Эксперимент. Книга 2. Последний Оплот. Серия 4 - Увалов Валерий - Страница 1

Глава 6

В ушах шумел ветер и слышался натужный скрип дерева, будто корабль вот-вот развалится. Но он упорно продолжал мчаться, совершая умопомрачительные виражи.

Меня прижало к борту на очередном маневре, и я что есть сил вцепился руками за край, чтобы не вывалиться за него. Крутые повороты на скорости около ста километров в час не способствуют устойчивому положению на палубе, и я, а также мои вои болтались из стороны в сторону, повинуясь инерции. Кирим и вовсе лежал на пузе, обхватив руками деревянную тумбу, на которую был намотан трос, и крутился вокруг нее, как флюгер.

В общем, мои мысли о чуде в виде пяти чародинов разбились о реалии речного сражения. Корабль кренило то на один борт, то на другой, и мы не то что вести прицельный огонь – нормально стоять не могли. А вот йорты, напротив, продолжали находиться у борта, синхронно перенося свой центр тяжести, как платформу для стабилизации орудий, всегда удерживая себя в вертикальном положении. Их вестибулярный аппарат – это нечто!

Река, как сказал Кирим, действительно оказалась довольно оживленным местом, и хватало кораблей, идущих как параллельным курсом, так и встречным. И самое интересное то, что команды этих кораблей никак не реагировали на происходящее, будто это в порядке вещей. Йорты на их палубах просто наблюдали за погоней, пока находились рядом, а дальше проходили мимо, направляясь по своим делам. Странные у них тут порядки.

Но мне было не до проходящих мимо кораблей. Вцепившись в борт до побелевших костяшек, я пытался придумать, что делать. А эта игра в кошки мышки не заканчивалась и вскоре я потерял чувство времени. Наши йорты явно не спешили вступить в ближний бой, не давая зажать себя с двух сторон. Благо дальнобойное оружие никто не использовал, да и полагаю, что на такой скорости все выпущенные снаряды из луков, арбалетов – или чего у них там имеется? – будет сносить ветер, а ничего с большей начальной скоростью я не наблюдал.

Мне приходили на ум разные варианты ведения боя в таких условиях, и единственным правдоподобным казался абордаж. Хотя сблизиться на такой скорости и перебраться на палубу атакуемого корабля – та еще задачка, и мне было интересно увидеть, как йорты ее решат. Но дальнейшее превзошло все мои ожидания.

Несмотря на довольно широкую реку, коридор для маневрирования все же был ограничен глубиной и движением множества других кораблей. Поэтому вскоре преследователям удалось прижать нас практически к берегу. Один из кораблей противника подошел с левого борта, не давая снова уйти на середину реки, а второй зашел сзади.

В этот момент часть команды нашего корабля промчалась мимо меня, переместившись на корму, и выстроилась там, а я смотрел на все это, не понимая, что происходит. Я думал, что противник по левому борту сблизится и бойцы оттуда как-то начнут перебираться к нам на палубу, но я никак не ожидал атаки с кормы. Но йортам оказалось плевать на мои размышления, и вскоре на корму приземлился первый вражеский вой, а затем еще и еще. Через секунд десять они уже сыпались как из рога изобилия.

Ломались копья, мерцали щиты, сверкали чаровые клинки и доносились непривычные для ушей человека крики начавшейся горячей схватки. На палубу стали падать поломанными куклами первые жертвы с обеих сторон. Удивительно, что среди йортов не оказалось бойцов под стать Воледару или тому же Васимиру, тогда бы здесь сверкали молнии с неба и в воздухе появлялись щиты. Но ничего этого я не заметил, – типичный бой стенка на стенку.

Но нет худа без добра. С начавшимся боем корабль стал идти ровнее, без резких рывков, и я смог более или менее стоять на ногах. Конечно, мне стало любопытно, как противник сюда попадает, – не с неба же падает? И, слегка перегнувшись через борт, я посмотрел в сторону кормы.

Все оказалось довольно просто и одновременно сложно, я до такого точно не догадался бы. Передняя рогатина, которая на нашем корабле была отключена, на корабле противника, идущего позади, вовсю сверкала чаровыми символами. И на палубе противника в эту рогатину был установлен трап. Йорт бежал по этому трапу и уже в самом кольце слегка подпрыгивал.

