Наследник огня и пепла. Том Х (СИ) - Добрый Владислав - Страница 52

Я откровенно сказал, что это сохранит жизни долгобородов. Мы обсудили детали — я всё боялся, что Ан спросит, откуда мне известно про месторождение олова. Но ему так и не пришло это в голову. А я, между прочим, заготовил хитрую историю про древний свиток времен Империи и даже подделал его — всё, чтобы скрыть Лилию, разумеется. Ладно, оставлю это на потом. Или подкину «свиток» их представителю в Караэне.

Вернувшись к свите, я вежливо собрался в путь — меня сопровождало две сотни Стражей Караэна, моя дружина, Эскер (которому нравилось заниматься чем угодно, кроме как хозяйством) и почти пять сотен аристократов и их слуг с ближних и дальних владений. И ещё один очень недовольный декан Университета — Фарид.

Честно говоря, это уже было похоже на армию. Хорошо хоть кормили они себя сами.

Возможно, я был несколько невежлив — но я немедленно поднял своих и отправился в путь дальше, не дожидаясь, пока приблудившиеся соберут свои шатры. Если надо — догонят по пути. Но лучше бы не догнали: я держал путь в Бурелом, и если они не отстанут по дороге, законы гостеприимства вынудят меня кормить всю эту ораву.

Но это будет потом. Пока я ехал впереди и неторопливо говорил с Волоком. Рядом держался Фарид — я почти заставил его отправиться со мной, и потому побаивался, что он попытается сбежать. А он мне был нужен.

Вернее, не он сам, а тот синий драгоценный камень, с которым он однажды имел глупость поиграть у меня на глазах.

Мы с Волоком ехали рядом, кони шагали неспешно, дорога то поднималась, то проваливалась, как дыхание старика перед смертью. Каменные стены гор оставались позади, а впереди начинались холмы и леса — Долина Караэна. Волок молчал, только проверял копьё на привязи, косился на тех, кто ехал следом. Я же думал.

— Ты всегда так: молчишь, пока не придумаешь, как в одном слове спрятать целую ловушку, — сказал Сперат тихо, не глядя.

Я усмехнулся.

— А ты всегда думаешь, что я прячу. Хотя чаще всего я просто уставился в точку и думаю, где взять овёс.

Сперат рассмеялся. Да, мы поехали без обоза и теперь пришлось покупать овес по дороге. Вот только овес нынче стал дороже пшена, и мне приходилось общаться с хозяевами земли лично. Чтобы сбить цену. А то меня вдруг жаба задавила. Впервые часть забот о Коровиэле легла на меня и я не уставал из-за этого капать на мозги Сперату. Его это, похоже, скорее забавляло. Я повернулся к Волоку:

— Скажи мне, Волок, если бы ты был разбойником в лесу, и увидел купца с двумя телегами, одну снаружи охраняет дюжина латников, а вторая — почти без охраны, какую бы ты ограбил?

— Ту, что без охраны. — Волок хмыкнул. — Только потом оказалось бы, что в ней камни, а в первой — сольдо и перец.

— Вот именно. Покажи врагу, что ты слаб там, где ты силён. И наоборот. Это не я придумал. Один мудрец сказал ещё во времена, когда ваши деды дрались палками за лягушек у пруда. Говорил так: «Если ты близко — кажись далёким. Если ты силён — изобрази усталость. Если собрался ударить — рассей пыль, чтобы ослепить». Умный был человек. Восточный.

— И как его звали? — Волок искоса посмотрел. — Надеюсь, не «Мудрец с Востока», как у сказителей.

— Сунь Цзы, — ответил я. — Военный магистр Империи. Написал книгу, которую до сих пор читают даже те, кто не умеет читать. Её зубрят вслух.

— Надеюсь, ты не собираешься звать его в совет. Нам и так хватает умников.

— Он давно мёртв. Но суть — в том, что бой выигрывает не тот, у кого меч длиннее, а тот, кто заставил врага поверить, что у него в руках просто трость.

Волок усмехнулся уголком губ.

— Это ты про Маделар?

— Про всех, — ответил я. — Даже про тебя, Волок. Ведь ты же знаешь, как сделать вид, что не опасен?

— Да. — Он пожал плечами. — Только потом приходится убивать тех, кто поверил.

