Поцелуй на удачу 2 (СИ) - Крааш Кира - Страница 20

Хватка не ослабевала.

– Капустку? – предложила я.

Эффекта не последовало.

– Колбаску? – не сдавалась я.

Рогатик даже ухом не повел!

– Ну что же ты хочешь?! – в отчаянии воскликнула я. – Может прянички?

Цепкие лапки мгновенно разжались, и я, потеряв равновесие, бухнулась на пятую точку.

– Серьезно, прянички? – обалдела переспросила я.

Кролик кивнул. С рогами и ушами это был очень величественный кивок, почти королевский!

– Ладно, – буркнула я, поднимаясь на ноги. – Значит, ты у нас сладкоежка.

Критически осмотрел платье, пришлось сделать вывод, что от перетягивания оно не пострадало, а вот шесть…

– Куплю тебе щетку, – заявила я, проходясь бытовым заклинанием по темной ткани, чтобы счистить бесконечно число белых волосков.

Кролик издал нечленораздельное «пи-пи» на тему того, что он думает обо мне и гипотетической щетки, и окуклился в одеяло, одни рожки торчали.

Перед выходом пришлось прочитать наставления в духе «веди себя хорошо» и «не жри мои конспекты». Впрочем, наверное, второе лишнее, если у кроля тяга к пряничкам.

– Лекси!!! – раздался из-за двери голос Микаэля. – Вик нам жрать без тебя не дает, сжалься!

Я аж подпрыгнула, почувствовав странное ощущение повторения происходящего. Точно так же дома Аскольд не давал Ашеру и Александру приступать к трапезе, пока я не спущусь.

«Завтрак, – всегда говорил старший брат, – важнейший прием пищи. Он создает настроение на весь день! А потому завтракать нужно только с самыми приятными людьми».

И вот теперь я спускалась вниз к своим новым самым приятным людям, принюхиваясь к витавшим в воздухе аппетитным запахам.

За столом уже сидело четверо парней, все, как один, смотрящие на входной проем. Меня ждали!

– Что, аппетита без меня нет? – невозмутимо спросила я, с любопытством рассматривая стол.

На столе меня ждал завтрак в лучших мужских традициях! Яичница глазунья, жареный до приятного хруста бекон, белый хлеб, нарезанный такими толстыми кусками, что одним можно было накормить целого рогатого кролика, сливочное мало большим, кривым куском в общей масленке и два пыхтящих жаром чайника.

Короче, еда мужская, пять килограммов!

– Кусок в горло не лезет, – с самым страдальческим видом произнес Эгилл.

– Сейчас я вас спасу! – ответила я, занимая единственное свободное место.

Почему-то оно оказалось рядом с Виктором.

– Что ж, раз все в сборе, – невозмутимо проговорил он, накладывая себе яичницу, – я напоминаю, что на следующей неделе в пятницу матч с Ри-ри и его командой. Для нас это отличная возможность потренироваться – противник силен, хорошо нас знает. Матч будет сложный, но полезный.

– Ой, да что там с ними соревноваться, – отмахнулся Стефан, – мы просто перевернем на спину этих морских черепах и пусть они шевелят ластами.

– Нельзя недооценивать противника, – покачал головой осторожный Эгилл.

– Я бы сказал, нельзя переоценивать собственные силы, – мрачно вставил Микаэль.

В воздухе повисла несказанная фраза, что у нас тут «необстрелянный стрелок», но я не обиделась. Это была правда и действительно могло стать проблемой при определенном стечении обстоятельств. А у Микаэля сестра на выданье, и ему очень не хватает на приданое. Шкурный интерес он всегда важнее абстрактной борьбы за идею.

– Поэтому все оставшиеся дня до матча мы будем усиленно тренироваться, – закончил свою речь Виктор.

– У меня пары, – вставила я.

– После твоих пар, – не стал спорить капитан.

– А домашка?

– А домашка после тренировок, – отозвался Виктор.

Я представила, как буду брать иголку в пальцы после того, как побегаю и постреляю из лука, и выразительно посмотрела на парня.

Неожиданно на помощь мне пришел нам лекарь.

– Заездим Лекси, толку не будет, – сказал Эгилл, беря в руки один из чайников, и наливая себе в чашку крепкий кофе.

