"Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Прохоров Иван - Страница 83

– А ты, друг, останешься в замке, – обратился альюд к Мурмяузу. – Тебя тоже могут узнать, но для тебя маскировку мы не придумали.

– Мяу! – возмутился кот и спрятался за Алиду.

– Ладно, – сдался Мелдиан. – Раз уж вы такие неразлучные, можешь пойти с нами. Только держись чуть в стороне и не привлекай лишнего внимания. Хорошо?

– Ур, – ответил Мурмяуз и облизнулся.

Брать карету и летающих лошадей они не стали. Вместо этого Мелдиан помог Алиде и Мурмяузу спуститься по страшной каменной лестнице. Выйдя к дороге, они поймали попутную телегу. Бородатый возничий спросил было, почему горбатый господин скрывает лицо, но тактично замолчал, когда ему в руку вложили блестящую монетку. До реки ехали молча. Алида сосредоточилась на том, что ей нужно сделать: подслушать разговоры, чтобы понять, какие новости занимают людские умы, а если удастся, то и ненавязчиво разузнать, что затевает Магистрат. Ну и купить фиников Мелдиану, если он сам стесняется.

Вдоль берегов реки раскинулись ярмарочные шатры, пестрые и нелепые, похожие издали на овощной салат или не слишком искусно составленный букет. Аттракционы тоже привезли: огромное уродливое колесо обозрения уже заканчивали устанавливать, и Алида презрительно хмыкнула, проходя мимо толпы восторженных юнцов. Она-то знала, что ничего интересного с этого колеса не увидишь. Еще и заклинит механизм, и сиди себе в хлипкой кабинке на самом верху. Нет уж, у нее есть дела поважнее.

Мелдиан, как и договаривались, пошел в другую сторону. Наверное, он и сам хотел что-то присмотреть на ярмарке, да только не рассказал Алиде что. Мурмяуз трусил чуть вдалеке, но, унюхав лоток с копченой рыбой, побежал туда. Алиде не оставалось ничего, кроме как, влившись в поток пока немногочисленных посетителей, прогуливаться между шатрами, держа ухо востро.

Пару лет назад Алида с большой охотой посетила бы «Шатер Волшебника» – так называлась палаточка на самой окраине рядов. Внутри сидел бородатый старик или пожилая женщина с длинными волосами и давно не стриженными ногтями и предлагали погадать по ладони или на кофейной гуще, а потом – загадать желание и выпить магический чай, который по вкусу, признаться, был очень похож на обычный подогретый компот.

В этом году ярмарка была скромнее. Не было торговцев леденцами в виде звезд и полумесяцев, не было гадалок и продавцов карманных фейерверков – словом, не было ничего, что хотя бы косвенно напоминало сказки и волшебные предания.

Но ароматы печеных каштанов, конфет и пирогов, как всегда, стояли невообразимые, и она подумала, что в этих умопомрачительных запахах кроется больше волшебства, чем во всех аттракционах и ряженых волшебниках-шарлатанах вместе взятых.

Она крепче сжала ручку корзины, когда мимо прошмыгнули немытые мальчишки из рыбацкой деревни. Ее тревожило, что знакомые из родной деревни все-таки смогут узнать ее, но от всей души надеялась, что в отглаженном креповом платье, с расчесанными гладкими волосами и в аккуратных туфлях ее вряд ли примут за прежнюю Алиду, ученицу травницы Стриксии.

Алида заметила палатку торговца сухофруктами, подошла ближе и принялась деловито осматривать товар, особенно придирчиво разглядывая к финикам, которые ей наказал купить Мел. Осы кружили над корзинами, привлеченные сладкими ароматами. Смуглый торговец лениво отгонял насекомых свернутой в трубку газетой, бросая недоверчивые взгляды на покупательницу. Она поспешно вернула в корзину сочащийся медом сушеный персик, обиженно сдвинув брови.

– Я что, по-вашему, похожа на воровку? Да я…

– Алида, девочка! – послышался оклик сзади. Она обернулась и увидела спешащую к ней пухлую розовощекую Тинию, жену продавца рыбы Мавиро из ее родной деревни.

– Алидушка, батюшки, мы-то думали, вы с бабушкой погибли. От дома-то вашего совсем ничего не осталось! Мавиро мой все сокрушался, говорил, надо было давно подсобить им, домик выправить, укрепить. А то от ветра повалится. Так и вышло. Ох, Алидушка, как я рада, что ты в порядке! А бабушка как? Где вы теперь живете? Почему к нам не захаживаете?

– Здравствуйте, тетушка Тиния, – не слишком радостно произнесла Алида. – Бабушка… Нормально, только ноги разболелись, она редко из дома выходит. Мы… Живем у папы, в Биунуме. – Ее голос дрогнул, и она отвела глаза. Лгать старым знакомым, оказывается, не очень-то приятно, особенно когда эта ложь касалась того, о чем даже думать было невыносимо больно.

– Понятно, – протянула Тиния, поправляя цветастый платок на голове. В ее небольших блестящих глазах промелькнуло разочарование. – А нам без травниц плохо. Вы бы хоть зашли. А знаешь что, Алидушка? Может, зайдешь к нам прямо сейчас? Поглядишь суставы Мавиро, они так распухли и болят, просто жуть. И дочка кашляет. А мы тебя чаем напоим с конфетами, да и старший сынок ко мне недавно приехал, познакомишься. – Тиния лукаво улыбнулась. – Сирао у меня красавец, добрый, работящий. Глядишь, понравится тебе, а там и свадьбу сыграем. Ну что, пойдем?

– Ой, – только и смогла произнести Алида. Она огляделась по сторонам, стараясь придумать весомый предлог, чтобы отказать Тинии. Как назло, ничего на ум не шло.

– Ах, какая красивая горожанка! Какое платье! Видать, из самой столицы к нам? Иди сюда, я тебе погадаю! – Полная цыганка схватила Алиду за руку и поволокла в сторону своей лавки. Кажется, она была единственной, кто не боялся гадать на сегодняшней ярмарке.

– Э-э… А-а, ну-у м-м-м… Ага, – промямлила Алида и, виновато улыбнувшись Тинии, поплелась за цыганкой. «Что угодно, лишь бы не разговаривать с Тинией. Я ведь и проболтаться могу», – думала она.

Цыганский ларек был сплошь увешан дешевыми амулетами из дерева, камней и перьев, которые, если верить вывескам, просто обязаны защитить владельца от сглаза, порчи, неудач и арестов. Последний пункт был наспех приписан угольком, видимо, незадолго перед открытием ярмарки.

– Красавица, гадать на кофе, на птичьих костях или по ладошке? А? – Цыганка выпустила руку Алиды и деловито встала за прилавок, разложив перед гостьей всевозможные приспособления для предсказания будущего.

– М-м-м… а по картам нельзя? – робко спросила Алида.

– Ах, нет, нет! Последнюю колоду криворукий сынок уронил в реку вчера вечером, – всплеснула руками женщина. – Уж я ему уши надрала, можешь мне поверить. Ну, так что ты выбрала? Кости?

Цыганка рассыпала на платок горстку мелких косточек, и у Алиды волосы зашевелились от отвращения.

– Ой, нет! Давайте тогда кофе…

Алида обернулась по сторонам, желая убедиться, что Тиния потеряла ее из виду и больше никаких встреч со старыми знакомыми не предвидится.

– Кофе так кофе, – согласилась цыганка и принялась возиться с видавшей виды туркой. – Нездешняя ты ведь, а?

– Здешняя, – вздохнула Алида. Она уже пожалела, что не догадалась сбежать, как только цыганка расцепила пальцы. Хотя, с другой стороны, ее любопытство уже настолько разыгралось, что уходить не особенно-то хотелось. Разве что Мел пожурит ее за задержку… Но она ведь совсем недолго, погадает и тут же назад, к делам.

Цыганка прочитала над горячим кофе какое-то короткое, не очень складное стихотворение, подозрительно напоминающее детскую считалочку, и налила напиток в эмалевую кружку с отколотым краешком.

– Пей, красавица.

Алида понюхала кофе, отметив, что по запаху он больше похож на цикорий, и быстро выпила, обжигаясь и громко фыркая. Какая-то дама в широкополой шляпе укоризненно покачала головой, видимо, задетая манерами незнакомки.

– Глазки-то какие блестящие, – заметила цыганка. – Чай, заболела? Ну, давай сюда чашку, все будущее тебе расскажу, все дела сердечные рассужу.

Она улыбнулась так, будто у Алиды не могло быть других вопросов к будущему, кроме касающихся «сердечных дел». Алида укоризненно посмотрела на цыганку. Знала бы эта предсказательница, что на самом деле ее тревожит!

Цыганка перевернула чашку на блюдце, подождала немного, пока гуща подсохнет, и заглянула внутрь, рассматривая получившийся кофейный узор. Алида тоже заглянула.