Печать пожирателя 8 (СИ) - Соломенный Илья - Страница 36

Сергей почувствовал, как холодная волна пробежала по его спине.

— Кто?

Князь улыбнулся — без тени тепла.

— Ты знаешь его. Более того, — он сделал паузу, — Ты ненавидишь его.

Сергей замер. В голове уже всплыло имя, но он не произносил его вслух, будто боялся дать ему силу.

— Марк Апостолов, — наконец сказал князь Долгорукий.

Сергей ощутил, как что-то внутри него вскипает.

— Он… блокирует ее видения?

— Мы не знаем наверняка. Быть может, он делает ненамеренно, а может… Но одно мы знаем точно. Он — аномалия. Варвара дважды предрекла ему смерть — и оба раза он избежал этого. И после второго случая её дар стал… сбоить.

Василий шагнул вперед.

— Если убрать его — всё вернется на круги своя.

Тишина. Даже ночные птицы замолчали, будто почувствовав напряжение.

Сергей медленно выдохнул.

— И вы хотите, чтобы его убрал я?

— Да.

Глава 17

Последняя тайна Юсупова

30 июня 2032 года. Квартира Марка.

Два дня. Сорок восемь часов с того момента, как Юсупов улыбнулся мне своей ледяной улыбкой и приказал подготовить материалы. Сорок восемь часов, за которые я успел проверить каждый запасной план, каждый аварийный выход — и понять, что их попросту нет.

Мои друзья сидели в гостиной, словно приговорённые перед казнью. Аня щелкала ногтями по подлокотнику кресла, Арс молча пил кофе, а Маша нервно перебирала края свитера.

Они ждали объяснений. Но сегодня я собирался дать им больше, чем просто слова.

— Ладно, Апостолов, — Аня первая не выдержала сгустившейся тишины, — Ты собрал нас не для того, чтобы пялиться в стену. Юсупов что, уже послал за тобой инквизиторов, и это прощальный вечер? Если так — давай хотя бы напьёмся ради приличия.

— Нет, — я провёл рукой по лицу, — Но у нас… У меня осталось пять дней.

— До чего? — Арс поставил кружку на столик так резко, что расплескал кофе.

— До того, как он получит всё, что я создал. Разработки по магической реальности. А потом… Потом этого урода будет уже не остановить.

Я встал, и направился в ванную.

— Идите за мной.

Они переглянулись, но встали.

А когда я провёл рукой рядом с зеркалом, и воздух дрогнул, пространство сжалось, и перед нами раскрылся портал — ахнули.

— Это что⁈ — изумилась Аня.

— Проще показать.

Трава под ногами была мягкой. Солнце светило ярче, чем в Москве, а воздух пах жасмином и свежестью.

— Где мы? — Маша ахнула, озираясь по сторонам.

— В моём пространственном тайнике, построенном по утерянным чертежам Вильгельма Пеля. Вернее… в нашем тайнике.

И тут из дома вышла Илона.

Рыжие волосы, золотистые глаза, лёгкая улыбка — живая, настоящая. Она замерла, увидев гостей, но лишь на секунду.

— Ну наконец-то, — сказала она, закатив глаза, — А то я уже думала, ты решил держать меня здесь вечно.

Аня аж подпрыгнула.

— Ты… ТЫ⁈

— В смысле, «ты»? — Илона скрестила руки, — Кто, я?

— Но ты же… Сгорела! — Арс выдавил из себя это слово, широко раскрыв глаза.

— Нет, — я перехватил взгляд Илоны и кивнул, — Это был клон.

Тишина.

Потом Маша резко развернулась ко мне, и в её глазах вспыхнуло что-то между обидой и яростью.

— Ты… Ты нас даже в ЭТО не посвятил?

— Если бы я сказал вам, что Илона жива, вы бы не поверили в её смерть. А Туманоликий мог почуять подвох.

— Мы твои друзья, чёрт возьми! — Аня пнула ногой камень, и тот отлетел в озеро, — Или ты думал, мы не сможем сыграть так же хорошо, как ты?

— Я думал, что если он вас схватит и начнёт выворачивать душу наизнанку, вы не сможете скрыть правду! — Голос мой звучал жёстче, чем я планировал, — И тогда он убил бы вас по-настоящему!

Арс сжал кулаки, но не стал спорить. Он понимал. Они все понимали — просто не хотели признавать.

— Ладно, — Маша выдохнула, — Допустим, ты прав. Но… Что теперь? Юсупов — это… Распутин? И ему нужны твои разработки? И ты сам?