– Может лучше тренировки через день? – робко предложила я.

Виктор задумался, что-то просчитывая в уме.

– Ладно, – в конце концов согласился он без особого желания. – Через день. Но до упора!

– Обязательно! – жизнерадостно заулыбались парни.

И тут я поняла, что мной нагло воспользовались, как благовидным предлогом! Никто не хотел умирать каждый день на полигоне, а то, что Виктор будет выжимать из нас все соки было совершенно очевидно.

После этого диалога завтрак пошел живее. Я пожаловалась, что кролик нашелся, его будут звать Пряник, и эта наглая рогата рожа чуть не подрала мне платье.

Виктор при упоминании о кролике сделал совершенно постное выражение, как будто не он утром ломился ко мне в комнату, пытаясь спасти от пушистого нахала.

– А что ты собираешься делать с кроликов? – живо заинтересовался Эгилл.

– Понятия не имею, – пожала плечами в ответ, намазывая толстый слой масла на толстый кусок хлеба.

– Рогатые кролики – это же, вроде бы, декоративные домашние животные, – задумчиво проговорил Стефан.

– Думаешь, если бы кто-то в нашей академии держал в общаге такую зверушку, завхоз бы пережил такую наглость? – скептически спросила я.

– Может, это его? – хохотнул Микаэль.

– Сам спросишь? – невозмутимо предложила я.

Парень скорчил гримасу в ответ.

К концу завтрака было решено пока ничего с кроликом не делать, но по возможности пристроить в добрые руки.

– Только давайте пристраивать без фанатизма! – вдруг предложил Эгилл.

– Почему? – не поняла я.

– Ну… – смутился парень.

– Эгилл надеется, что можно будет приглашать потенциальных хозяек, показывать им кроля, – ехидным тоном произнес Стефан.

– Кажется, я не хочу вникать в детали, – пробормотала я.

– Не хочешь, – дружно согласились парни.

– Виктор, спасибо за завтрак, – обратилась я к капитану и впервые с утреннего происшествия посмотрела на него.

Парень кивнул, принимая благодарность, а я же встала из-за стола.

– Ты куда? – удивился Стефан. – До пар еще времени вагон.

– Она же девушка! Ей надо минимум три часа марафет навести, – со знанием дела отозвался Микаэль.

– Ничего себе марафет, – пробормотал теневик.

– Вообще да, но нет, – отозвалась я. – У меня дело поинтереснее!

– Это какое? – подозрительно прищурился Виктор.

– Сходить к ректору и выбить из него деньги, что мы потратили на обустройство этой башни! – заявила я.

Парни переглянулись, и Стефан вдруг заявил каким-то странно-мечтательным тоном:

– Хочу на это посмотреть!

А все остальные почему-то решили, что это прекрасная идея, и поперлись со мной!

39

– Может, вы лучше пойдете на пары? – спросила я, правда без особой надежды.

– Ты что! – возмутился Стефан. – Когда мы еще сможем увидеть, как из ректора вытрясают деньги.

– Я не собираюсь из него ничего трясти, он же не копилка! – заспорила я, мысленно молясь, что ректор никогда не узнает об этом разговоре.

– Он сдастся под напором твоего красноречия, – покладисто согласился Стефан и с такой ехидной ухмылкой протянул мне фляжку, что захотелось его треснуть.

– Стефан. – сухо проговорил Виктор, заметивший этот жест.

Теневик чуть не подпрыгнул от звука собственного имени и тут же спрятал запрещенку в свою сумку, бормоча что-то в духе «А я что? Я ничего».

– Пристрелю, – пообещала я.

– Попробуй, – великодушно разрешил Стефан.

– Сейчас оба напроситесь, – пригрозил Виктор, и мы с теневиков очень дружно замолчали.

Дорога до ректората прошла как-то слишком быстро и в веселой болтовне, что, оказавшись перед дверями кабинета, я поняла, что проникновенную речь-то и не составила.

Придется импровизировать!

– Алексия? – приподняла бровь секретарша Тарума, отвлекаясь от утреннего припудривания носика.

– Очень надо, – нагло заявила я.

Племянница ректора выразительным взглядом окинула всю нашу компанию, пришлось пояснить: