Сделка с врагом. Ответ на измену (СИ) - Беж Рина - Страница 72

— На горных склонах катались. В пешие экскурсии ходили. В Инсбруке достопримечательностями любовались, — перечисляю увиденное на фотографиях Инны.

— Чего мы делали?

Голос Самкова из удивленного становится серьезно-вопросительным. Понимаю, что по ходу ляпнула лишнего. Впрочем…

— Разве не так?

— Арин, не знаю, какая синичка принесла тебе на хвосте эту хрень, но мы с Русом все пять дней с утра до позднего вечера мерялись писю... знаниями с нашими новыми компаньонами. А как только их продавили на подписание договора, так сразу ломанулись домой.

Молчу. Сказать нечего, зато Михаил, как истинный юрист, вцепляется в мои слова зубами, пытаясь докопаться до истины.

— Только не говори, что тебе Рус такую фигню ляпнул. Не поверю. Потому что, если для него это был отдых, то ему голову на наличие мозга стоит проверить.

— Нет, он не говорил, — сдаю себя с потрохами. Уже немного зная этого дотошного человека, понимаю — не отстанет, пока не дороется до сути. — Видела сторис у твоей Инны.

— Аааа, ну, ясно тогда, — выдает снова усмехаясь, — это девочки с детьми гуляли, но не мы. Ты ошиблась.

— Угу, бывает, — заминаю тему и переключаю адвоката на то, о чем с ним и надо разговаривать. - Что с ЗАГСом? Мне туда нужно будет просто с паспортом подъехать?

— Верно. Я сейчас им выписку из постановления закину и госпошлину оплачу, а они свидетельство подготовят. Как будет готово, маякну тебе и адрес скину. Подъедешь и заберешь уже сама, заодно штамп в паспорте поставишь.

— Спасибо.

— Да было бы за что.

Распрощавшись с Самковым, раздумываю, звонить ли Руслану.

Ясно одно: мне ничего толком не ясно по поводу его и той блондинки. И разрешить этот вопрос возможно, только поговорив с мужчиной. Лучше — не по телефону, а при встрече. И не в спешке.

А значит... точно не сейчас, так как уже пора ехать в Стрельну, где через несколько часов наступит настоящая жара.

Прежде чем успеваю отложить гаджет, получаю сообщение от Михаила, он присылает сканкопию выписки о разводе. Недолго думая, ее-то и отправляю Руслану.

Вроде как, и обещание сдержала, и на сложный разговор не нарвалась.

Аукцион.

В том, что он будет масштабным, я не ошибаюсь ни на грамм.

В том, что это станет главным событием месяца — не догадываюсь, пока не вижу всех тех, кто появляется на ковровой дорожке: губернатор и его свита, бизнесмены, политики, представители богемы и те, кто привык находиться в тени, но сегодня сделал исключение.

— Мы приглашали наше региональное телевидение, но там и бригады с федеральных каналов присутствуют, — выливает Вера.

Девушка вбегает в выделенный нам для подготовки кабинет, хлопая в ладоши и повизгивая от волнения и переизбытка чувств.

Я сама, чтобы не хлопнуться в обморок и сохранить хладнокровие, несколько минут назад приняла двойную дозу успокоительного. Еще бы. Мало того, что являюсь главным организатором всего этого мероприятия, так еще и на сцену предстоит через каких-то двадцать минут выйти, чтобы открыть аукцион.

Норкина же, коза, час назад проинформировала, что с нее будет достаточно короткой речи, а дальше она станет украшать собою вечер, а вся ответственность таки останется на моих плечах.

Спорить не стала, но выводы сделала.

Ничего, справлюсь. И из более сложных заморочек выбиралась.

— .. Помогая друг другу мы чувствуем внутри себя тепло, которое не может сравниться больше ни с чем. Мы ощущаем радость, потому что сделали этот мир чуточку добрее и счастливее. Ведь в нашем огромном и порой жестоком мире, мы можем дать шанс ребёнку обрести здоровое детство. Справиться в одиночку бывает просто невозможно. Вместе это легко! Я благодарю всех и каждого, кто неравнодушен и вместе с нашим фондом делает жизненно важное дело.

Пока я произношу речь, на установленном сбоку экране транслируется разработанный по случаю видеоролик с нашими уже здоровыми пациентами.

