Судьба-волчица (СИ) - Макуш Тиана - Страница 38

– Назад, Ло!

Его оттолкнуло от связанного самца, в глазах которого сначала мелькнуло яркое торжество, но очень быстро сменилось страхом. Потому что Лея неспешно подошла к нему, но не кинулась развязывать, а жестко взяла за подбородок, приподняв лицо.

– Так значит, станешь мужем и сделаешь жизнь моих возлюбленных невыносимой? Интересно, когда я успела сказать Айлате, что решение принято и я тебя беру?

О… Все-таки слухи? А они, как идиоты, повелись и помчались выяснять отношения, вместо того, чтобы просто спросить у Леи. И еще большие идиоты, потому что настолько сосредоточились на Кирайдо, что даже не услышали приближение Старшей. Нехорошо вышло.

– Госпожа Лейяна… Я думал…

Ааа, так вот кто слухи распространял! Белая Госпожа, этот не лучше них, так-то.

– Мне плевать, что ты там думал, Кидо. – Лея, остро глянула в их сторону, и Ло поспешил опустить голову: все трое почти сразу бухнулись на колени, стоило силе вожака оттолкнуть их от пленника (не расшвырять, кстати, что она тоже вполне могла сделать), – чтобы не вызвать еще больше гнева. – Оле, развяжи. – Брат выполнил приказ стремительно и, отшагнув, снова встал на колени. Поднимать голову, чтоб подсмотреть, что творится, Ло больше не рисковал, но ему и ледяного тона за глаза хватило, когда Лея едва не прошипела: – Убирайся, Кидо. После я переговорю с твоей матерью.

Волка смело со стула, а они продолжали стоять в ожидании своей участи. И, стоило хлопнуть входной двери, как на плечи навалилась неимоверная тяжесть, распластывающая по полу, выкручивающая суставы и тянущая мышцы. Старшая гневалась, а им оставалось лишь терпеть – сами виноваты же.

По телу еще гуляли отголоски боли, когда послышался скрип отодвигаемого стула, а потом и расстроенный голос:

– Вот уж не думала, что вы настолько забыли законы собственного народа, чтобы решить, будто имеете право выбирать за меня, с кем быть и кого еще брать в клан или свою постель!

Вот только вместо законной злости в голосе Леи слышалась еще и обида, боль даже. Ло вскинул голову, увидел, что ее глаза блестят, и, недолго думая, прямо на коленях доскользил до Старшей, обнимая ее ноги и утыкаясь лбом в бедро.

– Прости, Лея! – он хотел сначала сказать «госпожа», но то, что логично с другими волчицами, не работает с их. – Просто начали гулять слухи, а мы, идиоты, решили поговорить с Кирайдо, чтобы выяснить, правда или нет… Ну и… вот так как-то все вышло.

– Точно идиоты… – Мягкий фырк, и в волосы вплелись тонкие пальцы. – У меня-то почему не спросили?

– Так вот… как раз не хотели, чтобы ты подумала, будто давим или какие-то претензии высказываем.

Ну да, идиоты, что уж тут. Ненадолго в воздухе разлилась тишина, потом Лея тяжело вздохнула.

– Вставайте уже. А насчет слов Кидо, что доставит проблемы… Неужели вы думаете, что я не смогла бы разобраться, начни он какие-нибудь козни строить? Или… Не смогла бы вас защитить от этого? – Она немного помолчала, потом устало выдохнула: – Я вообще собиралась вам метки ставить, до того как взять мужа. А муж мне нужен, вы должны это понимать. И лучше это будет сын Главы неизвестной на севере стаи, но для статуса это неважно. Правда, теперь я уже не уверена, что Кидо – хорошая кандидатура.

А у Ло вместе с толчками крови в ушах шумело: «собиралась вам метки ставить…» Правда?

***

Кидо шел домой на подгибающихся ногах. И дело не в том, что его отловили и связали, как щенка несмышленого, а в той холодной ярости, что горела в глазах его будущей жены. Вот только теперь это будущее очень даже под вопросом, а такого промаха мать точно не простит. Но и замалчивать не вариант – лучше уж Глава узнает все от него, чем от разгневанной самки.

И ведь кто мешал держать язык за зубами?! Но нет, уверился, что чужая красивая волчица смотрит с нежностью и интересом, возгордился. Ведь наконец-то и он уйдет из родительской семьи! Обретет собственный статус, а не вечно-снисходительное «младший сын Главы». И то правда, тут ведь нет его заслуги, а вот стать первым супругом такой сильной волчицы, которую с распростертыми объятиями примут в любой стае, это да, это личное достижение. Вокруг ведь полно свободных самцов, а выбрали его.

