Сделка с врагом. Ответ на измену (СИ) - Беж Рина - Страница 59

— Тебя это волнует или задевает? — Руслан как обычно зрит в корень, улавливая скрытый сарказм.

— Беспокоит, — откладываю вилку и тянусь за салфеткой.

Мы ужинаем в ресторане, куда меня привозит сам «любовник», забрав вечером с работы.

Радует, что в этот раз он выбирает не кричащее роскошью заведение, а маленькое, уютное местечко. Тихое, спокойное, но с удивительно вкусной кухней и ненавязчивым обслуживанием.

— Беспокоит? Что именно?

Руслан опускает приборы на тарелку, отпивает глоток воды из стакана и откидывается на спинку дивана, собираясь внимательно меня слушать.

— Я бессовестно эксплуатирую твою фамилию, — признаюсь со вздохом, а после загибаю пальцы, перечисляя другие прегрешения. — К тому же столько, сколько ты вкладываешь, вновь мне помогая, это огромные деньги. И помещение... и банкет, и обслуживание... и уборка... и эксплуатация Эльзы... и прочие хлопоты.

— А если это приятные хлопоты?

Усмехается, нисколько не проникаясь моими тревогами. Щелкает пальцами, подзывая официанта и заказывает мне яблочный штрудель и большую чашку капучино, а себе черный кофе и всё.

— Приятные? — переспрашиваю недоверчиво, когда вновь остаемся вдвоем. — Ты шутишь? Я чувствую себя наглой рыбой-прилипалой, Руслан. А ты еще и подписание договора о передаче тебе прав на коллекцию автомобилей откладываешь.

— Хочешь от меня поскорее отделаться? — прищуривается, чуть подаваясь вперед.

Замираю.

Отделаться?

— Нет! Нет! я... - шумно выдыхаю, потирая переносицу. — Боюсь, я с тобой за целую жизнь не рассчитаюсь. Столько раз уже помог и снова продолжаешь помогать... а теперь еще ремонт в квартире оплачиваешь.

— Потому что там погром, Арина. Жить в руинах невозможно.

Киваю и в расстройстве прикусываю губу.

Да, в первый момент, когда вошла в бывшую дядину квартиру, ужаснулась.

Разломанная мебель, оборванные с мясом карнизы, раскиданные по полу вещи содранные со стен обои и всюду грязь, словно стадо бизонов топталось.

Господи, они даже бачок от унитаза умудрились расколоть. Наверное, наркотики и там для вида искали.

Одним словом, хаос. Полнейший.

Мое желание съехать от Арбатова и создать между нами дистанцию потерпело полное фиаско пять дней назад. А он как будто даже не расстроился. И вместо косметического ремонта затеял какой-то грандиозный.

Несколько раз нервно дергаю за кончик косы и качаю головой.

— Руслан, пойми, я не могу постоянно жить у тебя и мешаться. Это неправильно. Ты взрослый мужчина, у которого есть потребности и желания... — заминаюсь, разглядывая руки, — в общем, мне кажется, что будет лучше, если я перееду в гостиницу и не буду тебя ограничивать.

Озвучив гениальную в своем понимании идею, вскидываю взгляд и замираю.

— Арин, вот уж не думал, что в твоей красивой голове звездец, какие большие тараканы, — Арбатов подается вперед. Четко ощущаю, как он злится. — Считаешь, что я — похотливый кобель и не смогу держать себя в руках еще девять дней? А может, в себе сомневаешься?

— Я... нет... погоди, — прикладываю ладони к горящим щекам, жалея, что начала разговор в неправильном месте в неправильное время... и вообще его завела, —девять дней... ты так про них говоришь, будто, как только я получу свидетельство о разводе, то в тот же день.

— Договаривай.

— Руслан.

— Что Руслан? Закину на плечо, унесу в пещеру и присвою... много раз? —усмехается.

— А если так?

Мамочки, вот это откровения. И почему мне кажется, что его шутки — это не шутки?

— Не если... а так и будет, красивая. Я тебя хочу, Арина. Это не новость. И да, как

только пройдут эти самые девять дней, меня ничто не остановит. Так что готовься, моя хорошая, никуда от меня не денешься.