Наблюдая за лицами присутствующих, в очередной раз убеждаюсь, что наглядная картинка намного глубже проникает в сердца, чем слова, и без громких призывов напоминает, зачем мы все собрались.

— Отдельную благодарность я хочу выразить Сергею Владимировичу Зотову и Руслану Германовичу Арбатову, тем щедрым людям, мужчинам, бизнесменам, кто не только откликнулся на предложение фонда поучаствовать в благом деле, но и создал все условия для нашего с вами комфортного и плодотворного вечера.

Спасибо.

Нахожу глазами бывшего свекра и киваю, ловя его улыбку. Я рада, что он не только помог организовать это мероприятие, но и пришел поддержать. Каким бы строгим, жестоким или безжалостным дельцом он не был с другими, я видела перед собой только замечательного человека с добрым сердцем.

После сосредотачиваю внимание на Руслане. Его нельзя не заметить. Он яркий. Он особенный. Он всегда выбивается из толпы своей удивительной харизмой, мужественностью и самодостаточностью. Да, он сложный, но безумно притягательный, пусть мое мнение и предвзято.

— Спасибо, — произношу ему одними губами, с удовольствием ловя ответную улыбку.

Именно ее. Не оскал.

Отодвигаю все свои переживания на задний план и с удовольствием принимаю протянутую ладонь мужчины, который спокойно встает со своего места и под прицелами не менее двух сотен глаз подходить к сцене, чтобы помочь мне спуститься.

Ведущая уже занимает моё место, приветствует высокопоставленных лиц, не забывая каждого из них обласкать вниманием, я же иду вслед за Русланом и с безмолвным стоном опускаюсь на кресло.

Сил никаких.

— Ты была необыкновенно прекрасна. А твое умение говорить важные вещи простыми словами, уверен, покорило в зале каждого. Умница, — теплое дыхание касается щеки, когда Арбатов склоняется к самому уху. — Не сомневаюсь, на аукционе будет ажиотаж

— Очень на это надеюсь, — хмыкаю, на секунду прислоняясь виском к сильному плечу. — Такое зверское напряжение, какое я словила, пока стояла на сцене, должно быть оправданно.

Сама тянусь к руке Руслана и сжимаю ее, теплую и сухую, в отличие от моей ледяной и влажной. Он не возражает, и я выдыхаю. Глубоко в душе немного нервничаю после закаченного ему скандала.

— Нам нужно будет поговорить, — тихо произносит Руслан, чтобы никому не мешать слушать выступающего на сцене губернатора.

В который раз поражаюсь его умению читать мысли.

— Поговорим, — обещаю так же негромко. — Только давай завтра, у меня как раз будет выходной. Сегодня я слишком перенервничала.

— Договорились.

Ощущаю, как теплые губы на пару мгновений прикасаются к моему виску, и с блаженством прикрываю глаза.

Аукцион.

Он оказывается очень и очень продолжительным, а суммы, которые выкладывают участники за ту или иную вещь, выставленную лотом, порой шокируют количеством нулей. Но всё рано или поздно заканчивается.

Проходят и торги. Завершается и организованный после него фуршет с выступлением популярной кавер-группы.

— Ты как? — интересуется Арбатов почти в полночь, когда, проводив последних гостей, я возвращаюсь к нему.

— Как выжатый лимон, — пытаюсь улыбаться, но даже это уже сложно.

Болят щеки.

— Поехали домой? — предлагает мужчина, и я с радостью киваю.

Наплевав на все нормы и правила, в машине скидываю туфли-убийцы, и с блаженством разминаю пальчики. Руслан только хмыкает, но не комментирует.

Темные спальные улицы сменяются центральными проспектами с ярким освещением. От слепящих глаза фонарей в какой-то момент прикрываю глаза.

Всего на минутку. Потому что до дома на Фонтанке остается всего-ничего.

И засыпаю.

Просыпаюсь, когда, приобняв, меня аккуратно подхватывают на руки.

— Что?

— Тш-ш-ш, спи, — произносит кто-то голосом Арбатова. — Всё хорошо.

— Спасибо, — сама не знаю, за что благодарю.

Точно помню, как кладу голову на его такое надежное плечо, а дальше всё... сон до утра.