О том, что опять же благодаря статусу «сына», Кидо старался не думать. Если бы не заинтересовал, и статус бы не помог.

Но он сам все испортил. Хотелось скулить от страха, предчувствуя реакцию матери, но не настолько он слабак. Встряхнувшись перед воротами родного дома, зачерпнув горсть снега и умывшись им, Кидо решительно зашел и отправился на поиски Главы стаи.

Та обнаружилась в рабочем кабинете, и под удивленным взглядом волчицы он встал на середине комнаты, опустился на колени и склонил голову.

– Ну и что ты натворил, раз такие проявления покорности?

– Я… мама… Глава Айлата, – да, сейчас она не мама, – я совершил ошибку, начав распускать слухи, что скоро стану мужем госпожи Лейяны. Слишком хотелось утереть носы насмешникам…

И он кратко выложил события последнего часа. Мать некоторое время молчала, но в воздухе ощутимо сгущалось ее недовольство, тяжелой ношей ложась на плечи. Не пригибая, просто ощущаясь, но это лишь пока.

– Идиот. Вниз, в пыточную, и до пояса раздеться. Жди.

Кидо вздрогнул, но с выполнением приказа не промедлил. Так ему и надо – наказание, которое применяли для зарвавшихся самцов в период полового созревания, самое то. И больно, и унизительно, и последствий никаких.

Он не просто выполнил приказ, а и перевыполнил: встал в центр мрачной комнаты с разными пыточными приспособлениями по стенам, и сам на себе замкнул оковы, свисающие с потолка на цепях. Теперь только Глава сможет их открыть.

За спиной открылась дверь, раздались тихие шаги, шуршание кожи.

– Я поговорю с Леей, но если она категорически откажется брать тебя мужем, настаивать и уговаривать не буду. А ты поедешь в какую-нибудь отдаленную стаю – специально выберу самую слабую и малочисленную, кто будет рад новой крови. И не мужем поедешь, производителем. После наказания на два дня запрещаю перекидываться.

Мать умела быть жестокой. А еще весьма ловко владела кнутом: первый же обжигающий удар выбил невольный вскрик. «Веселые» ему два дня предстоят…

Глава 20. Решения

Меня натурально переполняло бешенство и… обида. А сначала было неверие. Когда одна из леченных мною волчиц пришла сразу после обеда, немного помялась, но отозвала в сторону и сказала, что видела, как трое моих самцов тащили безвольного сына Главы стаи. Вроде бы в направлении нашего дома. И, конечно, она бы должна сообщить об этом, но… в благодарность за лечение… В общем, мне намекнули, что неплохо бы разобраться в ситуации, пока не увидел кто-нибудь еще, не такой благодарный мне лично.

Да что ж такое?! Может, Кидо стало плохо и парни помогали ему? Ага, все втроем внезапно очутившись рядом с ним! Что между ними произошло-то? Впрочем, тут ответ мог быть один – узнали о нашей предварительной договоренности с Айлатой. Все еще предварительной. Но откуда бы? Или просто заподозрили?

В любом случае, даже если все так, возникал вопрос… а какого орка?! Они же выросли среди оборотней и, несмотря на прожитые вдали от стаи пять с лишним лет, должны понимать, что я не смогу быть только с ними. Мне мужья нужны, раз уж назвалась вожаком клана.

В общем, подходя к дому, я сильно нервничала, переживая за Кидо в основном – разозленная троица вполне могла его здорово побить. Не прибить, конечно, не совсем же они идиоты… Впрочем, бесшумно зайдя в дом, я уже не была так уверена в их здравомыслии. Ни в чем уже не была уверена, если честно. Зато услышала то, чего в других обстоятельствах могла никогда и не узнать.

Кирайдо оказался вовсе не примерным мальчиком, показав скрытые черты характера (и не самые приятные, надо сказать, хотя в какой-то мере я его даже понимала), но и мои волки открылись с новой стороны. Да, я чувствовала в словах Ло отсутствие решимости выполнить угрозу – мальчики у меня действительно не идиоты, но дело в другом. Они вообразили, что могут решать за меня. Тем более в вопросе выбора супруга. Вообразили, что имеют на это право, раз уж я так дорожу ими и сделала все, чтобы спасти их жизни и вернуть свободу (пусть последнее получилось больше по воле обстоятельств). Даже если исходя из других соображений решили – неважно.