Судьба-волчица (СИ) - Макуш Тиана - Страница 22

Ло длинно провел ладонью – от горла до бедра – и вздохнул:

– Потому что укус в шею, это не просто так, это метка. Самки ставят их самым близким, тем, кому готовы позволить остаться рядом не только в качестве согревателя постели.

Я аж стряхнула посторгазменную расслабленность и приподнялась на локтях.

– А вы не хотите, получается?!

В груди начинала разрастаться обида, но Ло отчаянно замотал головой.

– Ты что?! Это же мечта, сбывающаяся далеко не у каждого. И не каждый, у кого она сбылась, в итоге оказывается счастлив. Нет, мы просто не хотели, чтобы ты сделала что-то по незнанию, а потом расстраивалась или, еще хуже, рассердилась. Потому что метка – это навсегда.

Ну если только так… Пожалуй, разговор с Айлатой становится всё насущнее.

– Ладно, убедил, прощен.

Волк тихо фыркнул и нежно поцеловал в ладонь.

– Вот когда ты захочешь сделать то же самое с полным пониманием… Мы будем только счастливы. Теперь можно и подождать.

О, кстати! Я встрепенулась и сосредоточилась на магических потоках, чтобы разочарованно простонать, откинувшись назад на подушки. Проклятущие черные ошейники хоть и стали немного светлее, а их отростки тоньше, но никуда не делись.

Глава 11. Тайны прошлого

Что-то изменилось между нами. У меня-то давно возникло это ощущение «моего» по отношению к оборотням, а сейчас еще большее чувство собственничества взыграло, но и парни после нескольких горячих часов в подземной комнате стали как-то увереннее, веселее, и даже известие об оставшихся ошейниках их расстроило только на несколько мгновений. Потом Аро пожал плечами и вздохнул:

– Значит, надо спрашивать у Главы стаи. Ты же теперь тоже волчица, и она не станет скрывать важное. Если бы способа не существовало, тебе бы сразу сказали.

Я тоже пришла к этой мысли, так что, взлохматив ему волосы, резво поднялась с кровати:

– Ну тогда одеваемся и идем к Айлате. Спрашивать.

Когда вышли из комнаты, нас ждал под дверью мужчина. Изменение поведения со стороны самцов я тоже заметила. Не этого конкретно, потому что вроде бы раньше его не видела, а вообще. Если при моем приходе в поселение они вели себя сдержанно и несколько равнодушно, то сейчас незнакомый волк поглядывал с любопытством, осторожно принюхиваясь (видимо, думал, что не замечаю), и демонстрировал явное почтение. Я фыркнула на такую явную заинтересованность, а он тут же опустил голову. Повеяло опаской.

– Простите, госпожа, мою оплошность! Меня зовут Кирайдо, госпожа Айлата наказала дождаться вас и проводить к ней.

Ну, заблудиться в подземелье крайне сложно, да и дорогу я помнила вполне четко, однако, если это что-то вроде правил хорошего тона – пусть. Через несколько минут мы вышли из подвала, но отправились не в большой зал, где общались с Айлатой до… всего этого, а в другую комнату – наверняка кабинет, – гораздо меньше и уютнее. Кабинет смотрелся несколько темным, за счет мореных досок скорее всего, но все равно находиться в нем было приятно. Правда, моих волков не пустили, сказав ждать, когда позовут, – вероятно, у самок есть свои секреты, но это и так понятно, раз парни не знают ответов на некоторые вопросы.

Оказалось, что уже наступило утро… Это мы всю ночь прокувыркались в постели, получается?! Хотя неудивительно – дорвались же.

Дождавшись, пока я сяду в удобное кресло (так-то там и некуда больше – второе занимала хозяйка, и другая мебель, кроме еще стола и пары шкафов с книгами и документами, отсутствовала), Айлата с искренним беспокойством спросила:

– Как себя чувствуешь, детка?

Наверное, я должна была бы злиться на оборотницу, но ничего такого не было. Как и со своим обращением – не было ни неприятия, ни удивления.

– Хм, знаете, всё хорошо, спасибо… Но как раз это и странно! Я не понимаю, почему нет ни чувства неудобства, ни растерянности, словно всегда и была оборотнем. И как вообще это могло получиться?

Айлата вздохнула, откинулась на спинку и соединила пальцы домиком, задумчиво замолчав на несколько долгих секунд.

– Давай без политесов – волчицы обращаются друг к другу на ты. А вот с остальным… Почему ты чувствуешь себя, словно всегда была волчицей? Потому что так оно и есть, детка, – ты ею всегда была внутри. Такое крайне редко случается, что кровь обретает силу у дальних потомков. Обычно волчья кровь либо проявляется в детях, либо нет. И шанс на проявление со временем всё меньше. Сложно сказать, когда в твоих предках отметилась волчица… но как минимум три поколения назад. Я же не чувствовала тебя, пока не начала ритуал, а вот изгнанники, у которых чувствительность повышена, – да. Именно поэтому они подчинялись, хотя в отношении человеческих самок волкам это не свойственно. И чтобы ты понимала: обратить человека в волка сейчас практически невозможно – нет у нас оборотней такой силы, какой обладала прародительница. Да-да, в Ардале начало нашей расе положила волчица. Она пришла из другого мира, но эту историю, как и вообще про наш уклад, надо рассказывать отдельно. В общем, я слышала, что иногда алтарь может пробуждать кровь, но никогда сама этого не видела за все сто девяносто лет жизни. – Ого, сколько ей, оказывается! – До сегодняшнего дня. И как это происходит, не могу тебе объяснить, просто потому, что сама не знаю. Одно неопровержимо – тут задействована сила Создательницы и кровь нашей прародительницы.

