Как достать архимага (СИ) - Котляров Лев - Страница 15

— Будет исполнено в лучшем виде.

И испарилась, оставив меня наедине с вкуснейшими ребрышками. Давно я не получал такого удовольствия от простого поглощения пищи. Даже вынужденная задержка в столице раздражала уже не так сильно.

Однако у вселенной были другие планы.

Едва я успел съесть половину, как в трактир буквально вкатилась очень полная женщина. Ее голос, помноженный на лишние килограммы, гулко разносился по всему помещению.

— Господин архимаг! Он здесь? Мне срочно нужно с ним поговорить! Срочно!

Успею сменить личину или нет?

Нет, на меня уже все смотрят. Точнее, переводят взгляды с меня на незнакомку, во взглядах всех читалось лишь одно: «кому в здравом уме хватило смелости оторвать меня от еды⁈»

Перед голосящей женщиной мигом оказалась официантка. Она спешно загородила проход в основной зал. Но ее стройное тело не смогло противостоять той, что срочно нужно было меня увидеть.

— Господин архимаг! Только вы мне можете помочь! Прошу вас!

Женщина застыла возле моего столика, а потом бухнулась мне в ноги, давая мне минуту, чтобы дожевать и рассмотреть ее. А выглядела она еще нелепее, чем вела себя: вычурная высокая прическа в виде здоровенного яйца на голове, плотное фиолетовое платье с многочисленными завязками, которые делали похожей ее на ветчину из осьминога, и боевой раскрас с блестками на лице. Таких нужно в стан врага пускать для полной деморализации личного состава.

Настроение стремительно портилось.

Я с тоской посмотрел на недоеденные ребрышки, горку капусты и вздохнул.

— Что такого могло произойти, раз вы меня оторвали от законного ужина?

Голова незнакомки покачнулась и поднялась. Накрашенный густым фиолетовым цветом глаз скосился на нарезанную буженину, скользнул по запотевшим бокам кувшина с квасом, а потом моргнул.

— Не велите казнить! Велите слово молвить!

— Почему нельзя просто записаться ко мне на прием? Послать обращение? Отправить письмо, в конце концов?

— Господин архимаг! Только вы мне помочь сможете! Только вы!

Эта шарманка меня порядком достала. Но любопытство взяло вверх.

— Садитесь.

Женщина поняла меня буквально и, извернувшись гусеницей, уселась на полу, с надеждой поглядывая на меня. В таком позе она еще сильнее напоминала мне обитателя океана. Теперь на нас смотрели все, сидящие в трактире. Надо будет сделать себе здесь отдельный кабинет, с выходом на улицу. Нет, не вариант, тогда проще заказывать еду прямо во дворец, хотя есть на рабочем месте я ненавидел.

— За стол садитесь, — с нажимом сказал я.

Осьминожка снова зашевелилась и переползла на стул, а потом уставилась на меня, хлопая длиннющими густыми ресницами. Я приподнял брови, мол, рассказывайте.

Она не поняла, продолжая смотреть то на меня, то на мою еду.

— Вы голодная?

— Нет-нет, что вы. Я на диете.

«Ага, на трех сразу, потому что одной не наедаюсь», — ворчливо подумал я.

— Что вас привело в этот трактир?

— Господин архимаг! — ее густой голос заполнил сразу все пространство. — Только вы можете мне помочь!

— Это я уже слышал, к делу переходите, — я с немалым сожалением сдвинул тарелку на край и вытер руки. — Кто вы такая?

— Баронесса Блохина Людмила Викторовна, мать Тамары Юрьевны.

Посетители трактира навострили уши, старательно делая вид, что продолжают есть. Сдерживаясь из последних сил, я не закатить глаза и поставил полог тишины.

— И что вы хотите, Людмила Викторовна?

— Признайте, что Илья — ваш сын, а не Бережного!

— Боюсь, вам следует сменить парикмахера, — спокойно ответил я.

— Что? Вам не нравится моя прическа? Это последний писк заграничной моды.

— Предсмертный, судя по всему. Вам слишком туго заплели волосы, что в голове теперь мыслям места не осталось.

— Не поняла, — она снова захлопала глазами, и легкий ветерок коснулся моих нахмуренных бровей.

— Почему я должен признать Илью своим сыном, если он сын Бережного?

