Печать пожирателя 8 (СИ) - Соломенный Илья - Страница 33

Я сохранил лицо каменным. Не будучи идиотом, травы я собрал и в самом деле.

— Конечно.

— А теперь давай-ка поговорим о том, что действительно заслуживает внимания. Пока тебя не было, ситуация в столице изменилась.

Он потянулся к стопке бумаг, перелистал несколько страниц, затем отложил их в сторону.

— Не буду ходить вокруг да около, Марк. Мне нужен твой проект — полный доступ к разработкам по магической реальности. Твоим и Салтыкова.

Я почувствовал, как в груди что-то сжалось.

— Для чего?

Юсупов улыбнулся, но в его глазах не было ни капли тепла.

— Для экспериментов. На людях.

В кабинете повисла густая тишина.

— Не торопись отказываться, — продолжил Инквизитор, складывая руки перед собой, — Я готов финансировать. Щедро. Обеспечить ресурсами, испытуемыми, защитой. Всем, чем нужно.

Я смотрел на него, пытаясь понять, что скрывается за этими словами.

«Почему сейчас? Почему так резко?»

И тут меня осенило!

Юсупов выглядел больным.

И теперь ему срочно понадобилось то, что мы создали.

Возможно, пока я не соглашался стать его учеником, что-то изменилось? Что-то произошло? Тело не выдерживает дух Распутина, или что-то подобное? И эта магическая реальность — как страховка от очередного моего отказа⁈

От этих мыслей у меня по коже пробежали мурашки.

Если от ученичества я могу отказаться, и он не сделает с этим ничего — то МР Юсупов может попытаться просто отобрать…

Я медленно выдохнул, сцепив пальцы перед собой.

— Ваше Сиятельство, мы ведь уже говорили об этом. Я готов помогать вам всей душой, но… Не могу просто так передать разработки, — Мой голос звучал ровно, но внутри всё сжалось в ледяной ком, — Я связан дворянским словом.

Юсупов усмехнулся, словно я произнёс что-то забавное, и провёл рукой по столу. На полированной поверхности вспыхнул голографический проектор — передо мной возникла императорская печать, а под ней сухой бюрократический текст:

«Распоряжение о передаче всех исследований в области магической реальности под контроль Имперской Инквизиции».

— Я уже обо всём позаботился, — мягко произнёс Инквизитор, — На аудиенции с Императором. Его Величество согласился, что подобные технологии слишком важны, чтобы оставаться в частных руках.

Я стиснул зубы.

— Конечно, я не смею идти против воли Императора, — произнёс, тщательно подбирая слова, — Но вы и сами знаете, что дворянское слово — это не просто клятва. Это древняя магия. Если я нарушу условия, даже по приказу Императора, то…

Я не стал уточнять, что именно случится. Юсупов и так знал. Дворянские обеты не нарушались не из-за благородства — а потому что за этим следовала мгновенная смерть. Магия, заложенная ещё при основании Империи, не делала скидок даже для императорских указов.

Но Юсупов лишь откинулся в кресле, и в его глазах вспыхнуло что-то похожее на удовольствие.

— Всё так, — согласился он, — Если бы не один нюанс.

Он щёлкнул пальцами, и голограмма сменилась. Теперь передо мной висел указ, подписанный тем же твёрдым почерком, но с дополнительной строкой:

«С приложением снятия магических обетов с нижеперечисленных лиц…»

И в списке было одно-единственное имя.

Моё.

— Его Величество возвращается через неделю с переговоров с ацтеками, — продолжил Юсупов, — Первое, что он сделает — снимет с тебя это слово. Лично.

В кабинете стало тихо. Даже часы на стене, старинные, с маятником, будто замерли.

Я смотрел на голограмму, чувствуя, как почва уходит из-под ног.

«Он всё просчитал. До последней точки. Долбаный Распутин…»

— Я… понимаю, — наконец выдавил я, — И если всё так — не смею противиться, само собой.

Юсупов улыбнулся.

— Рад, что мы нашли взаимопонимание. И Марк — подготовь все материалы по вашей с Салтыковым работе заранее. Техническую документацию, спецификации, оборудование и так далее.

