Тайны камня и воды (СИ) - Тарьянова Яна - Страница 11

Потом встретились в Пуще — Кряж удачно выменял какой-то покрытый резьбой камешек на два птичьих головных убора. Все ремешки были целые, на Драконьем Торге задорого продать можно — для упряжи нужны. Потом возле Предела столкнулись, вместе пошли в лес. Пустошь немедленно сменила наряд, окружила их солончаковой пустыней. Когда из трещин белые крабы полезли, Кряж хотел сдать назад — Закату их панцири не по зубам. Валун сказал: «Не поджимай хвост, пробьемся!», крабов големом растоптал, и посматривал свысока, пока Пустошь снова не переоделась. Со шнырьками расправился Закат, да и Кряж не ударил в грязь лицом: приморозил теплолюбивых тварюшек ледяным дождем, благо, небо было отзывчивое, не то что в пустыне.

Вспомнит ли сегодняшний Закат Валуна? Если, конечно, Ултан сдержит слово, и Франгу откроют выход на Пустошь. Будет ли всматриваться в скальников, ловить запахи?

— Кто его знает... — пробормотал Франг, глядя в небо. — Поживем — увидим.

Наутро Франг на подработку на торг не пошел. Не из-за храмового кошеля с монетами, а потому что после почти бессонной ночи к диким драконам в загон заходить — верная смерть. Чуют они застрявших между явью и сном, вытягивают слабость на белый свет и убивают, задурманив голову. Пораскинув мозгами, он и Даллака в сейо не пустил. Провожать туда-сюда — не маленький. А мало ли кто на улице подступится. Заморочат хитростью, отведут к судье, и жизнь сломана. Нет уж... Франг этого не допустит.

В обед оказалось, что не зря дома засели. Явился Ултан с горбоносым волком, отдал новые распоряжения.

— Завтра пойдешь в гости к скальникам. Райна хочет тебя видеть. Лишнего не болтай, радуйся ее выздоровлению, если вдруг велят лиса вызвать — не отнекивайся. Что скажут, то и делай. Хоть на голове пляши, если потребуется. Хатолу не перечь, постарайся защитника к нему не подпускать. Попутает твоего лиса с другим зверем, не големом придавит, так клыками прихватит. А девица потом опять закатит истерику. Нам это не надо. Помни: как только Хатол подпишет соглашение, вы с отцом получите талисманы Гильдии и выход на Пустошь.

— Я все сделаю! — жарко пообещал Даллак.

— Приодень его, чтоб не в рванине шел, — приказал Ултан, повернувшись к Франгу. — Кошель из розария передали? Если мало — я добавлю.

— Хватает, — сдержанно ответил Франг. — Большое спасибо.

На следующий день Даллак в новенькой рубашке с вышитым воротом и чистых штанах отправился в гости к скальникам. Вернулся вечером в сопровождении Ултана и долго и подробно описывал, чем его кормили.

— Весь день жрал, что ли? — хмуро спросил Ултан. — Я же тебе сказал — не засиживайся. Раньше не мог уйти?

— А... ну... — Даллак замялся. — Мы с Райной сначала в саду сидели, потом поели. А Хатола куда-то срочно вызвали. Я еще раз поел и мы заснули. Я не думал, что он так быстро вернется.

— Лль-Ильм мой, он что, вас в постели застукал? — у Ултана округлились глаза. — И он тебя не убил?

— Это не то, что вы подумали! — замахал руками Даллак. — Мы не это... мы спали. Райна мне шею бальзамом намазала, потому что я ее воротником рубашки натер, и мы прилегли. Чтобы бальзам впитался.

— Я тебе в следующий раз так намажу — без шеи останешься! — пообещал Ултан. — То-то я смотрю — Хатол взбешенный. Завтра ты зачем туда пойдешь? Шею показывать?

— Лиса для Райны вызвать. Сегодня сырого кристалла не было. Райна сразу у отца не попросила, а потом искала, но кристаллы куда-то убрали, а у нее только заговоренные.

— Лис ей зачем?

— Райна по нему соскучилась.

Ултан с Франгом одновременно вздохнули.

— Я все делал, как вы велели! — заверил Даллак. — Рассказывал про папиного лиса. Что он никогда детей не трогал. И про морковку рассказал.

— Про какую морковку? — насторожился Ултан.

— А я, когда маленький был, Закату в уши две морковки воткнул, чтобы он стал буйволом! Ботва так смешно качалась... а он рычал, недовольный такой, головой мотал, но я его крепко держал!

— Мало ты его порол, — сказал Франгу Ултан. — Значит, так. Завтра в обед пойдешь, заберешь его от скальников. А то Хатол недоволен, что я возле дома слишком много отираюсь.

