Я обязательно вернусь. Книга 2 (СИ) - Ольвич Нора - Страница 28

Потоки воды смывали всё ненужное и второстепенное, оставляя основную цель в сознании, к которой каждый человек приходит, так или иначе. Наш капитан, знающий хорошо своё дело, оставался хладнокровным до самого последнего момента. Мы не решались ночью выйти на палубу. Но утром! Решили, что, если нам всем суждено пойти ко дну. Встретим смерть достойно и мужественно. