Город, которого нет 4 (СИ) - Мантикор Артемис - Страница 46

Чутьё подсказало мне, что мы не одни. Сразу, как только мы появились, с пола поднялись три чёрные тени с белеющими черепами, будто зависшими в воздухе.

Ловушка?

Аня засмеялась, но сражаться начала на правильной стороне. Причём стиль боя у неё был какой-то совершенно странный. Будто она перетекала по полу, подхватывая камни и мелкий мусор на ходу и швыряясь в противника. При этом она всегда попадала в самые уязвимые места духов — хрупкие левитирующие черепа.

Я последовал её примеру. Техники сновидцев сейчас не сработают из-за алкоголя и бешено колотящегося сердца. Но зато должны стандартные.

— Кир! — крикнул я, взмахнув поднятой с земли деревянной балкой.

Выброс силы сработал как надо, а сразу же разлетевшаяся от силы деревяшка растянула область поражения на всех троих.

— Игни, — добавил я, выпуская сгусток пламени в четвёртую тень с черепом лисицы.

— Бу! — шепнула мне на ухо Луричева.

Обернулся к ней, сжав пальцы в недавно изученной печати, заменявший звук «кир».

— Тихо, свои. Тебе не весело?

— Немного, — признал я. Ну а что, я каждый раз кайфовал, когда применял магию. А эти духи точно не выглядели как бывшие люди.

— Тогда идём. Уже почти на месте.

Мы собрали смешные крохи с монстров. Мои четверо дали мне в сумме четырнадцать минут. Это говорило о том, что монстры были действительно слабые, и подсчитывались по меркам активного мира, то есть в минутах.

Когда мы вышли из под поваленного дома, я увидел тянущуюся вперёд улочку уютных сталинок, стоящих друг напротив друга. В одном из них мне даже на миг показалось, что вспыхнул свет.

Но Аня сразу потащила меня влево и оттуда…

Вау…

А ведь она не солгала. Девушка действительно просто вела меня в любимое место. Теперь я в это верил.

Сразу за домами была старая ржавая детская площадка. Песочница, лавочки, дальше — качели. А сразу за ними — обрыв, будто откусивший часть Города.

Анна отпустила меня и кивнула сторону качель. Они выходили как раз под самый обрыв, так что вид должно быть открывался неописуемый.

Сама она подняла с земли загнутый ржавый прут. Вернее, это был гвоздодёр, только очень старый. Им она эффектно в два замаха освободила от забивавших окно небольшого ларька досок вид на стандартный набор ларька на окраине.

С шумом вскрыла деревянное окошко и запустила внутрь руку. На свет появились две бутылки. Затем пачка сухариков и конфета на палочке. Последнюю она сразу вскрыла и закинула в рот. А остальное понесла в мою сторону.

— Держи, — протянула она мне бутылку. — Тёмное, как ты любишь. Тебе вскрыть?

— Сам, — буркнул я и снял крышку об ржавую площадку.

Она поступила примерно так же и принялась жадно пить, не вынимая конфету изо рта. Затем посмотрела на меня и шутливо бросила.

— Не, это уже бесплатно. Не хочешь — вылей.

Делать этого я не стал. Сам не понял, как, но повторил её жест, сделав несколько глотков. На вкус было неплохо. Глянул на этикетку — «бархатное» и советская печать ГОСТ.

— Оно каждый раз тут разное, — сказала Аня и уселась на качелю вместе с бутылкой.

Я пошёл вслед за ней, поглядывая то на темнеющий заброшенный дом, то на опавшую осеннюю листву, то на пробивавшиеся светящиеся одинокие колосья пшеницы, на обрыв.

Вид открывался действительно великолепный. Уходившее в серый туман кладбище кораблей всех эпох и разных эхо, включая воздухоплавающие.

— Это граница Несбывшейся?

— Несбывшейся и нулевого мира. За ней очень интересно наблюдать. Садись, тебе такого никто больше не покажет!

— Что ты хотела этим всем мне показать?

— Классное место для отдыха. Сейчас-сейчас, это ещё не всё. Закрой глаза и слушай меня.

— Я по-твоему идиот, попадать под гипноз?

— Да блин! Тут правда никакой хитрости! Хочешь, могу поклясться именем Тефнут. Дай мне шанс! — взмолилась она. — Щепотку доверия, ну? Или, вот так!

