Печать пожирателя 8 (СИ) - Соломенный Илья - Страница 44

Но что странно — вместо страха я чувствовал лишь странное облегчение. Наконец-то все карты будут на столе.

— Пора заканчивать эту игру, — пробормотал я, следуя за тонкой вязью чужой энергетики и направляясь вглубь тайника.

Тишина давила на уши, словно я погрузился на дно океана. Воздух был густым, насыщенным древней магией, и каждый мой вдох оставлял на языке привкус меди.

Я закрыл глаза, вспоминая те заклинания, которые видел, когда подглядывал за Юсуповым в прошлый раз. Его движения, жесты, последовательность активации защит — всё это отпечаталось в моей памяти с кристальной четкостью.

— Разомкнуть. Обнажить. Явить.

Взяв из Искры чистой силы, я начал выписывать в воздухе сложный узор, повторяя движения Юсупова. Магия отозвалась мгновенно — фиолетовые искры побежали по невидимым линиям защиты, растворяя их, как паутину, на которую плеснули кислотой.

Раздался едва слышный щелчок — и пространство передо мной раскрылось.

Постаменты, которых секунду назад не было, материализовались из пустоты. Они появлялись и появлялись, заполоняя пространство вокруг — и я, не удержавшись, расхохотался.

Здесь хранилось то, что Распутин так тщательно скрывал.

Моя перчатка — черная, холодная, но я чувствовал её пульсацию. Улыбнувшись, я натянул её на руку и облегчённо вздохнул. А затем вызвал Бунгаму.

— Ква⁈

Чего тебе снова⁈

— Ты и так долго отдыхала, — усмехнулся я, — Давай-ка снова поработай перевозчиком.

— Ква-ква! Ква!

Я тебе не чемодан, чтобы бесконечно таскать чужие артефакты!

— Цыц! У нас взаимовыгодное сотрудничество, помнишь? Быть может, я скормлю тебе что-то из этого. Позже…

Жаба перестала возмущаться, заинтересованно посмотрев по сторона. А я пошёл вдоль постаментов, сгребая с них всё, что только под руку подвернётся, и кидая это Бунгаме.

Предметы вспыхивали, не долетая до жабы, и исчезали в её убежище.

Книги в кожаном переплете с застежками из человеческих зубов. Артефакты — кинжал с рукоятью, обернутой высохшей кожей, небольшое зеркальце в раме из сплавленных костей, шкатулка, источающая тихий стон. Кольца с незнакомыми гербами — вероятно, чужие родовые существа, украденные или выкупленные. Карты с пометками, на которых были обозначены места, о которых я никогда не слышал. Сосуды из тёмного стекла, внутри которых клубился туман — кажется, это были чьи-то души…

Я продолжал идти, и с каждым шагом волосы на затылке шевелились всё сильнее. Здесь было гораздо больше предметов, чем я рассчитывал — десятки, сотни артефактов, разложенных с педантичной аккуратностью. Каждый излучал мощь, каждый мог быть смертельно опасен.

Но, к сожалению, забрать их все я не мог — время было ограничено.

Закинув в хранилище Бунгамы очередную книгу, я почувствовал толчок.

Далекий, но невероятно мощный. Будто кто-то ударил в гигантский колокол, и звуковая волна прокатилась через все слои реальности.

Распутин почувствовал вторжение.

Пора уносить ноги.

Стоило только подумать об этом, как пространство тайника начало рушиться — стены, которых никогда не было, трескались, как тонкий лёд, чёрное стекло пола крошилось под ногами, обнажая пустоту бесконечности.

Я рванул Эфир — остатки своего заклинания, чтобы пробить обратный путь, выскочить по нему из астрального тела и оказаться в реальности.

Воздух вокруг сгустился, сжался, меня рвануло вперёд и вверх…

Но что-то пошло не так.

Уже в полёте, едва стартанув, я ощутил, будто кто-то перерезал невидимую нить.

Дерьмо космочервей!

Эфирный канал, по которому я пришёл, вспыхнул ослепительным фиолетовым светом — и разорвался.

Я не успел даже вскрикнуть.

Боль ударила в грудь, как молот — и меня вышвырнуло в реальность с такой силой, что я кубарем прокатился по земле, прежде чем врезался в ствол старого дуба. Воздух вырвался из лёгких, и я на секунду ослеп от боли.