— Звучит, как угроза, — но вместо того, чтобы продолжать заикаться, усмехаюсь. —Господи, какой же ты:

— Пошлый? — подсказывает, почесывая языком клык.

— Прямолинейный.

— А разве я тебе не за это нравлюсь?

И за это тоже, но отвечать не тороплюсь. Вглядываюсь в темные самодовольные глаза и интересуюсь.

— Руслан, а ты не боишься разочароваться?

— В чём?

— В том, что придумал в своей голове совершенно неправильный образ. Что ждешь в постели фейерверка и страсти, а в итоге получишь унылое бревно.

— А ты в постели... бревно?

Зараза! Он так проникновенно смотрит, когда подначивает, что останавливается дыхание. Взгляд глаза в глаза длится с минуту, за которую несколько раз открываю и закрываю рот, так и не понимая, что всё же хочу сказать.

Засмеяться или послать с голым задом в пустыню.

Вот реально человек без тормозов, который готов всегда и везде обсуждать любую тему. Без стоп-листа, без комплексов, без реверансов, без увиливаний.

— Ариш, давай же, девочка, удиви мыслями, — ехидничает, не скрывая чертей, пляшущих румбу в графитовых омутах.

— Знаешь, Руслан, — нервно сглатываю и, пока не передумала, выпаливаю, — все зависит от ситуации в целом и от того, кто находится рядом. Любой человек, даже самый активный в сексе, в определенный момент времени может лежать в кровати поленом и не подавать признаков жизни. А уже через день или два преподавать, группе адептов Камасутру, наяривая, как в последний раз в жизни.

Тишина после моих слов длится недолго. А дальше случается невероятное. Руслан хохочет! Запрокидывает голову и ржет в голос.

Еще недавно я была уверена, что он улыбаться-то толком не умеет. Только кривит свои отвратительные усмешки и лишь очень дозировано выдает искренность.

Сейчас она у него зашкаливает, а я не могу насмотреться.

Невероятное перевоплощение. Запредельное по адреналину.

— Арина, ты — просто нечто, — произносит мужчина, чуть успокаиваясь и прикрывая кулаком губы. — Не знаю, расстрою тебя или обрадую, милая, но можно быть унылым бревном, однако, самым лучшим и прекрасным событием в чьей-то жизни, а можно сексуальной кошечкой, которую забывают уже через десять минут.

51.

— В три у нас гости. Ты успеешь вернуться? — уточняет Руслан за завтраком в субботу.

Он, как истинный жаворонок, отвратительно бодр и свеж после пробежки и душа. Я же, совсем недавно разлепившая глаза, чувствую себя медленно моргающей совой.

Десять утра. Неудивительно.

Для выходного дня по моим меркам — это относительно рано. И я бы с удовольствием еще повалялась в кровати часик или два, но вчера обещала Альбине Скворцовой навестить в клинике Катюшку, а позже договорилась о встрече с Ольгой Павловной Стрельцовой у Паши Ромашкина.

— Должна успеть, — прикрываю зевок ладонью и тянусь за сыром, чтобы сделать бутерброд.

— Я буду ждать, — обещает Арбатов, с довольной миной наблюдая за моими попытками пробудиться за счет кофе. - Может, всё же займешься со мной утренними пробежками? И утро станет не таким унылым.

Играет бровями.

Этот вопрос он задает мне уже не в первый раз, но, как и прежде, получает однозначный отказ.

— Нет уж, спасибо. Я пас, — открещиваюсь от щедрого предложения. — И зимой холодные обливания предлагать тоже не стоит.

Про зиму добавляю без задней мысли, просто к слову приходится. Зато Руслан не пропускает мимо.

— Мне нравится, что ты уже строишь планы нашего совместного будущего.

Подкалывает, наблюдая.

— Я не строю, тебе показалось, — прячу глаза в чашке ароматного напитка.

Всё-таки проснуться получается. С Арбатовым мой язык зачастую становится моим врагом. То и дело норовит ляпнуть какую-то... несуразицу.

— Да? Жаль, — ухмыляется мужчина, явно нисколько ни о чем не жалея, — тогда можешь уже приступать и планировать, — благословляет с барского плеча.

Ловлю беззаботную улыбку, которую он так редко показывает на людях, и отваживаюсь на вопрос, давно мелькающий в голове.

— Руслан, а ты меня после сделки отпустишь?