алида подскочила к лавке, вспугнув стайку копошащихся в дорожном песке воробьев.

– Чем могу помочь? – спросил мастер, немного недоверчиво глядя на нее.

Алида заозиралась по сторонам, собираясь с мыслями, и встретилась взглядом с усатым сапожником. Тот криво улыбнулся, и Алида поспешила отвернуться.

– Вы можете сделать… Такое… Кресло с колесами? – сбиваясь, начала объяснять Алида. Она пыталась в деталях вспомнить, как выглядело то странное транспортное средство, которое она видела недавно на ярмарке.

Мужчина непонимающе склонил голову набок.

– Кресло, – с мольбой произнесла Алида. – Но вместо ножек – два здоровенных колеса. Вот, похожи на это. – Она махнула рукой на колесо, которое мастер совсем недавно выкатил за прилавок. – А сзади еще такие ручки. Я видела на ярмарке, как женщина везла мужчину, который сидел в таком кресле.

Ремесленник чуть сдвинул светлые брови, потом вытащил из кармана кусок пергамента и огрызок карандаша и быстро что-то набросал.

– Вот такое? – спросил он через пару минут и протянул рисунок Алиде.

– Да-да! – вне себя от радости закивала она. – Очень похожее! Это ведь вы делали то кресло?

– Я, – согласился мужчина. – У вас в доме неходячий больной?

Эти слова отчего-то задели Алиду. Она ни за что не хотела называть Ричмольда «неходячим больным», в этих словах было что-то безнадежное и пропахшее горькими лекарствами. Ричик обязательно пойдет, просто нужно подождать совсем недолго, а пока он не поправится, она будет вывозить его на кресле в сад. Без свежего воздуха его выздоровление затянется, а так она поможет ему, чем сможет.