А когда зрение вернулось, первое, что я увидел — высокий забор из кованого железа, за которым виднелись крыши особняка Юсупова.

— Проклятье… Недалеко же я ушёл… Ладно хоть за пределы поместья удалось убраться…

Но осознав, что произошло, я аж задохнулся.

КАК моё тело оказалось перенесено сюда⁈ Неужели…

Вскочив на ноги, я тут же проверил свой резерв — мгновенно похолодел.

Обычная магия присутствовала — а вот Эфира не было… Что-то случилось с моим заклинанием — оно оказалось разрушено. И, вероятно, чтобы не разорвать связь тела и сознания навсегда, весь хранящийся во мне Эфир предпринял единственное возможное решение для сохранения своего носителя.

Разнёс моё тело на атомы и собрал его в месте, куда вышвырнуло сознание.

— Ну охренеть теперь…

Я провёл рукой по груди, где ещё секунду назад пульсировала истинная сила. Ничего. Ни капли… Хорошо хоть, что в игральной кости осталось довольно много Эфира…

Но размышлять было некогда.

Я понимал, что нужно убираться отсюда — если Распутин прямо сейчас владеет телом Юсупова — он наверняка уже знает о то, что в его тайник кто-то забрался. И если так… Времени у меня немного.

Я развернулся, намереваясь бежать через лес — и застыл.

В трёх шагах от меня стоял морф.

Тот самый ублюдок, который похитил Илону. Который напал на меня под новый год пару лет назад. Который преследовал нас в тайнике Пеля, и тот, с которым мы вместе сражались с грифоном.

Артур — тот, кого Распутин спас в Индии в девяностые годы. Тот, кого он превратил в чудовище…

Его худое тело, закутанное в серый плащ, казалось, колыхалось на ветру, словно дым. Лицо, скрытое в тени капюшона, было неразличимо — только бледный рот, растянутый в улыбке, в которой не было ничего человеческого.

— Здравствуй, Марк… — его голос звучал, как шелест сухих листьев, — Хозяин будет рад твоему визиту…

Я стиснул зубы.

Отлично, Маркелий, просто отлично!

С самого начала всё пошло наперекосяк…

Глава 21

Долгожданная месть

5 июля 2032 года. Москва.

Вокруг царила гнетущая тишина — мёртвая, и… Слишком неестественная…

Даже ветер застыл, словно само пространство сжалось в ожидании кровавого спектакля.

Морф стоял передо мной, как кошмар, вырвавшийся из глубин подсознания. Его силуэт дрожал, колебался на грани реальности, сотканный из дыма и теней. Глубокий капюшон скрывал лицо, но я чувствовал его ухмылку — ту самую, что уже видел раньше.

— Хозяин ждёт, Марк.

Его голос был не одним, а многими — десятки, сотни шёпотов сливались воедино, царапая сознание.

Ублюдок сразу решил воздействовать на меня ментально?

Ну-ну… С нашей прошлой встречи многое изменилось, козёл.

Я не стал отвечать. Вместо этого рванул в сторону, едва успев увернуться от алого вихря, вырвавшегося из ладони существа. Пламя ударило в землю, и почва вскипела, превратившись в бурлящую массу.

— Не убежишь!

Я жахнул в ответ — огнём и воздухом, но Морф поплыл, стал дымкой — и мои заклинания прошли сквозь него, не причинив вреда.

Проклятье!

Тело твари дёрнулось, и в следующий миг он изменился.

Кожа почернела, покрылась блестящей чешуёй, руки вытянулись в гибкие, как бичи, щупальца, усеянные крючковатыми шипами. Он бросился вперёд с неестественной скоростью, и я едва успел выставить зеркальный щит, выгравированный рунами отражения. Удар сотряс воздух и отбросил меня к ближайшему дубу. Кора впилась в спину, но боль тут же растворилась в море адреналина.

Рванув из себя магию, я заставил землю под ногами сволочи обратиться огромной челюстью.

КЛАЦ!

Комья полетели во все стороны, но через секунду мой капкан разлетелся во все стороны.

Морф рассмеялся.

— Мы это уже проходили, Марк. Ты слишком слаб.

Его тело снова заколебалось — и вдруг разорвалось на сотни чёрных нитей, которые тут же сплелись в новую форму. Теперь передо мной стояло существо с кожей, покрытой хитиновыми пластинами, с тремя парами суставчатых конечностей, оканчивающихся когтями.