Горящие туры в Драконьи горы (СИ) - Черпинская Надежда - Страница 42

– Мы будем ждать, Дариан! Очень-очень… – проворковала Лизбет. – Передавай от меня пожелания скорейшего выздоровления Элиану! И…

Я уже не слушала. Развернулась и торопливо пошла прочь по тенистой дорожке.

Через несколько секунд меня нагнал Дариан.

Видимо, уловив моё настроение, он ничего не спросил и не сказал.

Так мы и молчали до самого драколёта. И мне чудилось, что воздух дрожит от напряжения.

***

– Маша… Что-то случилось?

Наш драколёт уже летел на всех парах по улицам столицы. Я сосредоточенно глядела в окно. И очень громко и выразительно молчала на Дариана.

И вот, спустя минут десять этого ледяного безмолвия, наш хладнокровный и сдержанный сир Айр не выдержал-таки и решил поговорить.

Только вот приступил к разговору граф неправильно. Надо было не с глупых вопросов начинать, а сразу с извинений и раскаяния.

Поэтому я заранее решила обидеться ещё сильнее и в ответ процедила лишь:

– С чего вы взяли?

– Ну, хотя бы с того, что ты снова перешла на «вы»… – попытался улыбнуться Дариан. – Маша, меня не было четверть часа. Кто успел похитить за это время твоё прекрасное настроение?

Нет, он точно издевается! А… как бы… сообразить, что я психую из-за его подпольной невесты, внезапно выскочившей, как чёртик из табакерки, в самый неподходящий момент, видимо, не судьба? Или он считает, что я должна была пищать от восторга, наблюдая, как он с этой кикиморой любезничает?

Справедливости ради… не так уж граф и любезничал. Но уже одного того, что он пообещал завтра явиться к этим мымрам на обед, вполне достаточно для моего праведного гнева. Там, наедине, вдали от моих глаз, ничто не помешает ему быть максимально обходительным и галантным.

– Вам показалось, сир Айр, – я по-прежнему на него даже не смотрела.

– Маша, я серьёзно… – в голосе этого наглого драконища больше не звучала насмешка. – Что случилось? Тебя кто-то обидел? Что-то сказал? Ты с кем-то разговаривала, пока меня не было?

Ага! Струхнул? Никак заподозрил, что я могла пообщаться с его ненаглядной Лизбет. Нет, не разговаривала я с ней, не разговаривала. Зачем мне, собственно с кем-то говорить, когда можно просто ушки держать открытыми, и всё узнаешь.

Я только головой замотала, насупившись ещё больше.

– Кара Маша, неужели вы всё-таки обиделись, что я вас с собой к королю не взял? Или вам ждать надоело?

Так… вот я уже и снова кара Маша… Как бы не переборщить с воспитательными мерами.

– Вовсе нет, – упрямо гнула я свою линию. Но тотчас спросила, дабы слегка разрядить обстановку: – Кстати, как там его величество? Вас помиловали?

– Да, – сбившись на миг от моего неожиданного вопроса, кивнул сир Айр. – Я объяснил, что Элиану грозила смертельная опасность, нужно было срочно спасать брата, и я не мог медлить.

У меня от этих слов вспыхнули щёки и уши. Сижу тут, дуюсь и психую, как капризный ребёнок, а Дар мне простил гораздо более серьёзный проступок.

– Про тебя я пока ничего королю не стал говорить, – добавил граф, не заметив моё смущение.

– Отличные новости, – сухо прокомментировала я.

– Да. Теперь всё в порядке. Но ты мне так и не ответила? Что не так? Маша… – настойчиво позвал Дар.

И я вынуждена была бросить в его сторону сердитый взгляд.

Может, спросить напрямую, вот так прямо в лоб, контрольный в голову: «А скажите-ка, сир Айр, что вас связывает с той кобылкой Лизбет? Да, да, с той, с которой вы так мило беседовали в королевском парке».

Язык так и чесался. Но пока я размышляла, какие слова подобрать, чтобы граф не смог отвертеться…

Он вдруг сам, сменившись с лица, выдал:

– О… кажется, начинаю понимать… Это из-за Лизбет?

«Ну, наконец-то дошло!» – хотелось выкрикнуть мне.

