Приманка для похотливого бога-лиса (СИ) - Буланова Алиса - Страница 9

— Стоять на месте! — резко командует тётя и включает фонарь. Луч света выхватывает из темноты мужчину в потёртой куртке. — Вы проникли на частную территорию. Полиция уже в пути.

Незнакомец дёргается и пытается выбраться обратно через окно, но зацепляется за раму курткой. Он поворачивается в сторону тёти. Фонарь освещает его лицо. Мутный взгляд, недельная щетина, сальные волосы. И всё же я узнаю его. Это Рюичи-сан…

— Сая-тян, это ты? — произносит он, переводя взгляд на меня.

Он выглядит ужасно. От него несёт перегаром и грязным тряпьём. Он весь какой-то сжавшийся, обмякший и… невыносимо жалкий. Я не могу поверить, что ещё недавно любила этого человека. Сколько бессонных ночей я провела, переживая из-за наших ссор, сколько слёз пролила — а теперь смотрю на него и не понимаю, за что держалась.

— Далеко же ты спряталась, Сая. Я так долго искал тебя, — продолжает он, делая шаг вперёд. — Как ты могла пропасть так внезапно?

Негодование вспыхивает внутри. Он ещё смеет предъявлять претензии? После всего, через что я прошла? Из-за него меня едва не обвинили в вымогательстве. Но я сдерживаюсь. Ответить — значит признать нашу связь. А я не хочу этого. Я порвала с ним и с прошлой жизнью, когда согласилась стать хранительницей храма.

Я вздыхаю и отвожу взгляд.

«Хранительница, так это тоже твой бывший? — слышу у себя в голове шёпот Нори-сама. Он привычно наваливается на плечо. — Сколько же у тебя их? Я ревную…»

— Вы знаете этого человека? — спрашивает Кобаяси-сан, озадаченно глядя на меня. Тётя напрягается в ожидании моего ответа.

— Я впервые вижу его, — отвечаю я, нервно сглотнув.

— Как же… Ах ты, поганка мелкая! — Рюичи-сан срывается на крик. — Как смеешь говорить, что не знаешь меня, после всего, что я для тебя сделал⁈

«Ты ничего не сделал для меня, — мысленно отвечаю ему, словно он может слышать мои мысли, как Нори-сама. — Ты только развлекался, пользуясь моей юностью и неуверенностью!»

— Полиция прибудет с минуты на минуту, — говорит тёте угрожающе. — Как мне кажется, у вас и без того полно проблем с законом. Вам лучше уйти, чтобы не усугублять своё положение.

Рюичи-сан замолкает на минуту. Холодок пробегает по спине Прямо сейчас бывший кажется мне похожим на дикого загнанного зверя.

— Да пошла ты! — кричит он тёте. — Я разговариваю не с тобой! Сая, ты же говорила, что сделаешь всё для меня! Как можешь ты отвернуться от меня сейчас, когда мне так нужна твоя помощь⁈

— Я вас не знаю, — повторяю угрюмо, не в силах смотреть ему в глаза. Мне так стыдно.

Воздух в комнате начинает как-то странно вибрировать. Я улавливаю то, о чём говорил Нори-сама. Тёмная энергия со всего дома стекается к трясущемуся не то от смеха, не то от рыданий Рюичи-сану.

— Я… проделал этот путь, чтобы попросить тебя о помощи… — рычит он, скаля зубы, будто пёс. — А ты… отказываешь мне и говоришь, что даже не знаешь меня⁈

Меня на секунду охватывает паника. Я не знаю, что делать. Вижу, как его тело содрогается, глаза расширяются, пальцы подгибаются. Кажется, это тёмное нечто, что жило в этом доме, воспользовалось слабостью духа Рюичи-сана и захватило его. Может, мне не стоило провоцировать его?

Но потом я вспоминаю, как ждала приезда тёти в полицейском участке. Какой жалкой и никчёмной я чувствовала себя тогда. Нет, я ничего не должна Рюичи-сану. Этот человек всегда только брал и ничего не отдавал взамен. То, что он оказался слаб перед злым духом, — это его вина, а не моя.

«Ты права, хранительница, — произносит Нори-сама ободряюще. — Люди сами выбирают отдать своё сердце тьме».

Тело Рюичи-сана преобразуется, вытягивается и обрастает шерстью. Он превращается в огромного, чёрного пса с красными глазами и пастью, полной клыков. Это же ину-гами! Холодная дрожь пробегает по телу. Он выглядит очень грозным.