Дверь кабинета закрылась за мной с тихим щелчком, будто захлопнулась ловушка. В коридоре меня ждал всё тот же инквизитор — бесстрастный, как статуя, его глаза скользнули по мне, оценивающе, но без интереса.

— Прошу, господин Апостолов, следуйте за мной, — коротко бросил он и развернулся, даже не убедившись, иду ли я следом.

Мы шли обратно тем же путём: лифты с мерцающими рунами, коридоры, пропитанные запахом магических реагентов, посты охраны, чьи взгляды скользили по мне, как по вещи, уже не представляющей угрозы.

АВИ ждал на той же площадке. Дверь открылась беззвучно, и я шагнул внутрь, чувствуя, как холодный воздух салона обволакивает кожу.

«Зачем?»

Мысль билась в голове, как пойманная птица.

Зачем Юсупову всё это?

Машина плавно оторвалась от земли, и Москва поплыла за стеклом — огни, дым, движение. А я смотрел сквозь них, пытаясь понять.

У Юсупова была власть. Настоящая. Инквизиция, влияние при дворе, перчатка пожирателя — моя, сука, перчатка, которую пришлось отдать! Юсупов уже не раз менял тела, и магическая реальность ему для этого была не нужна! Но даже если МР нужна ему, чтобы получить новое тело…

Я чувствовал, что было ещё что-то.

Зачем ему наши исследования?

Ответ пришёл сам собой:

Эфир.

Юсупову был нужен Эфир — он подозревал, что Салтыков что-то от него скрывает… И хотел докопаться до этого. Хотел ещё больше силы! Я видел пожирателей — старых и новых.

Я понимал, что мощь, сила, власть — всё это для них как наркотик, от которого невозможно отказаться.

Проклятье, да я и сам был таким — просто… Более адекватным и принципиальным.

А с другой стороны… Имело ли всё это хоть какое-то значение? Причины и следствия?

Нет, не имело.

Любые действия Юсупова принесут мне вред — я знал это наверняка…

АВИ мягко приземлился на крыше моего дома. Дверь открылась, выпуская меня на посадочную площадку, и стоило отойти на пару метров, как летательный аппарат снова взмыл в воздух.

Квартира встретила меня тишиной.

Я закрыл дверь и прислонился к ней, чувствуя, как адреналин наконец отпускает.

Ловушка.

Юсупов загнал меня в угол. Через неделю дворянское слово будет снято, и я не смогу отказаться. Он получит всё: исследования, оборудование, доступ к Салтыкову.

Если я позволю.

Я провёл рукой по лицу, стирая остатки усталости.

Нужен новый план.

А значит, Салтыкова, всё ещё запертого в магической реальности, надо возвращать.

И чем быстрее, тем лучше.

Глава 16

Месть близко

29 июня 2032 года. Особняк Львовых, Крылатское.

Хрустальные люстры пылали, как зачарованные солнца, заливая золотым светом мраморные колонны и шелковые гобелены с фамильным гербом Львовых. В воздухе витал густой аромат жасмина и дорогого табака, смешанный с едва уловимым запахом магических ароматизаторов — чтобы ни один гость не почувствовал даже намёка на усталость до самого конца вечера.

Леонид Андреевич Львов стоял у парадной лестницы, безупречный в своём чёрно-золотом камзоле, с лицом, застывшим в вежливой полуулыбке. Каждый его мускул был под контролем, каждый жест — отточен годами светских баталий и подковёрных интриг. Но если бы кто-то осмелился заглянуть в его глаза — заглянуть по настоящему! — то увидел бы там лишь холодную сталь.

И тень.

Тень позора, который принёс ему собственный сын.

— Граф Львов! — раздался бархатный голос Артёма Иловайского, младшего брата министра иностранных дел, приближающегося с бокалом вина в руке, — Поздравляю с таким… оживлённым собранием.

Леонид повернулся, слегка склонив голову, но не позволил ни единой морщине выдать напряжение.

— Всегда рад гостям, дорогой Артём Петрович. Особенно тем, кто ценит старые связи.

Иловайский усмехнулся, едва заметно сузив глаза.

— Связи, говорите? Интересно, сколько из присутствующих сегодня действительно вернут вам доверие после того… неловкого инцидента с дуэлью?