Следующая станция – Луна (СИ) - "Генрих" - Страница 32

— Виктор, я тебя умоляю, — зампред пренебрежительно кривится. — На таком уровне закон всего лишь инструмент. Президент может указ издать, через парламент тоже что угодно проведут. Другое мешает. Твои финансовые обязательства чудовищного масштаба. Думаешь, они не знают, сколько тебе платить придётся?

— Знают? И сколько же? — хитренько улыбаюсь.

Не получается у зампреда вытащить из меня инфу. Он просто отмахивается, значит, не в теме. Ему кто-то мог пальцы веером распустить, вроде всё-то они знают, но если конкретных цифр не назвали, то это чистой воды пустозвонство.

— Неважно. Главное, что много. Такие обязательства никому вешать на бюджет не хочется, это тебя и спасает. Но как только ты их выполнишь или начнёшь выполнять, или обанкротишься, при любом исходе тебя плотно возьмут под белы рученьки, и ты никуда не денешься.

— Унылая перспективка.

— Что есть, то есть, — зампред флегматично пожимает плечами.

Пора сниматься, большой навес уже упаковали и вокруг нас уже переминаются. Встаём, уходим к машинам. Сажусь в автомобиль зампреда, интересный разговор прерывать не хочется. Радости он не приносит, зато злость раздувает.

— Выходит, несколько спокойных лет у меня есть, пока не начну выкачивать заметные ресурсы? — возобновляю беседу с началом движения.

— Не надеялся бы на это, — никак не хочет вселять в меня надежду. — Центр контроля космического пространства министерства обороны точно заставит тебя организовать на «Оби» пост со своими людьми. Возможно, ФСБ не отстанет. Ты в курсе, что они уже нашпиговали твой штат своими осведомителями?

— Пофамильно, конечно, не в курсе. Но было бы странно, если бы нет, — пожимаю плечами.

Впрочем, как минимум одного человека я знаю. Дядя Фёдор, мой шеф СБ.

Не сильно радостные обстоятельства обдумываю весь день. Выходит, что трогать меня не будут только до окончательного ввода в строй «Оби». Поэтому я правильно поступил, что скрываю истинную грузоподъёмность «Симарглов», которая не добирает до сотни всего пять тонн. Процесс загрузки под жёстким контролем. За людей быть уверенным нельзя. Если хотя бы один проведает об истинной массе груза, то это уже нельзя считать секретом. Поэтому никто не знает, кроме меня и пары человек. Со стороны может показаться, что это невозможно, но проблема решается просто. Ни одна бригада загрузки грузовых отсеков не проводит процесс до конца. А каждая последующая не имеет никакого понятия, что и как разместила в ракете предыдущая. И есть масса других способов скрыть реальную полезную нагрузку. Как говорится, неважно, как проголосуют, важно, как посчитают.

Официальные данные по строительству станции отстают от реальных примерно вдвое. Хотя с другой стороны, мы и настоящие размеры преуменьшаем. Если мои хитрости не заметят компетентные органы, то это даст мне не меньше полугода. Или даже год удастся выкроить. Затем начнут приставать. Поначалу деликатно, а далее всё настойчивее. И что-то надо с этим делать.

Вызову-ка я Овчинникова. Хватит ему в Сибири прохлаждаться.

Сегодня день рождения Владимира Ильича Ленина, кстати…

8 мая, воскресенье, 10:30 (мск).

Орбита, станция «Обь».

Александр Куваев.

В воскресенье так-то отдыхать надо, но как это сделать на орбите? На Земле можно в парке погулять, в кафе посидеть, в кино сходить или в театр. А чем занять досуг в космосе? Поэтому выходной у нас будет завтра, в День Победы.

Мы довели строительство «Резидента» до той стадии, когда ему надо вылупляться из «Оби». Осевая труба, на которой он сидит, уже мешает монтажу двигательного отсека. Не говоря уж о дополнительной ступени.

Несколько дней назад — снова меня удивило решение — в концевую часть оболочки встроили застёжку-молнию. На обычную одёжную она похожа только назначением и большой протяжённостью. Конусная часть со стороны «Алекса» отсекается почти вся. Остаётся метра три. Рассекается и поперёк, деля конус на два лепестка.