— Я и сам домой дорогу найду!

— Дурень! — усмехнулся Ултан. — Не о тебе беспокойство. Хатол должен знать, что мы следим за каждым твоим шагом. И, если тебя покалечит ловушка или его голем, это не удастся скрыть, вызвав врачевателя из Палат, и наскоро залатав повреждения.

— Понятно, — кивнул Даллак.

— Завтра вызовешь лиса, если кристалл дадут, повеселишь девицу и скажешь, что у тебя занятия в сейо. И так, мол, много пропустил. А через пару дней договор будет подписан, и пусть скальники себе сами развлечения ищут. Что Хатол, что его доченька. Нам главное, чтоб до подписи не сбежали, а дальше — хоть в омут с головой.

«Как они сбежать могут? — думал Франг, провожая Ултана к калитке. — Ладно, до главной Арки-Радуги можно по темноте в закрытой карете добраться. Но на Пустошь-то стража не выпустит. У них всегда запас кристаллов в караульной. Даже если этот Хатол половину стражников в клыки возьмет, а остальных големом топтать будет, все равно чей-нибудь волк увернется и в горло ему вцепится. Ох, темнит Ултан. Недоговаривает».

Поручение — встретить Даллака — пришлось весьма кстати. Франг и до этого хотел взглянуть на дом и сад скальников собственными глазами, но боялся спутать планы Ултана. А теперь, когда есть указание, отчего бы не посмотреть?

После полудня Франг обмылся под летним душем — хотел баньку поставить, да так и не сподобился — и сменил одежду на парадную. К дому скальников подошел со стороны заброшенного сада. Осмотрел каменный забор, увитый плющом, кучу оборванных жухлых плетей, свежую кладку, новенькую калитку. Тропка привела сначала к фонтану, а от него — к мраморной беседке. Франг без интереса взглянул на виноград и влез на скамью, чтобы проверить, действительно ли отсюда виден балкон. Не то чтобы он не доверял словам Даллака... но свои глаза надежнее.

На скамье-то Франг и остолбенел. Не соврал Даллак, балкон как на ладони. А на балконе — Валун. Почти не изменившийся с их последней встречи. Такой же собранный, хищный. И явно чем-то недовольный. Смотрел считай-что-умерший Валун в сад, на зрелище, скрытое от Франга стеной. Мелькнула мысль — а, может, приставили к дочурке Хатола охранником? Мелькнула и тут же исчезла. Голос — девичий, звонкий — спросил:

— Папа, а у нас есть веревка?

— Зачем тебе? — поинтересовался Валун, наваливаясь на перила. — Что вы там делаете?

— Мы с Даллаком хотим попробовать привязать веник.

— Чтобы лис на него прыгал, — влез в разговор сын. — А то они вместе играть не хотят.

Виноградная плеть, за которую Франг неосторожно взялся, оборвалась под рукой с громким треском. Валун — или Хатол? — выпрямился, вперился взглядом в беседку.

«Вот и встретились, — вытирая руку об штаны, подумал Франг. — Надо же, где на этот раз судьба свела. В самом центре нашей столицы».

Глава 4. Райна: Время перемен

Райна всегда старалась обратить свою слабость в выгоду. Не принимают всерьез? Не трепещут, не считают наследницей отца и деда — ведь без голема не пройти по базальтовому лабиринту? Ну и пусть... зато не терзают многочасовыми тренировками, не вдалбливают в голову строгий этикет, допускают оговорки, не скрывают истинных чувств. И сразу видна цена фальшивых улыбок, которыми ее одаривают на званых вечерах безбородые юнцы — даже нареченный из клана Мрамора смотрел на нее как на пустое место, при встрече кивал, ни разу не удосужился облобызать запястье. У старшего поколения было меньше фальши, больше снисходительности и равнодушия. Райну можно не стесняться, Райна вечно сидит в каком-нибудь углу с книжкой, слышит обрывки чужих разговоров, это привычно, это обычно... «Не трогай девчонку, Тимол разозлится». «Отстань от нее, пока Хатол тебе шею не свернул».

Выбравшись из знакомых владений, из огромного кланового поселения, где был знаком каждый закуток, от верхних жилых этажей до подземелий, Райна растерялась. Она уже не притворялась, не старалась казаться слабее и безобиднее. В чужом, некогда враждебном к ней мире, ее действительно едва не победили тоска и страх. Аквалла, шумная, светлая, расцвечивающая небеса утренней радугой, раздавила скорлупу, отгораживающую ее от настоящей жизни. И подарила нежданную радость — знакомство с Даллаком. Мимолетное счастье, которое не пришлось покупать, но нельзя было удержать при себе навсегда.