"Фантастика 2025-115". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Янковский Дмитрий Валентинович - Страница 351

– А я думал, что стрелять надо серебряными…

– Книжек надо меньше читать.

– Куда уж меньше. – вздохнул Терентьев.

Дворжек выбрал насадку для «Люгера», прихватил эфирный детектор и потянул следователя к выходу.

– Все, осмотр достопримечательностей окончен. Теперь нам на Васильевский остров. Восьмая линия, дом девяносто семь.

– А в девяносто шестом отделение милиции. Это один двор. – заметил Терентьев.

– У судьбы своеобразное чувство юмора. – усмехнулся Дворжек. – Надо спешить, а то Деня может ходить по улице только пока солнце за горизонтом. А без прикрытия нам не справиться.

Воздух вибрировал. Миллиарды капель превратились в миллиарды ударов, всколыхнувших, казалось, само основание мира. Гудели провода и опоры мостов, шпили, решетки, провисшие цепи. Перспектива пространства исчезла, сменившись клубящейся серостью, будто невидимый фотограф неумело выкрутил резкость.

Черная машина почти почти невидимая во тьме ночного ливня пронеслась по Исаакиевской площади и остановилась около дома рядом с собором. Игорь выскочил прикрываясь от ветра полой кожаной куртки, достал с заднего сиденья снайперскую винтовку, глянул на собор и, войдя в дверь, заспешил по лестнице.

Замок люка он сорвал почти без усилия, аккуратно поднял винтовку и влез на чердак. Дождь грохотал по крыше, кое-где просачивались тонкие струйки сливаясь по полу в лужицы.

Игорь легко подтянулся на одной руке и влез на крышу. Отсюда собор было видно отлично, даже не стоило особено выбирать позицию. Он поставил винтовку на сошку, включил инфракрасный прицел и лег, прильнув к окуляру. Девушка с флейтой отчетливо выделялась на фоне неба.

– Вот она, гадина! Сейчас я тебя утихомирю. Паршивка. – пробормотал лаборант.

На чердаке что-то грохнуло.

– Это еще что за черт. – насторожился Игорь, не отрываясь от уже наведенного прицела.

Палец потянул спусковой крючок.

И в ту же секунду кровельное железо под Игорем вздыбилось от страшного удара – через рванную дыру показалась рука и попробовала схватить за одежду. Грянул выстрел, но Игорь не был уверен, что попал точно в цель. Он увернулся от цепких пальцев, вскочил и выстрелили вниз. Грохот разлетелся по всей площади.

Но голос флейты пробивался даже сквозь рев ливня.

Следующий удар пробил крышу почти под ногами и сбил Игоря с ног, винтовка выпала из рук и заскользила к краю. Из огромной дыры в кровельном железе показалось ужасное белобрысое чудовище с перекошенным оскаленным лицом. Игорь выхватил пистолет и цели дважды выстрелил в вампира, вскочил на четвереньки и бросился к винтовке. Но вампира это не остановило. Не обращая внимания на пробитое плечо, Деня с места кинулся на противника. Игорь выстрелил через плечо, но промахнулся. Вампир, уже в падении, схватил его за руку, они прокатились по крыше рычащим комком и вместе с винтовкой рухнули вниз.

Удар об асфальт разнес голову Игоря в кровавое месиво, которое тут же подернулось ломкой корочкой льда. Бесплотная тварь скрючилась в ЭН-пространстве, терзаемая излучениями десятков людей, проснувшихся в доме и попробовала уйти в свою естественную реальность. Но ничего не вышло – ветер дробил отражения в лужах. Тварь металась в панике, обжигаясь о чуждую реальность.

Оставался единственный выход – войти в тело вампира, неподвижно распластанного рядом на асфальте. Тварь подползла ближе к искореженному страшным ударом Деннису и протянула все свои двеннадцать щупалец. Пока мозг восстанавливается после удара, нужно запустить естественные функции организма. Наполнить его силой пространства и жизнью. С живого тела захребетник свалится сам. Главное успеть, пока вампир не пришел в сознание.

Тварь впилась в энергетические каналы Дениса и начала вбивать в них собственную энергию, подкачивая ее из пространства. Началась ускоренная регенерация крови, затем запустилось сердце. С первыми ударами пульса захребетник съежился и отвалился. Теперь осталось только запустить дыхание.

