"Фантастика 2025-115". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Янковский Дмитрий Валентинович - Страница 289

– Дурак! – Инна все же вырвала руку, но он поймал ее выше локтя и повел к ближайшему проулку.

– Успокойся же! Просто постарайся навести в голове порядок.

Девушка нахмурилась, но сопротивляться было бессмысленно и она подчинилась.

– Попробуй не думать о происшедшем. – посоветовал Сергей. – Это не так трудно, как кажется.

– Не трудно? Да что ты знаешь об этом? – Инна снова вспылила. – На тебя когда-нибудь направляли заряженный автомат? Рядом с тобой кто-нибудь падал убитым? Отстань от меня со своими советами!

Они ускорили шаг, потом перебежали дорогу и свернули с проспекта. Патрульная машина скрылась из вида, и Инна почувствовала, как в хаосе эмоций словно подул другой ветер – страх и кажущаяся безнадежность сменилась настолько же неуправляемой бурей надежды, что все обойдется. Надо только быстрее убраться отсюда и тогда никто ничего не узнает, потому что нет никаких свидетелей.

Она вырвалась и побежала, но Сергей снова схватил за руку.

– Иди спокойно! Пойми, чем больше ты суетишься, тем больше совершаешь ошибок.

Он говорил намеренно ровным тоном и Инна поняла, насколько глупо выглядит со своими истериками.

– Сережа, прости… – негромко сказала она. – Господи! Сама не знаю, что на меня такое нашло…

– Нечего извиняться, твоей вины нет. – постарался успокоить ее Сергей.

– А что теперь будет?

– Ничего страшного.

– А менты?

– Забудь. Представь, будто это тебе приснилось. Все, что случилось, ровным счетом ничего не меняет. Ни для тебя, ни для меня, ни для кого-то другого. Каждый день происходят сотни подобных случайностей – люди попадают под машины, падают с крыш, сгорают в пожарах, их задирают дикие звери или они сносят себе головы при чистке охотничьих ружей. Статистика. Просто сегодня ты оказалась рядом.

– Ты же говорил, что случайностей не бывает.

– То, что я перечислил, люди привыкли называть случайностями. Их происходит очень много, поэтому принято думать, будто причины таких вещей совершенно естественны. На самом деле само слово «случай» содержит в себе понимание сути.

– Как это? – не поняла Инна.

Она запуталась в расхождении слов с их привычным смыслом, попыталась разложить все по полочкам, но только запуталась еще больше. А Сергей, не давая передышки, не давая вспоминать происшедшее, продолжал, все дальше углубляться в словесные дебри.

Они вышли на Средний проспект, совершенно пустынный.

– Случай, случить, разлучить. – Сергей выговорил знакомые слова, акцентируя корень. – Случайность, это соединение в одной точке нескольких разных путей. Это целая система, можешь мне верить. Вот падает человеку кирпич на голову – случайность. А ведь мало кто задумывается, что кирпич этот кто-то по собственной воле или по небрежности оставил на крыше, а человек хотел успеть на трамвай, но остановился подать нищему и не успел. Потом сел в другой трамвай, прошел мимо крыши и… Бац! Кирпич ему прямо на голову. Каждое действие в отдельности вполне объяснимо и мотивировано, а вот образуя систему, они складываются в случайность. В нечто, с отчетливым налетом мистики.

– Переход количественных изменений в качественные. – вспомнила Инна школьный курс диалектики.

– Снова ты вспомнила мудрого немецкого дедушку и снова все упростила. – усмехнулся Сергей. – А я вот все мучаюсь и пытаюсь понять законы. Я ведь не зря говорил тебе про трамваи. Вот представь, что в городе существует очень много вещей, задающих ритм. Не только трамваи, а огромное число очень сложных систем, начиная от часов и заканчивая четкой геометрией улиц. Сюда же входят ритмично работающие светофоры, метро, другой городской транспорт. Все это так или иначе вносит в жизнь каждого человека определенный порядок и, можно сказать, квантирует его действия. Все люди становятся частью единой упорядоченной системы, винтиками исполинского механизма под названием город. И механизм этот работает в неком усредненном ритме. Что у нас тогда получается? А то, что под этот кирпич данный человек обязательно должен был попасть, потому что они с кирпичом – одна система. Они взаимодействовали с самого начала, как только кирпич и человек появились в одном городе.

