Мухобойка для дракона (СИ) - Шмидт Елена - Страница 13

* * *

— Ну и что там? — Встретил меня вопросом дрок.

— Ещё один мужчина с подобным ранением.

— Дьявол дери эту сакурату! — вскричал на эмоциях лин Стин.

Я замерла от неожиданности. Получается, он был в курсе, с кем встретился Люк.

— Стоп! — вскинула я руку, предлагая дроку замолчать. — Сакурата? Так вы знаете, что это за тварь! Что же вы раньше не сказали, я же спрашивала!

— Да потому что вам не следовало про это знать! — выпалил дрок. На скулах заиграли желваки, глаза опасно потемнели, становясь почти чёрными. Он явно психовал. — Что толку, что я скажу? Вам это всё равно ничего не даст.

— То есть мы всё это время бегаем здесь, теряя время, хотя вы знаете, что помочь нельзя? Так, получается? Да вы в своём уме, лин Стин! И вы ещё называли меня ненормальной. Сами вы знаете кто?

— Дрок! — вскинул он голову, расправил плечи и высокомерно взглянул на меня.

— Осёл! — поправила я его. — Обыкновенный.

— Попридержите язык, таная Даяна! — прошипел он.

— А то что? Броситесь меня убивать? Или развернётесь и уйдёте? Ну так идите, плакать не буду.

Я прекрасно видела насколько дрок зол. Он судорожно сжимал и разжимал кулаки. Кажется, я даже знаю, что он в это время думал, но меня это мало волновало. «Вот и пусть злится, — решила я, выдерживая гневный взгляд, которым меня пытались испепелить. — Может добавиться ума, и следующий раз дрок не будет скрывать от целителей столь ценную информацию».

Лин Стин с минуту разглядывал меня словно комара, посмевшего его укусить, а потом развернул коня и пустил его в галоп, удаляясь по дороге всё дальше. Я сжала кулаки. Отчего-то захотелось заплакать. Сразу ощутила себя маленькой девочкой, у которой отобрали котёнка. Может, поэтому я и подобрала крошечного тойчика, когда нашла его в густой лесной траве. Меня тогда даже не испугала вонь, с помощью которой он защищался от моих рук.

Мой жеребец слегка взбрыкнул, намереваясь помчаться следом. Я натянула поводья, бросая последний взгляд на удалявшегося дрока. «Ну что же, это его выбор. Я следом не помчусь». Развернула своего скакуна и направила к своему дому, намереваясь завтра вернуть коня владельцам. Но только завтра, чтобы меня случайно не выдали замуж за этого… Приличных слов в адрес несносного лина в моей голове не находилось.

Я собиралась переодеться и наведаться в академию Ленд-Дрока. Раз уж мне не удалось помочь Люку, то, возможно, я смогу помочь второму раненому мужчине? Надо было узнать, что за тварь эта сакурата и где её искать.

* * *

— Ох, Даянка! — вылетела на крыльцо баба Дуля, едва я подъехала и спешилась. Я никак не могла понять: как она так быстро узнавала, что кто-то подходит к калитке? — А чой так рано? Так быстро разобралась с этим хрубияном? Правильно сделала! Слухай, а ты как того… энтого… в общем, уехала, к нам есчо мужик приходил, усё про тебя толковал: чё ты, хде ты, хто к тебе ходит? Я так покумекала и решила, что на тебя нонче спрос вырос. Это хто был-то?

— Да я откуда знаю? — устало вздохнула я. — Может, кому-то целительница была нужна, и они искали подходящую?

— Да? — за мгновение задумалась баба Дуля. — А я-то кумекаю, глянь, кака деваха Даянка. Пигалица, а мужики так и шустрят вокруг.

— Баба Дуля, ну какая я вам пигалица? Вы вот мне едва до плеча достаёте.

— Так то ты дылда, — протянула баба Дуля, мгновенно меняя обо мне мнение. — Я-то по молодости, почитай, повыше тебя была. Эт меня сейчас к земле тянет. А тогда охо-хо кака девица… Грудь во… Бёдра во… Ммм… закачаешься.

Пока баба Дуля мечтательно закатывала глаза, вспоминая былые времена, я проскользнула мимо неё и бросилась к дому, а то придётся так до вечера слушать истории про её прежнюю жизнь.

Зашла, погладила тойкающего той-гаюна, вымыла руки, потому что это уже вошло в привычку. В гардеробе долго рыться не пришлось. У меня там висело четыре платья: парадно-выходное с оборочками, домашнее, оно же запасное, рабочее и из серии «вдруг куда-нибудь надо сходить в приличное место».

