Путь Стратега 8. РеалРТС (СИ) - Корнелий Луций - Страница 88

«Не требуется», — возразил я. — «Встретимся в шатре-храме Клепсиды. Кажется, до него шаддинцы не добрались».

По дороге в лагерь я отдал ещё несколько десятков приказов по поводу размещения раненых и пленных. Также надо было хотя бы примерно понять сколько провизии мы потеряли из-за действий врага. По моим прикидкам что-то около третьей части.

Мы победили в битве, но война продолжалась. Вокруг всё ещё была безжизненная пустошь, а на том берегу оставались шаддинские силы.

Думаю, теперь Ксерион попытается как можно скорее переправиться через реку, чтобы не пустить нас туда. Вопрос только получится ли это у него? Очень много неопределённости.

Где-то через 20 минут я вошёл в походный храм Клепсиды, стоявший на стыке лагерей разных легионов. Сандис уже был там. Один, практически без охраны. Несколько десятков его воинов находились снаружи, но в шатре кроме нас была только статуя богини войны. Белый мрамор кожи, опалы в глазах, доспехи окрашены под цвет бронзы.

Сандис стоял перед ней, повернувшись ко мне спиной. Возникла шальная мысль: что если прямо сейчас достать меч и… Рискованно. Я устал, в он воевал на спине слона. Сбежит. Да и Ксерион ещё не до конца побежден. Было бы глупо отдать ему победу таким дурацким образом.

— Вот сражение и подошло к концу, — объявил Сандис, поворачиваясь ко мне. — Было бы неплохо принести жертву богам. Как насчёт венатора Гинда Тобина? Он задолжал мне за это.

Сандис указал на свой выбитый глаз, сейчас прикрытый белой шёлковой повязкой.

— Венатор Гинд Тобин погиб в бою, — солгал я.

— Какая жалость, — хмыкнул мой коллега по триумвирату. — Пережил столько боёв и погиб именно сейчас, когда его кровь уже была обещана мне. Обидное совпадение.

— Это не совпадение, — ответил я. — Парень знал, что обречён и решил уйти в бою. Рвался в самые опасные места сражения.

Я приказал Гинду пока что укрыться среди раненных венаторов. Дальше Арамиа изменит ему внешность, а одному из трупов придаст его облик.

— В отличие от вас, Михаир, я не страдаю мелочностью, — великодушно произнёс Иворна. — Давайте забудем про этого мальчишку, — Сандис небрежно махнул рукой. — Нам нужно обсудить дела куда более важные. Судьбоносные. Победа над Ксерионом — переломный момент. Это ещё не конец Шадда, но теперь мы будем в роли охотника, а они станут нашей добычей. Мы обязательно покорим Восток. Затем останется Карр… Могучий, злобный старикан, но против нас троих он не удержится.

— Нас троих это тебя, меня и Октана? Или же тебя, меня и Ксигона?

— Октан — блестящий исполнитель, но он не политик и не хочет им быть, — ответил мне Сандис.

Значит юноша умён не по годам. Быть политиком сейчас опасно для здоровья.

— Триумвират основан на балансе противоречий, — ответил я. — Разве будет эта система работать, если заменить Карра на Ксигона?

— Ещё как будет! — усмехнулся стратег. — Мой уважаемый предок с удовольствием бы вырвался из-под моей опеки, однако у меня есть средства давления на него. Впрочем, совсем избавляться от него глупо. Ведь если я так поступлю, то у меня могут быть проблемы с тобой. Ты в свою очередь вряд ли захочешь выступить против меня и Ксигона одновременно. Вот тебе и баланс противоречий. Однако давай подумаем не о кинжал их за спиной. Обсудим перспективы сотрудничества.

— Слушаю.

— Главной проблемой древнего Канртега была разобщенность. Слишком много жрецов. Практически до самой катастрофы им не удавалось выстроить эффективную иерархию власти. Также, излишне уповая на колдовство, они забыли о своем народе. Превратили его в скопище рабов, мечтающих стать надсмотрщиками, и надсмотрщиков, боящихся низвержения обратно в рабство. Но мы другие, Михаир. Мы стоим на фундаменте великого наследия и знаем как следует им управлять. Мы стратеги — носители божественной частицы. Магия Ксигона вместе с нашими мечами, копьями и преданными воинами завоюет весь мир. Мы совместим сильные стороны Древней Республики и Древнего Канртега, избавившись от их недостатков обеих систем.

Красиво стелит. Ну а как же иначе?

— Ты думаешь, я настолько наивен, чтобы согласиться на подобное?

— Я не верю в твою наивность. Я верю в твои амбиции, — холодно ответил Сандис. — Что толку в завоеваниях, если у тебя нет времени насладиться плодами этих побед? Мы же можем предложить тебе многие сотни лет жизни. Не полное бессмертие, но возможность пережить целые поколения. Только представь, Михаир… Вечная, тысячелетняя Империя, раскинувшаяся на всех цивилизованных землях. Единство и мощь. Я знаю, что ты не просто воитель. Мне докладывали о твоих попытках вкладываться в медицину, создавать новое оружие, проводить реформы. Это без иронии похвально. Подумай, что ты бы мог сделать за несколько сотен лет?

— Интересный вопрос, но он не имеет смысла. Даже если мы сумеем узурпировать власть в Империи с помощью наших войск и магии Ксигона Багровый Круг не даст нам захватить мир. Они остановили Канртег в прошлом. Азард до этого уничтожил Неридию.

— Я не забыл о волшебниках Великого Пламени, — улыбнулся Иворна. — Однако с ними можно будет разобраться или договориться. Я знаю о них больше, чем ты можешь себе представить. Титан Эагис когда-то призвал в наш мир новую силу. До сих пор она льётся сюда из пылающих миров, но этот поток можно регулировать. Если не остановить полностью, то ослабить.

А вот это была охрененно важная новость. Вероятно, всё это как-то связано с искусственным спутником на орбите планеты.

— И что же от меня потребуется? — усмехнулся я. — Расписаться кровью?

— Крови мы и так пролили сегодня достаточно, — лукаво ответил Сандис. — Условия мы ещё обсудим. Кажется, кое-кто ещё хочет с тобой пообщаться.

Земля под ногами содрогнулась. Я переключился на глобальную карту. Гекатонхейр двигался в сторону нашего лагеря, словно ожившая гора. Его подобная камню кожа блестела под струями дождя. Чего это древнее существо хочет от нас?

Стоило мне подумать, как я ощутил его зов. Это не было похоже на использование командного голоса. Интуиция подсказала мне, а смутные предчувствия стали более явными — нам надо поговорить. Сторукий гигант хотел пообщаться со мной. Подобная перспектива меня не пугала. Я уже понял, что гекатонхейр не бездумное чудовище. С ним вполне можно выстроить разговор.

На беседу с гигантом я отправился в компании Ноция, Милен, сотни конных лучников и пятерки венаторов. Последние были нужны скорее для отражения агрессии низшей нечисти, чем как охрана от сторукого.

Старый кентавр, который с ним беседовал, проехал мимо нас. Лишь на секунду, поравнявшись со мной, он молча кивнул. Его благородное лицо выражало печальную задумчивость.

Гекатонхейр прекратил движение. Он возвышался примерно в километре от нашего лагеря. Дымка вокруг него стала не такой густой, но более объёмной, теперь скорее напоминая туман, чем облака.