– Жуткие вещи ты говоришь. – Девушка передернула плечами. – Фатализм какой-то. Но подожди, из твоей теории получается, что любую случайность можно просчитать, как движение планет по орбитам! Ведь если все, это часть единой системы…

– Думаешь я не думал об этом? – Сергей на ходу сорвал веточку с липы. – Но нет. Слишком много параметров – всех не учесть. Да и компьютера такого еще не придумали.

– Но теоретически это возможно? – Инна ускорила шаг, чтобы идти как можно ближе.

– Боюсь, что да.

– Боишься? – удивилась она.

– Да. Если кто-то сможет учесть все параметры и просчитать результат, то изменение одного параметра в нужном месте и в нужное время…

– Вызовет запрограммированную случайность? Кирпич на голову?

– Или ограждение крыши. – не глядя на Инну закончил Сергей.

– Так значит ты все же считаешь это возможным?

– Да. Мне кажется, что сила, не дающая мне докопаться до сути, вовсе не стихийная, как было в романе Стругацких. К сожалению доказать я этого не могу. Это можно только почувствовать.

Они подошли к мосту лейтенанта Шмидта.

– А кто это может быть? – задумалась Инна. – Слушай, вообще-то жутковатая картинка выходит. Тайная организация колдунов, защищающая секреты магии таким необычном способом. И мы лишь фигурки на шахматной доске города.

– Это все было. – отмахнулся Сергей. – В разных романах. Но не думаю, что все именно так. Действительность часто бывает куда интереснее всяких придумок. Пойдем скорее, а то скоро мост разведут.

Они молча перешли широкую улицу, до дома оставалось совсем не много, но Инна вдруг обратила внимание на почти полное отсутствие звуков.

– Приближается час быка. – пояснил Сергей. – Два часа ночи.

– Все равно странно. – пожала она плечами. – Такое ощущение, словно тишина создает ощущение пустоты. Правда похоже, будто город накрыли невидимым колпаком, за который ничего не может проникнуть?

– Наверно даже не город.

– А что?

– Нас.

По улицам действительно разлилась невообразимая тишина, ветер стих, не звенели трамваи, не шуршали деревья и машины не проезжали, словно нарочно. Инна потерла руки, разгоняя набежавшую волну мурашек.

– Неприятно до ужаса. – тихо сказала она.

Прозвучало гораздо громче, чем того бы хотелось.

– Как в переходе на площади. – добавила она еще тише.

– Ощущение похоже на то, какое бывает возле воды. – Сергей настороженно огляделся.

Дома вдоль дороги насупились серыми стенами, стало еще тише – звук шагов разносился, как в огромном пустом павильоне. Асфальт под ногами был сухой и шершавый, а из ближайшей урны нелепо торчала ручка зонта.

Инна крепче сжала руку Сергея и заметила в его глазах отблеск страха.

Они свернули за угол и сразу увидели разлитую воду – огромная лужа на дороге отражала светлеющие небеса. Оранжевая автоцистерна неуклюже накренилась, уткнувшись задом в покосившийся столб, струя воды еще выплескивалась из пробитой бочки. Водителя в кабине не было, но желтый указатель поворота продолжал размеренно мигать.

У Инны возникло ощущение, будто этот момент уже был в ее жизни, или может быть будет – странный дребезг сознания, какой иногда возникает при взгляде в коридор, возникший между двумя зеркалами. Но в то же время она отчетливо сознавала, что никогда раньше не видела въехавшей в столб поливальной машины, да скорее всего больше никогда не увидит. Но ощущение зацикленности не прошло – словно бесконечная цепь дежа-вю, или кинолента, склепная в кольцо. Повторяющаяся череда кадров, без начала и без конца.

Вода все лилась и лилась из дыры в цистерне.

– Пойдем отсюда! – Инна потянула Сергея за руку.

Но тут же поняла – идти некуда. Воображаемый колпак вдруг обрел отчетливую реальность, он не стал твердым, но твердость ему и не требовалась. Он держал не стенами, а навязчивым ощущением, что выбраться из-под него невозможно. Даже пробовать не хотелось.