Поцелуй на удачу 2 (СИ) - Крааш Кира - Страница 22

– Ну, справдливости ради, если бы вы в нее хоть раз заглянули, у вас бы возникли другие вопросы, – произнесла я.

– Мда? Это какие же? – без особого энтузиазма спросил Румус.

– Нууу, – протянула я, – например, почему там ни один шкафчик не закрывается. Или куда делась вода из душевых. Или сколько веков не мыли окна. Или…

– Я понял, понял, – раздраженно перебил меня завхоз. – Но это не повод ее разбирать!

– А гостевая раздевалка, между прочим, новенькая и отремонтированная, – как бы невзначай произнес Эгилл, демонстративно рассматривая какое-то пожухлое остролистное растение в кадке.

Завхоз недовольно поджал губы, как будто мы сказали что-то неприличное. Ну, знаете, как в высшем обществе стараются не замечать пятно на чьем-то платье или какой-нибудь местечковый говор, а потом шушукаются и сплетничают по углам.

– Да мы не разбирали! Мы хотели позаимствовать, – решила внести я ясность в ситуацию. – Но башня их зажевала.

– Кого? – опешил Румус.

– Дверь, – честно ответила я. – И люк.

У завхоза дернулся глаз. Ну прямо как у ректора! Чувствую, надо сходить к девочкам на факультет зельеварения, попросить у них какие-нибудь капли от глаз. Точнее, для глаз.

– У башни ввиду почтенного возраста отсутствовала входная дверь и люк на крышу, – пояснил Стефан. – А поскольку время было позднее и мы не решились вас тревожить…

Глаз у завхоза опять дернулся.

– …то придумали позаимствовать все в ближайшем строении, – закончил мысль теневик. – Но внезапно они приросли к башне, так что раздевалка теперь в несколько непрезентабельном виде.

Тут я, каюсь, не удержалась и вставила:

– Не то, что раньше…

Румус сердито зыркнул на меня, но развивать тему не стал. наверняка побоялся неудобных вопросов. И это еще мы ректору не рассказали, он-то наверняка не в курсе, что у него полтерритории мхом порастает.

– Так это, вы нам дверь приладите к раздевалке? – спохватилась я.

– А то может и почините? – пробасил Микаэль.

Вместо ответа Румус достал какой-то видавший виды ежедневник в кожаном переплете, и принялся что-то туда писать. Мне подумалось, что уважаемый завхоз записывает наши фамилии, чтобы при случае прикопать где-нибудь в окрестностях полигона, но мужчина закончил писать, выдрал лист и протянул мне.

– Что это? – с подозрением спросила я, не спеша брать в руки. прям как ректор совсем недавно!

– Список литературы, – тонко улыбнулся Румус.

– Вы вроде не декан бытового факультета, – ответила я, окинув мужчину взглядом.

– То, что башня не смогла восстановить дверь и люк говорит о том, что либо у нее произошел сбой в настройках, либо… – завхоз выдержал картинную паузу.

– Либо? – не выдержала я.

– Либо у нее заканчивается магия, – припечатал завхоз.

– Так это, может нам пора съезжать? – выдвинул рациональное предложение Микаэль.

– Тарум выделил вам жилье, а уж будете ли вы там жить или съедите куда – не его забота, – пожал плечами Румус.

– И вы предлагаете мне отремонтировать башню? – спросила я, решив, что надо уточнить правильно ли я поняла мужчину.

– Ну вы же предлагаете мне отремонтировать раздевалку, – парировал Румус.

– Но она и так была разбитая! – возмутилась я.

– Вот, а башню вам доверили целую, – невозмутимо ответил завхоз. – Получается, вы ее сломали.

– Потрясающая наглость! – восхитилась я.

– Список брать будешь? – спросил мужчина, видимо, устав сидеть с протянутой рукой.

Я молча выдернула бумагу из его пальцев и, задрав нос повыше для гордого вида, развернулась на выход.

– Сладишь с башней – скажу Коул, чтоб зачла тебе весь семестр, – кинул завхоз мне в спину.

Нет, ну теперь это уже вызов!

41

В общем, утро прошло в деловых разговорах, а ближе к обеду мы с парнями разошлись по своим парам. Я – на курс кройки и шитья, а ребята куда-то там по боевому профилю.