— Да, — Я сел на траву, чувствуя, как земля слегка пружинит подо мной, — Он меняет тела, как перчатки. И моя магическая реальность ему нужна не просто так. Он явно хочет Эфир. А получив его… Страшно представить, что тогда случится с Империей.

— А что насчёт пяти дней? — Илона присела рядом, её пальцы коснулись моей руки.

— Через пять дней Император вернётся и снимет с меня дворянское слово, данное Салтыкову. И тогда Юсупов получит доступ ко всем нашим исследованиям.

— Тогда мы все умрём, — тихо закончила Аня.

— Есть такой шанс. Отобрав у меня последний, как он думает, козырь, Юсупов совершенно точно возьмёт вас в плен и продолжит шантажировать меня.

— Проигрыш-проигрыш… — пробормотал Арс, — Согласишься отдать ему тело — и погибнешь, а он провернёт какой-нибудь переворот. Откажешься…

— И он убьёт вас. И всё равно с помощью моих разработок найдёт себе новое тело.

Тишина повисла между нами. Даже ветер в этом искусственном мире будто замер.

Аня первой нарушила молчание.

— Ладно, гений. Ты нас заманил сюда, показал живую Илону, напугал историей про Распутина… Что дальше?

Она скрестила руки на груди, но я видел, что её пальцы слегка дрожали. Арс стоял неподвижно, как статуя, только глаза выдавали напряжение. Маша прикусила губу, а Илона… Илона смотрела на меня так, будто уже знала ответ.

— Дальше — план, — я вытащил из кармана игральную кость. Она была тёплой, почти живой, и пульсировала в моей ладони слабым лиловым светом.

— О, чёрт, — прошептал Арс, — Это же…

— Эфир. Да. За ним я гонял на свою «практику».

— Ещё одна история, о которой невозможно рассказать, — нервно фыркнула Аня.

— Расскажу, когда закончим с Туманоликим.

Я сжал кость в кулаке, и из неё вырвалась сияющая, переливающаяся звёздная пыль.

— Тебе не кажется, что ты заходишь слишком далеко? — Маша отступила на шаг, — Мы не умеем…

— Пока, — я перебил её, — Пока — не умеете. Но я не прошу вас использовать Эфир. Только хранить.

— Для чего? — Аня прищурилась.

— Для момента, когда он понадобится. А он наступит очень скоро, поверь, Лисицына.

Я подошёл к ней. Аня не отстранилась, но её плечи напряглись.

— Доверяешь? — спросил я.

— Чёрт возьми, ненавижу, когда ты так говоришь, — проворчала она, но кивнула.

Я поднёс руку к её груди, туда, где пульсировала Искра. Пыль Эфира втянулась в неё, как вода в песок. Аня ахнула, глаза её расширились, но она устояла.

— Чёрт… Это как…

— Как ощутить, что ты прыгнул с Адепта до Архимага? — я усмехнулся.

— Хотела сказать — как сотня оргразмов одновременно…

Арс тихо фыркнул.

— Если тебе такая аналогия ближе — пожалуйста. Только повторюсь — не пытайся его использовать. Пока.

Аня кивнул, и я, всё также удерживая на ладони кость с вырывающимся из неё Эфиром, подошёл к Арсу. Он принял дар молча, лишь стиснув зубы, когда Эфир вошёл в него. Маша дрожала, но не сопротивлялась. Илона же…

— Ты уверен, что это сработает? — она прошептала, когда я коснулся её лба.

— Нет.

Она рассмеялась.

— Хотя бы честен.

Когда последняя крупинка Эфира исчезла в её Искре, я отступил.

— Теперь — «Кровавый пакт».

— Опять? — Аня закатила глаза.

— Обновлённая версия. Всего на несколько дней, не переживай. После смерти Юсупова он растворится.

Я достал из кармана небольшой нож и провёл им по ладони. Кровь, тёмная и густая, капнула на траву. Друзья, не колеблясь, сделали то же самое.

— Клянёмся, — начал я, — Защищать друг друга — и молчать об Эфире.

Упавшие на землю капли крови вспыхнули алым светом. Затем тонкие нити из наших ладоней поднялись в воздух, смешалась, впиталась в кожу, оставив лишь лёгкое жжение.

— Всё? — спросил Арс.

— Всё.

Я посмотрел на них — на этих безумцев, которые всё ещё верили мне, несмотря на все обманы. И понял — я готов убить за них. Или умереть.