Аргон из рабочей зоны уже откачан, «молнии» смонтированы, сейчас сделаем кесарево сечение — и «Резидент» выйдет на волю. Достраивать будем снаружи. Хлопот и проблем выше крыши. Из-за меня, ха-ха-ха!

Способ монтажа двигательного отсека потряс меня своим грубым вандализмом! Надо заметить, что все наши аппараты обладают генетическим сродством. Осевая труба «Оби», на конце которой сидел «Алекс», естественным образом стала центральной частью «Резидента». Её не отсоединяли от «Алекса», концевая часть стала центральным элементом всего модуля. А вандализм заключался в том, что от трубы тупо отрезали кусок. В образовавшийся промежуток продвинули двигательный блок и надели на тот участок трубы, которая становится центральной шахтой «Резидента».

— Ну, вы даёте! — сказал я тогда.

На что Алекс и Грэг пожали плечами и хором ответили:

— А чего измудряться?

— В конце концов сама ось из кусков собрана, — добавил Алекс. — Снова соберём.

С осевой трубой «Резидента» отдельная история, которая тоже меня удивила и восхитила. Заканчивается она шлюзовой камерой, предполагается, что мы из неё будем ступать на лунную поверхность. Камеру эту навертели отдельно, не будем же мы её тут мастерить. Но из осевой шахты нужен выход в жилой сектор. Он ниже командного отсека, в который превратился «Алекс». То есть двери нужны. Или люк.

В какой-то момент я озадачился. Если навесить люк, то неизбежно нарушается центровка. Часть трубы с люком всяко будет по массе больше обычной. И что делать? Вычислять разницу масс и прикреплять с обратной стороны противовес?

Нет! Идея совершенно иная. И кажется, я догадываюсь, чья! Очередной огромный респект шефу. С обратной стороны врезается точно такой же люк. Проблема решена! Причём весьма изящно. Не только центр массы остаётся на оси симметрии (это важно!), но ещё дублируется ответственный узел.

Люки врезали давно, ещё перед монтажом основного броневого корпуса.

Сейчас можно начинать «кесарево сечение» и выводить почти готового «Резидента» наружу. Потому что навешивание дополнительной разгонной ступени внутри «Оби» провести невозможно. Нужные скрепы только налепили.

У «Оби» мощный момент инерции, она жёстко ориентирована в одном направлении, поэтому «Резидента» теперь надо удерживать системой штанг, чтобы он не поворачивался относительно «Оби». Те самые «скрепы». Удобнее всего выпускать готовый аппарат через шлюзовой отсек, но габариты не позволят. И не только. Внутреннее пространство изрядно загромождено доставленными грузами и многоразовыми «Виманами». Пять «Агентов» уже отправили, шестой разбился о Луну, вернее, он первым был. Они бы переполнили всю станцию, но с определённого момента отправляем их обратно, потому что наша орбитальная группировка уже насчитывает полсотни спутников.

Ну, поехали!

10 мая, вторник, 15:10 (мск).

Орбита, станция «Обь».

Александр Куваев.

Сегодня Грэг отличился. Респект ему.

Плаваем рядом с обрезанным концом трубы, вроде под куполом, фактически — в открытом космосе, но никто такими мелочами не заморачивается. На тросах подтянут двигательный блок «Симаргла».

— Не пролезет, — сомневается Вадим Панаев, славный капитан «Резидента».

— Пролезет, — самоуверенно заявляет Грэг, славный лидер Гришек.

Человек восемь оживлённо спорят, засоряя локальный эфир.

— Пролезет, но впритирку, — нахожу золотую середину. — Но вы поглядите, как вся система раскачивается…

Все озираются. Да, мы будто на деревянной шхуне в шторм. Если бы не вакуум, точно бы скрип слышали. Мотает слегка всю станцию и её содержимое.

— Если мы соплом хотя бы чуть-чуть заденем, кранты.

— Может, и не заденем… — неосторожно высказывается Грэг.

Тут же под осуждающими перекрёстными взглядами затыкается. В космосе надеяться на авось категорически противопоказано.

— Ладно, ладно… — поднимает руки вверх Грэг. — Есть у меня идея.