«Хранительница, я боюсь мне придётся принять свою истинную форму», — произносит Нори-сама, глядя на него.

«Что ж, если это единственный выход, то ничего не поделаешь», — отвечаю я, судорожно выдыхая.

Глава 12

Нори-сама стремительно оборачивается лисом с серебристой шерстью и глазами, сияющими огнём. Холодный липкий страх ползёт по ногам, но я напоминаю себе, что это всё ещё он, мой Нори-сама.

Пару секунд они смотрят друг на друга, словно оценивая противника. Затем пёс бросается в мою сторону, но Нори-сама перехватывает его в прыжке. Два огромных зверя, светлый и тёмный, сходятся в драке. Когти царапают, клыки хватают и рвут. Мне становится страшно. Тётя, не теряя ни секунды, создаёт вокруг нас защитный барьер при помощи амулетов. Кобаяси-сан в ужасе отползает в угол. Я же не могу пошевелиться — только смотрю.

«Хранительница, насколько тебе важно, чтобы человек внутри этого ёкая остался жив?» — спрашивает лис демоническим голосом.

«Я не хочу, чтобы кто-то умер», — отвечаю я, отмерев наконец.

«Ясно», — произносит лис и снова бросается на пса.

На секунду мне кажется, что тёмная собачья шкура поглощает Нори-сама. Серебристый свет меркнет. Пёс завывает и поднимается на задние лапы. Но всего через мгновения я осознаю, что Нори-сама прошёл Рюичи-сана насквозь, заставляя ёкая покинуть его тело. Лис и пёс словно две тени начинают метаться по дому, проходя сквозь стены. Наконец, Нори-сама цепляется ёкаю в глотку, и чёрная тень начинает рассыпаться, растворяться в воздухе. Ёкай исчезает.

Я опускаю глаза на Рюичи-сана, скорчившегося на полу. Он дрожит в страхе. За окном слышатся сирены. Полиция, наконец, прибыла. Я выдыхаю и оглядываюсь в поисках лиса. Но не вижу его. Что ж, он появляется и исчезает, когда ему вздумается. И всё же я не могу не отметить про себя, что всё ещё боюсь истинной формы Нори-сама.

— Я собирался продать дом, потому и пригласил мико с помощницей для обряда очищения, — рассказывает Кобаяси-сан женщине-полицейскому. — А этот человек проник в дом без разрешения. И отказался покидать его, когда мы его об этом попросили. Что было после я не помню. Так испугался, что оцепенел.

— Он пытался угрожать нашей безопасности, — говорит тётя рядом другому полицейскому, молодому симпатичному мужчине. — Мне пришлось слегка осадить его. Я, знаете ли, занималась единоборствами в юности…

Она улыбается, глядя на мужчину с интересом. Тот кивает ей одобрительно. Люди в форме выводят Рюичи-сана из дома и запихивают в полицейскую машину. Он не сопротивляется. Только бормочет что-то бессвязное и глядит куда-то мимо нас.

— Вам невероятно повезло, что вы не пострадали, Кобаяси-сан, — говорит полицейский после. — Этого преступника разыскивают по нескольким статьям. Похищения, вымогательство, угрозы. Похоже, что он ещё не скоро увидит белый свет.

Я стою и смотрю, как уводят человека, которого когда-то считала важным. А потом — опускаю взгляд на свои ладони. В них всё ещё ощущается дрожь.

Я возвращаюсь в свою пристройку и молча захлопываю за собой дверь. Даже горячая ванна не помогла избавиться от этого странного чувства. Я скидываю сандалии и не раздеваясь валюсь на футон. Тело ломит от усталости, словно я не духа изгоняла, а сама была тем демоном, которого пришлось вышвырнуть из чужой плоти. Я утыкаюсь лицом в подушку и долго не двигаюсь.

— Ты в порядке, хранительница? — голос Нори-сама звучит тихо и ласково, он возникает из темноты, как всегда внезапно. Я не слышала ни скрипа половиц, ни дыхания. Просто вдруг чувствую, что он рядом. Он сидит у изголовья, а его рука медленно касается моего затылка, едва ощутимо перебирая волосы.

— Да, — отвечаю, не поднимая головы. — Просто чувствую себя… грязной. Как будто всё это прилипло ко мне. Его голос. Его руки. Его взгляд. Хочется с себя всё это содрать.

Я поднимаю глаза на лиса. Нори-сама склоняется ниже, его волосы касаются моей щеки. И прежде чем я успеваю вновь отвернуться, он проводит языком по моей щеке — медленно, влажно и бесцеремонно.