Увлекаемый воздушным потоком своей рогатины, он пролетал в воздухе метров десять, после чего подхватывался потоком воздуха рогатины нашего корабля. И, спокойно пролетая сквозь оба кольца, оказывался на корме, где его встречали остриями копий. Некоторые даже на них приземлялись, насаживаясь, как жуки на булавку, так и не вступив в бой. Но атакующих было явно больше, и группа, стоявшая у борта, постоянно редела, заменяя павших бойцов на корме.

Наблюдая эту картину, даже мне, не понимающему, что тут происходит, было ясно, что рано или поздно команда нашего корабля закончится. К тому же не зря часть йортов стоит у борта, где на расстоянии десяти метров параллельно идет второй корабль. А это значит, опасность исходит и от него. Наверняка противник только и ждет, когда здесь защитников станет гораздо меньше. Поэтому если что-то и предпринимать, то сейчас, и мне пришла одна-единственная мысль, которую я тут же начал воплощать.

Обернувшись к четырем моим воям, которые с выпученными глазами продолжали цепляться за элементы корабля, я сунул два пальца в рот и свистнул. Получилось настолько громко, что на меня обратили внимание не только мои бойцы, но и стоявшие у борта йорты.

– Встать в линию! – крикнул я и вытянул руку, указывая, с какой стороны от меня они должны это сделать.

Нужно отдать им должное: несмотря на происходящее, они, хоть и с опаской, но все же кое-как построились возле меня.

– Включить и зарядить чародины!

Выполняя свой же приказ, хлопнул по ключу и сразу же бросил пулю в магнитную ловушку. После чего указал на нос вражеского корабля:

– Целиться в нос корабля у самой воды!

Пять чародинов вскинулись практически синхронно, и это не осталось незамеченным. Что на вражеском корабле, что здесь йорты повернули головы в нашу сторону. Ну что ж, это будет отличной демонстрацией.

– Огонь!

Пять хлопков прозвучали слитно, как один, и в то же мгновение от корпуса вражеского корабля полетели щепки. Кинетическая энергия небольших цилиндриков разворотила борт, и вода мгновенно хлынула в пробоину, а скорость доделала остальное. Послышался не просто скрип дерева, а какой-то вой, корабль резко присел на нос и начал отставать. Но в следующую секунду его переднюю часть смяло, словно тот повстречался со стеной, мачты сложились вперед, а корма резко задралась кверху, отправив всех обитателей палубы в затяжной полет, как из катапульты.

Бой тут же прекратился, и все, включая бойцов противника, находящихся на корме, наблюдали, как уже далеко позади в вертикальном положении уходил под воду корабль, некогда деревянный красавец. И, как всегда, только сейчас меня посетили мысли: «А не создал ли я очередную проблему, ввязавшись в местные разборки? Верно ли я выбрал сторону? Кто был на том корабле?» Я не разбираюсь ни в культуре, ни в политическом устройстве йортов, а значит, можно сказать, выстрелил наугад.

Тем временем и второй преследователь отстал, видимо, отправился подбирать тех, кто плюхнулся в воду и остался жив. Оставшиеся на корме бойцы противника побросали оружие, и их связанными пинками сопроводили в трюм. Но на этом вся эта эпопея не закончилась, и, когда на палубе не осталось следов прошедшего боя, к нам приблизился предводитель йортов с десятком своих воев.

Их изначальное гостеприимство словно улетучилось, и моя охрана начала заметно нервничать, постоянно проверяя свои чародины. Кирим тоже не мог стоять на месте и переступал с ноги на ногу, а по его лицу сбегали капельки пота. Впрочем, я переживал не меньше, но пытался не подавать виду, хотя чувствовал себя тем, кто помахал куском мяса перед голодными волками.

– Ты – князь и, вмешавшись в сражение, заявил о своих притязаниях на власть над этими землями. И ты еще жив лишь потому, что помог мне, и потому, что мне любопытно. – Йорт указал на чародин и спросил: – Как ты пользуешься чарами на нашей земле? Я не слышал, что такое возможно.