Вот последнее я и достала. Тёмно-синий наряд был с длинным рукавом, отчего я слегка поморщилась, поскольку на улице стояла полуденная жара. Но ткань была неплотная, а потому я решила, что солнечного удара со мной не случится. Сто раз зарекалась сходить до лавки готового платья, чтобы прикупить что-нибудь лёгкое, но всё не могла выделить время.

Не успела я переодеться, как в дверь требовательно застучали. Я решила, что это пришёл посетитель, который недавно наводил справки у бабы Дули. Такое не раз бывало. Но я ошиблась. За дверью стоял дрок. Тойчик, фыркнув, унёсся под прилавок. Я выгнула бровь, ожидая, что лин Стин мне скажет.

— Я пришёл извиниться, — буркнул он, смотря куда-то мимо меня. — Разрешите войти?

— Вы хотите извиниться перед Тойчиком? — поинтересовалась я.

— Что? — недоумённо уставился на меня Алан. — Кто такой Тойчик?

— Это тот, кого вы обозвали отродьем, — напомнила я. — Вы же его сейчас пытались увидеть за моей спиной? Если что, он под прилавком.

— Издеваетесь? — дрок шагнул в лавку. Что-то в его лице меня насторожило. Я сделала шаг назад, потом второй. Сердце затрепетало в груди подстреленной птицей. — Сколько можно? — прошипел он, стремительно сокращая расстояние между нами.

— Сколько можно, что? — пролепетала я, пятясь назад, пока не почувствовала спиной прилавок. Внезапно я испугалась того, что моё тело проделывало со мной, заставляя всё внутри вибрировать в предвкушении чего-то неизвестного. Мужчина рванул вперёд и впечатал меня в деревянную поверхность.

— Что вы творите, лин Стин? Немедленно отойдите, — едва выговорила я внезапно пересохшими губами. Шевелиться сил не было, как и сопротивляться, хотя я чувствовала насколько напряжённо его тело. И даже там, где не надо. Вот это «не надо» сейчас и пугало меня до дрожи.

Ноздри породистого носа раздувались. Дыхание было тяжёлым, а я не могла отвести взгляда от его глаз, которые буквально завораживали. В чёрных зрачках я внезапно увидела огни ночного неба. Не знаю, как это объяснить, но я будто провалилась в темноту, где властвуют звёзды.

Тьма поглотила меня, и я внезапно почувствовала себя почти счастливой. Трудно сказать, сколько бы мы так простояли, испортила всё, как всегда, баба Дуля.

— А чавось вы тут делаете? — длинный нос соседки нарисовался в проёме. — А я гляданула, дверь нарастопырку, а никогось поблизости нет. Ай, думаю, Даянка опять ушла, а лавку не прикрыла.

Дрок отпрянул, а по помещению поплыл тошнотворный гнилостный запах.

— Опять! — мужчина отскочил от меня, не очень вежливо сдвинул любопытную старушку в сторону и вылетел из лавки.

— Даянка, а чо энтот псих опять приходил? — любопытный нос проводил дрока. — Тьфу, опять твоя вонючка раздухарилась. Шоб его шваброй прибило! Ну как насмердит. Тьфу! Пакостная животина! Пожалуй, я отседа пойду, а то сковырнуться можно раньше сроку.

Соседка причитая скрылась из виду.

— Тойчик, прекрати! — прикрикнула я на своего питомца, как только нос бабы Дули исчез. — Она уже ушла.

Я никак не могла привести в порядок свои мысли. «Это что сейчас такое было? Это извинения по-дроковски? Или это желание подчинить меня? А что у него с глазами?» Последний вопрос не давал мне покоя. Такого я ещё не видела, чтобы в зрачках отражалось небо, которое могло поглотить сознание. Отойдя от прилавка, я подошла к столу с зельями и стала бесцельно перебирать пузырьки. Отчего-то было нестерпимо жаль, что он снова ушёл.

— Я не договорил, — вновь раздался голос мужчины, и я подскочила от неожиданности. Дрок второй раз за день вошёл в лавку. Только сейчас он закрыл за собой дверь и опустил щеколду. — Хочу всё же извиниться.

— Странный у вас способ извинения, — проговорила я, стараясь сдержать голос, чтобы не дрожал. «Да что со мной твориться⁈ — Внезапно мне захотелось скакать козой и хлопать в ладоши. — Похоже, я чокнулась от общения с дроками».

— Я не хотел, — поморщился он. — Сам не понял, что со мной произошло.