Она потянулась ко мне ладонью и на секунду закрыла глаза.

— Слушай шум волн. Ветер прибоя. Крик чаек. Запах солёного воздуха. Почувствуй, как ветер дует тебе в лицо. Чувствуешь, как он пробирается тебе под одежду?..

— Хватит, — остановил я её и убрал руку от лица. — Вау…

Вид перед глазами преобразился. Теперь под обрывом было бескрайнее море, покрывающее большую часть остовов затонувших кораблей.

— Вот видишь, ничего страшного. Мне можно верить. Я же первая, кого ты встретил в этом мире.

— Технически, вторая, — возразил я и сделал ещё пару глотков прохладного колючего напитка с приятной горечью.

— Таня не в счёт. Я первая, с кем ты осознанно побеседовал. Твой наставник и проводник в лучший мир!

— Не катит, — усмехнулся я. — Кстати, ты говорила о стирателях.

— У-у, зануда! Большинство из них — результат попыток остановить распад Несбывшейся. Это предложил Ральф. Не бороться со стиранием, а обратить стирателей. Для Города это обернулось ещё большей бедой.

— Почему?

— Потому что когда район не стёрся, то погрузился ещё глубже в эхо, и сюда хлынул хаос. Был шанс, что весь Город будет уничтожен. Такие дела…

Она сделала несколько глотков и вскрыла пачку ржаных сухариков с сыром.

— А стиратели?

— Кто как. План был в том, чтобы дать свободную волю исполнителям. А как ей воспользоваться, каждый решал сам. Я в ответе только за семерых. Возможно, за шестерых, если ты согласишься помочь Лоре.

— Что у неё за откат? — сразу спросил я.

— Ну, у тебя вряд ли будет такой, как у неё… Я не знаю, по какому принципу Город их выбирает. Могущество ведь тоже сделало из тебя не полуэлементаля, а призрака-полукровку.

— Значит, зависит от стихии? Как ловкость может быть связана с ней?

— Точка фокусировки — это не совсем ловкость. Скорее всего это будет связано с тем, как ты станешь её применять… о, смотри-смотри!

Она привстала с качели и указала бутылкой нефильтрованного на странный сложный механизм с двумя медными куполами, как у дирижабля. А под ними размещалось сложное медное устройство, вроде крупного стимпанковского корабля.

Его ждала та же участь, что и предшественника — только мачты не нашлось, и он просто рухнул в воду, поднимая волны и брызги подле себя. А когда облако поднявшегося пара развеялось, вместо моря были усыпанные кораблями скалы.

— Если хочешь снова увидеть море, закрой глаза и представь, что оно есть, — сказала она. — Такая вот аномалия. Нравится?

— Забавно.

Она просияла и вдруг начала петь.

— Серый мир из тоски по забытым мечтам. Тёмный мир, где про свет позабудешь ты сам… — надо сказать, голос у Ани оказался великолепным. Не совсем в моём вкусе, но тем не менее мне показалось, что вокал едва ли не лучше чем в оригинале.

Я сразу узнал любимую песню Тани, потому даже смог ей подпевать какое-то время. Настроение было весёлым и лёгким. В последний раз я позволял себе так пить и бродить непонятно где среди ночи… а, как раз в том возрасте, в который и попал.

— Разделён с тобой гранями миров.

— Разделён как сон, забывший про рассвет…

— Разделён как явь, проживая путь…

Допев песню, одним залпом осушил бутылку. Что с ней делать подсказала Аня, с силой зашвырнул свою с обрыва. Тара сделала несколько кувырков вокруг своей оси и с треском столкнулась с торчащим снизу стальным носом рыболовного судна начала двадцатого века. А мелкие осколки, вместо того, чтобы рассыпаться вниз, будто ожили и улетели куда-то далеко в небо, в разные стороны.

Затем сунула руку в пакет сухариков, но ничего не нашла.

— Ща, — пообещала она и встала. Я поднялся следом за ней. Меня немного шатало от выпитого, но казалось, что голова мыслит ещё достаточно ясно.

Обтягивающие шорты на время вытеснили из головы все лишние мысли и даже затмили собой сюрреалистичный вид кладбища кораблей.

Аня запустила руку в ларёк и выудила ещё две бутылки, поставила их на занесённый листьями прилавок, потом принялась искать закуски, но не вышло. Тогда она залезла в киоск на половину туловища и принялась шарить внутри, как у себя дома.