Точнее, не «куда-то там», а на семинар по логистическому обеспечению движущихся войск! Я как услышала, сразу почувствовала острый приступ изжоги – отец со старшим братом, Аскольдом, частенько обсуждал эти вопросы за столом.

Но состроила озадаченную мордашку, типа, «какие сложные слова вы говорите» и умчала в свой корпус. Фу еще раз слушать этот нудеж. То ли дело нитки и иголки!

– Я думала ты уже не появишься на парах! – шепнула Эмма, задумчиво рассматривая варианты выкройки, которую нужно выбрать для ближайшего зачета.

– Куда бы я делась? – буркнула в ответ, пытаясь вытряхнуть из головы ректора, завхоза, Виктора, башню, тренировки, Виктора, рогатого кролика, Виктора…

В общем, сосредоточиться сложно было.

– Вас разве не ждет внезапный матч с морской академией? – Эмма посмотрела на меня во все глаза.

– Ждет… – растерянно ответила я. – А ты откуда знаешь? Только вчера договорились!

– У меня свои источники! – с самодовольным видом хмыкнула Эмма.

Я выразительно приподняла бровь, и подруга нехотя пояснила:

– Мика рассказала. А ей кто-то из парней команды. Нужно же готовить красивое приветствие для противников!

– Как все сложно… – пробормотала я, пытаясь понять чем юбка по выкройке на левой странице отличается от выкройки на правой.

– Ничего не сложно. Элементарная игровая этика! – с важным видом пояснила Эмма.

Слоняющаяся между рядов преподавательница, госпожа Распа, встала над нашей шушукающейся партой и некоторое время молча и укоризненно смотрела, что же мы такое делаем.

– Норд, выберете уже что-нибудь и начните, – чуть раздраженно произнесла женщина.

В воздухе повисло несказанное «все равно ходите через раз».

Хотелось бы мне сказать, что такого больше не повторится, но, учитывая как парням нужен кубок, категорично обещать прилежную учебу я, понятное дело, не могла.

Впрочем, я все равно планировала учиться, поэтому подняла на Распу глаза и честно призналась:

– Пытаюсь понять, чем они отличаются.

Педагог хмыкнула и ответила:

– Складками, Норд. Складками и тканью. Там же написано.

И, высказав эту вселенскую мудрость, Распа удалилась, оставив меня стыдиться своей невнимательности.

Впрочем, это не помешало мне после занятий подойти к преподавательнице.

– Хочешь отпроситься на следующую неделю, Норд? – понимающе произнесла женщина, и мне было сложно понять, она понимающе одобряет или порицает.

– Нет, хочу спросить вашего совета, – ответила я.

– Вот как? – преподавательница удивилась. – Неожиданно…

Я вежливо подождала, пока Распа справится с удивлением.

– Продолжай, – повелительным тоном разрешила женщина.

– Знаете ли вы какую-нибудь ткань, что не сильно выделяется на любом фоне?

Распа приподняла брови:

– Я думала ты начнешь задавать вопросы по теме или, на худой конец, о смысле занятий аэреном для девушек…

– Смысла нет, это я сама знаю, – кивнула я. – А вот с тканью никак не разобраться.

Тут надо сказать, что я немного лукавила. Ткань такая была, но была она только у армии. Точнее, у элитных подразделений боевых магов. Ужасно редкая вещица, с таким сложным процессом изготовления, что стоила как кусок нашей башни.

– Хммм… – глубокомысленно изрекла Распа. – Вообще, говорят, у наших армейцев есть что-то такое…

Есть, ага.

– А что-нибудь для простых смертных? – спросила я с надеждой.

Ну должно же быть хоть что-то! Вот ни в жизни не поверю, что какой-нибудь неликвид не утек на продажу!

– Честно говоря, один раз видела, – отозвалась Распа. – Действительно интересная вещица и вам, наверное, очень поможет…

Я замерла в предвкушении, готовая записывать адрес и мчаться выкупать весь склад.

– Вот только видела я ее уже в пошитой форме, – огорошила меня женщина.

– Военной? – не сдавалась я.

– Конечно, военной! – фыркнула преподавательница. – В свободном доступе такое не купишь!