Мухобойка для дракона (СИ) - Шмидт Елена - Страница 2

Кошка впечатлилась и, отскочив, принялась как ни в чём не бывало вылизываться. А Любомире пришлось затаскивать раненого в дом и устраивать на лавку.

«Если он выживет, — решила она, — выставлю ему счёт. Огромный счёт, чтобы следующий раз думал — лежать под моей корягой или нет».

Она прекрасно понимала, что ничего подобного не сделает, но погрозиться хотелось. «Как только он немного поправится и сможет ходить, — решила она, — я его усыплю, и сохатый увезёт его отсюда прочь. Причём так далеко, чтобы он никогда меня не нашёл».

Она обработала рану, стараясь не смотреть, куда не надо. Но взгляд, словно приклеенный возвращался туда. «Это какое-то наваждение!» — злилась она на себя. И хотя там уже лежало полотенце, всё равно, не помогало. И тогда она решила, что незнакомца надо хоть во что-то одеть. Порывшись в комоде, где помимо её вещей были ещё и вещи живущей здесь до неё старой ведуньи, Любомира нашла рейтузы. Бабуся была не тоненькая, и, потянув их из стороны в сторону, Любомира решила, что они вполне сгодятся.

Через несколько минут незнакомый ей дрок оказался одетым. Теперь при взгляде, куда не надо, у неё появлялась улыбка на губах. Застиранный хлопок с кружевом украсил длинные волосатые ноги как нельзя лучше. Можно было любоваться не переставая.

Немного погодя она заварила целебные травы и сделала настой. Смочила им ткань и приложила компресс на рану. Теперь каждый час надо менять повязку, чтобы не было нагноения. «И как он ещё жив остался после такого?» — удивлялась она про себя, вливая ему ложечкой в рот живительное зелье, что варила на продажу.

* * *

Раз в месяц Любомира спускалась ранним утром в деревню. Шла туда обычно всю ночь или подъезжала на сохатом. В магической лавке отдавала старому Чароду свои зелья и травы, а взамен забирала нужный ей товар, который старый ведьмак для неё покупал.

Их дружба началась несколько лет назад, когда она помогла ему отбиться от огромного медведя-шатуна. Ведьмак был уже в том почтенном возрасте, когда магические силы затухают в теле. Вот сразу и не справился с разъярённым от голода шатуном. Любомира отправила косолапого восвояси и уложила спать.

Именно в эту деревню она и намеревалась отправить дрока. Найдёт там штаны и отправится по своим делам. Его дальнейшая судьба фрею мало волновала. Главное, чтобы он покинул её лес.

* * *

Она старалась не рассматривать дрока. Тело и тело. Таких по свету немерено и если она на каждое будет таращиться, то у неё времени на всё другое не останется. Её дело вылечить, раз богиня Перуная через рысь передала свой наказ, и отправить незнакомца как можно дальше.

Но с каждым часом игнорировать мужчину становилось всё сложнее. И чёткий мужественный профиль, и чувственные губы, несмотря на грозно сведённые чёрные брови, что даже в бессознательном состоянии он хмурил, и светлые волнистые волосы, и по-девчачьи длинные тёмные ресницы не давали покоя. А плечи и мышцы, что перекатывались под кожей, когда она всё же решилась зашить рваные края раны? Да на это всё можно было глазеть часами.

Обрабатывая в очередной раз глубокий порез, Любомира поймала себя на мысли, что хочется пройтись влажной тканью по мужской груди и животу, и от этого становилось жарко внутри, напрягалась грудь и щёки вспыхивали краской.

Она себя обзывала неприличными словами и принималась что-нибудь делать, лишь бы не думать и не смотреть на него. А здесь ещё и ночи навалились. Сны с неизвестно откуда взявшимися в голове картинками со страстными поцелуями, блуждающими по телу руками и обещаниями любви. Любомира просыпалась в испарине и долго лежала с открытыми глазами, ощущая, как тело сотрясает мелкая дрожь. А это уже никуда не годилось!

Теперь она с нетерпением ждала, когда дрок придёт в себя. Пора было выпроваживать этого смутителя покоя.