Глава 23

Перед охотой

Бурелом — изящное иносказание. На самом деле этот замок должно было называться «Самая задница Долины». Он находится в северо-западном углу, уткнувшемся в Северный Хребет. Но там нет даже намёка на перевал, не то, что такого относительно проходимого, как Большой Забер, в вообще. Ни тебе троп, ни удобных пролазов. Где-то в тех местах с гор стекает множество речек, сливаясь в реку Во, но судоходной она становится гораздо ниже. Край скал, пологих гор и узких балок с ручьями. Равномерно далёкий от всех торговых путей.

Мы изрядно увеличили путь, спустившись на баржах до самого Тельтау. Навестили Эйрика Кровавую Секиру — и, как всегда, это было не просто весёлое пьянство, но и небольшая демонстрация силы: моим вассалам, их соседям — всем. Ещё пара лет, и я даже срать буду с политическим подтекстом.

Но причина, почему я так углубился на запад, была не только в этом. Мне нужно было проинспектировать Устье. И поговорить с Эйриком.

По прямой от замка Эйрика до Устья километров десять, может чуть больше. Но дорога извивалась, как змея, поэтому потратили мы на путь не меньше пары часов. Она вилась вокруг пологих холмов, не опускаясь к низинам, словно нарочно цепляясь за самые неудобные склоны — местные берегли каждую клочок, пригодный для пашни. Хотя «дорога» — это громко сказано. Следы телег едва начали складываться в колею. Похоже, моя кавалькада закрыла годовую норму трафика за день.

Хуторки, обнесённые обновлёнными стенами — сказывалась близость Башенной Реки, от которой время от времени приходили рейдеры, — редко разрастались больше, чем до десятка домов. А когда мы проезжали деревню, окружённую толстой, низкой каменной стеной, домов в сорок, Эйрик уверенно обозвал её «городом».

Растревоженный край встречал нас настороженными часовыми, сторожевыми башнями, пустыми дорогами и укрытыми за стенами козами.

— Вот же срань Императора, — сказал Эйрик, когда мы выехали из-за холма, засаженного репой, и перед нами открылся вид на Канал. И на Устье.

— Нет, — прогудел Сперат. — Это у него лицо такое.

Я хмыкнул. Впереди кипела стройка. Даже мне — человеку, видевшему, как возводят многоэтажные дома, и насмотревшемуся на сотни и тысячи людей, работавших на осушение Великой Топи рядом с Караэном, — зрелище показалось впечатляющим.

Сотни рабочих. Десятки строящихся и уже готовых домов. Укреплённые, замкоподобные башни у самого Канала, солидные каменные строения, амбары, уже вырытые широкие водные отводы с причалами — Устье уже занимало пару квадратных километров. Вот что делают деньги. Животворящие.

— Севаншаль, — сказал я, слегка очнувшись и торопясь завести нужный разговор, пока Эйрик ещё в прострации. — Сможешь удержать его?

Честно говоря, его права на замок Севаншаль довольно… спорны. Но Ресиниан Крушитель завладел им тоже не вполне по закону, а я убил Ресиниана. Теоретически, это давало мне возможность заявить на него права собственности. По праву меча. Практически — есть некоторые нюансы. Да и возни многовато.

Но Севаншаль был слишком хорош. Один капитальный каменный мост видно прямо со стен, два других — в пределах дневного пешего перехода. Сухопутный путь в Регентство он контролировал ничуть не хуже, чем Балдгар. При это был куда ближе к Караэну. Нужно было только посадить туда своего… Не человека. Преданный вассальный род.

— Ха. Да я со своими сыновьями могу удержать его хоть от тысячи человек. Вот только в нём сидят родственнички Ресиниана. Его мать, и её родня с того берега. Самому наследнику Крушителя нет и десяти лет, — пробормотал Эйрик, продолжая смотреть на Устье. Потом он нахмурился и взглянул на меня: — К чему этот вопрос, сеньор Магн?

— Хочу вознаградить твою семью за службу.

Он помрачнел. Он знал о предательстве Ланса. И наверняка сейчас вспомнил о нём. А я — о смерти его другого сына.

— Я бы хотел, чтобы Лучано был вознаграждён достойно. Пусть и не сам лично — но его семья, — сказал я. — Я ведь так и не отблагодарил тебя. Просто ждал, когда появится достойный подарок.

Эйрик отвернулся. На секунду его бородатое лицо, всегда весёлое и задиристое, стало вдруг тяжёлым, потемневшим. Но он стряхнул это с себя, оскалился и посмотрел мне в лицо, явно намереваясь уйти от разговора с помощью шутки. Я не дал ему шанса.