— Потому что так будет правильно! У мальчика ваш талант к магии! Ваша смекалка! Ваши глаза в конце концов! Да вы на одно лицо просто!

Я вспомнил, как выглядит Илья, и меня передернуло. Ничего общего, кроме наличия пары рук, ног и одной головы.

— Решать будет проверка крови, — отрезал я.

— Да кому она нужна? Илюшенька точно ваш сын, не спорьте даже.

Услышав ее слова, я не сразу понял, как мне на них реагировать. То ли испепелить, то ли придушить. А может, просто сдать ее на руки лекарям?

— Людмила Викторовна, а зачем это вам?— я тоном выделил последнее слово.

— Как зачем? Вам мало того что это правда⁈

Нет, точно лекарям. Хотя нужна ли Бережному такая теща? Может, правда, поджечь ее, и дело с концом? Марк еще благодарить меня будет.

— Послушайте, господин архимаг! У вас должность, власть, деньги! А Илюше нужно учится, он многого может достичь с вашими связями.

Мои брови поползли наверх. Моими связями? Серьезно? Нет, у нее не все дома. Весь ум ушел вширь.

— Все решит проверка крови. Точка. А теперь оставьте меня. Всего хорошего, Людмила Викторовна, — жестко сказал я.

У входа в трактир замаячил начальник стражи. Он заметил меня, но подходить не стал, видя за столиком Блохину.

— А может, мы с вами можем как-то договориться? — она повела плечом и томно взглянула на меня. — Хотите еще одного сына?

В этот момент чаша моего терпения переполнилась. Я старался быть вежливым, но, кажется, Блохина уже собиралась активировать режим танка.

— Илья не мой сын, — чеканя слова, произнес я. — Если вы сейчас же не уйдете, то я буду вынужден выкинуть вас в окно. Даю вам минуту, чтобы покинуть трактир и больше никогда в жизни не показываться мне на глаза.

В моих зрачках полыхнуло пламя, и Блохина побледнела.

— Но господин архимаг! Я же к вам со всем сердцем!

— Вырежу.

Тихо сказанное слово привело ее в чувства. На лице, пусть и сильно испорченным толстым слоем макияжа, проступили алые пятна.

— Ну и ладно! Я хотела как лучше!

— Тогда начните с воспитания внука. Всего хорошего.

Под моим строгим взглядом она выползла из-за стола и, круто виляя бедрами, удалилась из трактира.

Эта встреча и нелепый разговор начисто испортили мне ужин. Больше ноги моей в этом заведении не будет. Построю еще одно рядом и запрещу пускать людей. Хотя тогда придется задержаться здесь на месяц… Нет, к черту, есть буду в кабинете!

Начальник стражи, проводив восхищенным взглядом баронессу, натянуто мне улыбнулся.

— Степан Ильич, проходите, — мне сегодня точно не дадут нормально поужинать.

— Прошу прощения, господин архимаг, крайне неудобно прерывать вас. Вы велели послать за мной? Что случилось?

— Заберите вот этих молодых людей к дознавателям. Они решили воспользоваться суматохой проверок в банке и обнести его.

— Прискорбно слышать такое, господин архимаг. Спасибо за вашу работу.

Степан Ильич крикнул гвардейцам, которые мялись у входа в трактир, роняя слюни от обилия запахов, чтобы они забрали двух умников. Правда, сначала пришлось снять заклинание с кабинетных крыс, но вместо нитей магии на их руках через минуту красовались стальные браслеты.

Я смотрел вслед уходящим людям и думал о том, что еще меня ждет сегодня, потому что до конца дня оставалось четыре часа. Целых четыре часа.

А потом надел личину. Ибо достали.

Но ребрышки уже не лезли в горло. Мысленно сплюнув, я выложил несколько мелких ассигнаций на стол и покинул трактир. Мне предстояло разобраться с отчетами из казначейства, и я очень надеялся найти там весомые причины для нескольких увольнений, арестов и, возможно, казней. Последнее даже слегка выправило настроение.

Главная площадь почти опустела, приличные люди давно уже готовятся ко сну, и только один безумный архимаг собирался работать. Ненормированный график, вечные поручения, которые не всегда понимаешь, с какой стороны решать, сводки, таблицы, совещания… Аж зубы заныли от воспоминаний.