— Берунья, — разговаривала она с рысью, которая, как обычно, следила за всеми её движениями яркими жёлтыми глазами, — вот с чего ты решила, что его надо спасать? Может, надо было его оставить под той корягой? Отлежался бы и ушёл. Раз сразу от такой раны не помер, то не помер бы и потом. Судя по всему, его организм умеет восстанавливать себя. Как? — она усмехнулась. — Да как ящерица, что отращивает себе хвост. Ты мне расскажешь, кто такие дроки?

Наглая кошка всем своим видом продемонстрировала Любомире, что не намерена это делать, и убралась на улицу.

— Предательница, — прошептала фрея вслед ушастой подруге. — Скорей бы ты уже встал на ноги и убрался отсюда! — в сердцах высказала она лежащему мужчине. — Сил моих нет на тебя смотреть!

Забрав миску с настоем трав, девушка отошла от раненого. И принялась заниматься своими делами. Ей необходимо было разобрать очередную партию трав, что она принесла сегодня, когда ходила за водой, да испечь хлеб. Когда она собралась поставить тесто, случилось то, что Любомира так ждала.

— Ты кто? — раздался сзади хриплый голос.

От неожиданности она задела миску с мукой, и та с грохотом упала на пол. Фрея обернулась и наткнулась на холодный оценивающий взгляд. Синие глаза буквально сверлили ей. И не было там и намёка на благодарность. Очень захотелось нахамить в ответ, но она сдержалась.

— Как хорошо, что вы пришли в себя, — Любомира постаралась выдавить из себя улыбку, но поняла, что лишь растянула губы. — Значит, всё самое страшное позади.

— Ты кто? — снова задал он вопрос. — Я должен знать, где я?

— Неважно, — буркнула она. — Когда вам станет легче, вы уйдёте.

— Мне уже хорошо, — заявил этот ненормальный и откинул простынь, собираясь встать. — Что это? — уставился он на рейтузы моей предшественницы.

— Когда я вас нашла, вы были слегка не одеты, пришлось импровизировать, — пожала она плечами. — Если вам не нравится, можете их снять.

— Мне нужны штаны! — приказал этот хам.

— Ничем не могу помочь, — усмехнулась Любомира. — У меня нет ваших штанов. Так что вы или ходите в этом, или щеголяете нагишом. Выбирайте!

— Купите! — заявил этот наглец.

— Лавки не работают, — усмехнулась она. — Да у меня и денег нет.

— Я дам. Дьявол! Одолжите мне денег! Я вам всё верну в двойном размере. — Заметив её ухмылку, он решил увеличить вознаграждение. — В тройном.

Он резко дёрнулся, пытаясь встать, и со стоном свалился на лавку.

— Я бы на вашем месте пока не вставала, — посоветовала фрея. — У вас ещё рана не затянулась, хотя я и попыталась стянуть края. Кто это вас так?

— Не ваше дело, — буркнул он. — Сколько мне ещё валяться?

— Если честно, я бы вас уже сейчас выпроводила, — созналась Любомира, стараясь не обращать внимания на синие мужские глаза. — Вы мне тоже здесь мешаете.

— А вы колючка, — усмехнулся он. — Ты кто?

Он перепрыгивал с «ты» на «вы» и, судя по всему, никак не мог определиться, как её называть.

— Не ваше дело, — ответила ему Любомира его же фразой и отвернулась.

«Ну вот, из-за него часть рассыпанной муки теперь придётся отдавать Маньке», — расстроено подумала она. Любомира принялась собирать рассыпанный продукт, ругаясь про себя.

— Где вы меня нашли? — не унимался незваный гость, который, очевидно, решил помотать ей нервы.

— Вы валялись под упавшим деревом, — буркнула она, всё ещё злясь на него из-за муки. — Я бы не расстроилась, если бы прошла мимо, но вы умудрились выставить свою ногу. — Вы есть будете?

— А что есть?

— Хлеб и молоко.

— Я бы поел мяса.

— В моём доме его не бывает, — заявила Любомира.

— А купить? — Фрея повернулась и уставилась на него. Он что, уже забыл, о чём они говорили? — А-а-а… Забыл! У вас же нет денег. А вы работать не пробовали?

— Мне отвечать, или сами догадаетесь, что я хочу вам сказать? — прищурилась она.

У неё сейчас сильно зудели ладошки, требуя, чтобы она взяла сковороду и огрела его по бестолковой голове.

— Уже догадался. Давайте сюда ваш хлеб и молоко.

— Пожалуйста, — поправила его Любомира. — Воспитанные люди говорят: пожалуйста.