Что ж, пусть и не до конца, но хоть что-то теперь понятнее. И да, Айлата подтвердила – моя мама точно оборотницей не была.

– Ладно, хорошо, пусть так. Но вы… ты говорила, что если во мне обнаружится кровь оборотней, я смогу взять ответственность за парней и освободить их от проклятья. Кровь есть, ответственность тоже взяла, связь подтвердила, но… ошейники на месте!

Айлата сочувствующе улыбнулась и покачала головой.

– Ох, детка… – меня раздражало такое обращение, но не настолько, чтобы указывать Главе стаи, да и старше она ведь значительно. – Вспомни получше? Я говорила, что ты сможешь их спасти, забрав себе. В прямом смысле. – Я по-прежнему не понимала разницы, и это, скорее всего, отражалось на лице, потому что волчица удрученно покачала головой. – Сложно с вами, человеками… Оборотни изгоняются из стаи за какие-либо серьезные проступки. Очень серьезные, понимаешь? И один из них – неподчинение кому-либо из самок. Потому что все взаимоотношения волков строятся на иерархичности. Это наша суть, проявление животной половины, основополагающее для расы. Самцы сильны физически, и нам часто приходится указывать их место, чтобы сохранять баланс. Излишняя жестокость тут – скорее вынужденная мера, для предотвращения большой крови. В общем, я к чему: забрать себе, означает, что ты должна сделать их своими в полном смысле. – Всмотревшись в мое лицо и по-прежнему не увидев осознания (ну не понимала я, к чему она клонит!), Айлата тяжело вздохнула. – Лейяна, чтобы снять метку изгнанников, тебе придется сделать мальчиков своими рабами…

Чтооо?!

Какое-то время я сидела и глупо хлопала глазами. Рабство? Что за дикость? Мы что, орки что ли? Потому что ни в одном ближайшем королевстве, насколько я знаю, рабства нет… ну ладно, официально нет. А так-то всё возможно. И тут я вспоминаю поведение местных волков перед их самками. И резко всплывают накопленные вопросы. Пожалуй, начну с главного.

– Айлата, я не понимаю. Ваши самцы ведь и так послушны. Зачем рабство? Чем оно отличается от привычного им послушания? И… кстати, почему так-то?! Почему они, сильные, точно сильнее самок, крупнее, но настолько беспрекословно слушаются?

Глава с некоторым сомнением посмотрела на меня, но потом вздохнула:

– Хорошо, кому-то ведь надо тебя в курс дел вводить. Запомни, Лейяна, теперь самцы не только наши, но и твои. В том плане, что ты стала оборотницей, и к тебе отношение будет такое же. Я чувствую твою силу, и она велика. В этом и кроется причина наших особенностей… Самцы сильны, да – физически. Они воины и защитники, любовники и отцы наших детей, но… вся их мощь – ничто перед силой самок. Другой, древней, внутренней. Этой силой обладала наша прародительница. До нас дошло не так много сведений о периоде зарождения расы, даже имени первой волчицы не сохранилось, только легенды. – Я припомнила, что оборотни живут здесь так же долго, как и люди, и у нас… в человеческих хрониках нет даже упоминаний, что было как-то иначе, а ведь сейчас восемь тысяч семьсот тридцатый год с момента зарождения магии! Если брать людей, конечно. И люди, оборотни и прочие расы существовали ведь и до этого. – Она попала в Ардал, спасаясь от преследования какого-то самца, скорее всего, если судить по ненависти, с которой относилась к мужчинам. – Айлата мечтательно уставилась в пространство: – Первые поколения оборотней после создания, я имею в виду вообще, изначального создания богиней, могли перемещаться между мирами и обращать других разумных. Иначе мы не смогли бы так быстро укрепиться. Вот и прародительница обращала. Сначала только женщин. Вроде бы очередность как-то влияла на передаваемые силы. А может, это было особенностью местных разумных… Самки в итоге получились гораздо сильнее волей и характером. Они обладали силой, перед которой более мощные воины склонялись и подчинялись. Так и повелось с тех пор, Лейяна, самки – Ведущие, самцы – ведомые. Без исключений. Они не могут нам противостоять, а значит, не могут причинить вреда, даже если им, в силу агрессивного характера, взбредет такая мысль. И когда ты приняла своих самцов, стала для них Старшей, той, кому они будут подчиняться приоритетно. И кто имеет полное право карать, но и за их проступки теперь спрос тоже будет с тебя.