Но ещё через мгновение я поняла, что дошло как-то… криво…

– Тебе не понравилось, что я растерялся и не знал, как тебя представить? Извини, Маша, за эту неловкую ситуацию! Но я никак не ожидал встретить её. Да, понимаю, я должен был продумать все нюансы. Мы ведь создали вполне правдоподобную легенду для тебя, хотели выдать за дочь соседа, друга семьи, но… в случае с Лизбет эта сказка никуда не годится. Потому что… Лизбет… она…

Я на несколько секунд реально перестала дышать, боясь спугнуть этот миг откровения.

Ну же! Говори, говори!

– Она, собственно, сама – дочь наших соседей. Её семья хорошо знает мою. Лизбет дружна с моей матушкой. В детстве она часто гостила у нас в усадьбе. А теперь, когда бывает в столице, иногда останавливается в моём доме. Так спокойнее её родителям, они мне доверяют, а моя матушка не забывает попросить о таком одолжении. И, разумеется, Лиз прекрасно знает всех наших соседей в окрестностях, знает, с кем дружен мой отец… И, как ты понимаешь, если бы я назвал тебя нашей соседкой, она бы непременно поинтересовалась откуда ты, и кто твои родители.

Пока он говорил, я, кажется, сидела с открытым ртом. Всё-таки мужчины и женщины точно с разных планет. Значит, просто соседка…

А я, стало быть – просто коллега. Только кто-то вчера к коллеге зачем-то целоваться лез. Ну… почти…

Вот они мужики! Хоть драконы, хоть обычные – все одинаковые!

Эта Лизбет уже подвенечное платье выбирает, а он считает, что она просто иногда останавливается в его доме. Приглядывает, значит, за ней, по-родственному… Ну-ну.

И за мной тоже приглядывает. По доброте душевной. Прямо добрый фей-крёстный, а не дракон!

Я разозлилась ещё больше чем до этого. Зачем делать из меня дуру? Ну, сказал бы всё сразу, честно. Вот уж не думала, что благородный сир Айру умеет так юлить и играть.

Ведь не могла же эта Ли-и-избет всё сама придумать. Какой-то повод явно был. Может, граф и не планировал жениться, но явно что-то у них было, кроме её бурной фантазии и желания отхватить солидного мужа.

Придётся выяснять всё самостоятельно. Не знаю, как я это сделаю, но сделаю обязательно. О, женщины, если им это действительно нужно, могут добыть любую информацию! Пусть здесь нет соцсетей и прочих полезных штук нашего времени, но я непременно выясню, что связывает Дариана с этой Лиз.

И сделать это надо, как можно быстрее, пока я не увязла в наших странных отношениях и не влюбилась до беспамятства в чужого жениха. Безответная любовь и страдашки в мои планы не входили, как и роль запасной «отдушины для души и тела» при законной жене.

– Я обещаю, что обязательно придумаю ещё одну правдоподобную историю для тех, кто хорошо знает нашу семью. И таких странных ситуаций больше не повторится, – продолжил между тем граф.

– А может… просто сказать правду? – невинно захлопала я ресницами. Вроде бы комментировала его пламенную речь, а на деле думала о другом.

Граф на миг задумался, потом качнул головой.

– Всему своё время, Маша… – на его серьезном лице на миг блеснула улыбка. – Так что, простишь мою оплошность?

– Разве на вас можно сердиться долго, сир Айр? – проворковала я.

Небольшое перемирие нам не помешает. Но, если я выясню, что он мне пытается вешать лапшу на уши… Ух! Зверя во мне лучше не будить. Даже хомячка или ёжика.

– Очень рад снова видеть твою улыбку, – искренне заверил граф, припарковавшись у огромного здания с колоннами. – А теперь поспешим! Иначе я, в самом деле, рискую опоздать на лекцию.

***

Дальше мне пришлось на время забыть о своей внезапно вспыхнувшей ревности и погрузиться в уже давно позабытую, а когда-то любимую всей душой атмосферу бурной студенческой жизни.

Академия Артефакторики, конечно, впечатляла, и ещё как.

Ажурные открытые галереи соединяли между собой несколько колоссальных зданий с колоннами, огромными окнами и куполообразными крышами.

На площади перед главным входом и в небольшом тенистом парке, окружавшем академию, расположилось, наверное, несколько сотен юных студентов, просто кишели, как муравьи. Кто-то спешил на занятия, кто-то усиленно зубрил лекции, расположившись прямо на траве или ступенях широкой лестницы, кто-то праздно слонялся. Гул голосов и смеха витал над всей этой толпой.