Еще одна порция энергии дала импульс легким, и Деня закашлялся. Бесплотная тварь вытянула щупальца из каналов и собрала в узкий пучок их над макушкой, готовясь впрыгнуть в мозг. Но в эту секунду грохнули пистолетные выстрелы, и ее невидимое тело разорвали сразу две лептонные пули. С неслышимым для человеческого уха визгом студень бесплотной медузы разлетелся в мельчайшие клочки, оставив на асфальте блестящую корку льда.

Дворжек опустил пистолет и снял эфирный детектор.

– Я же говорил, что стреляют. – повернулся он к следователю. – Выстрелы от грозы я еще в состоянии отличить.

Он осмотрел машину и изуродованное тело Игоря.

– Тачку можно считать трофейной.

– Мародерство чистейшей воды. – вздохнул Терентьев. – А труп на что спишем?

– Киллер. Падение с крыши. Но зачем тебе с ним ковыряться? Дай другим тоже медаль получить.

Денис снова закашлялся и с трудом поднял голову, взошедшее солнце отразилось в глазах.

Дворжек со следователем осторожно подняли его и понесли к машине

– Захребетник отвалился раньше, чем закончилась регенерация. – вздохнул Сергей, укладывая бывшего вампира на заднее сиденье. – Пара ребер не успела срастись.

– Фигня. – прошептал Деня. – Зато у меня сердце бьется.

– Я же говорил, что если очень захотеть, все желания исполняются. – усмехнулся Дворжек.

– Жить-то будет? – осторожно спросил следователь.

– Куда он денется. – Дворжек с тревогой взглянул на крышу Исакия.

Фели по-прежнему не выпускала дудочку из рук. Но теперь она не стояла, а сидела. Тревога шевельнулась в сердце Дворжека, но он отогнал ее – голос флейты был сильным и упругим.

– Поехали! – скомандовал Дворжек и первым прыгнул в трофейную машину.

Флюгер на крыше, – вырезанный из черной жести флейтист, – повернулся в сторону еще невидимого солнца. Оттуда надвигалась другая стихия, другая сила, не менее мощная. Река и ветер столкнулись на границе залива. Нева недовольно вздыбилась, но ветер порвал волны в пену. Напрягся, окреп. Вода судорожно дернулась рябью и замерла. Замерло течение и замерли волны. Воздух колотило от напряжения схватки. Даже гром не посмел вмешаться.

5.

– Здесь есть заезд с другой стороны. – подсказал Терентьев. – Лично я бы не советовал останавливаться прямо возле милиции.

Дворжек кивнул и повернул руль, загоняя машину во двор, а когда колеса подпрыгнули на бордюре, Деня ойкнул и прошипел что-то невнятное.

– Блин, у вас водка еще осталась? – чуть громче повторил он.

– Бросили. Не таскать же ее с собой. – пожал плечами Терентьев.

– Очень жалко. – вздохнул Деня и поморщился от боли в ребрах. – До чего же больно… Я как-то уже отвык от таких повреждений. Жить-то оказывается больно.

Машина остановилась, приткнувшись радиатором почти к самой стене. Следователь перегнулся через сиденье и достал сзади аптечку.

– На, здесь хорошее обезболивающее. – он протянул упаковку Денису.

– Подожди тут. – добавил Дворжек. – Ты уже выполнил свою норму по подвигам.

Он отдал Дене его «Люгер», сунул подмышку эфирный детектор и тоже вышел во двор.

Ветер бушевал, шумел деревьями и грохотал крышами, все кружилось, свистело, дрожало, в лужах вообще ничего не отражалось. Тучи с огромной скоростью летели по небу, не теряя клубящейся плотности.

– Инна с флейтой сделала за нас больше половины работы. – Дворжек довольно глянул в сторону Исакия.

Но за домами собора не было видно.

Они с Терентьевым обошли дом с торца и попробовали открыть дверь, но она оказалась заперта.

– Тяжелая… – Дворжек прикинул возможность взлома.

– И милиция рядом. – напомнил следователь. – Но с задней сторонны я видел лестницу, можно с нее попробовать влезть в окно.

Они вернулись во двор и загрохотали ногами по лестнице, дождь шел все сильней и сильней, а ветер, казалось, начал слабеть.

– Мне кажется, или действительно ветер стал тише? – насторожился Сергей.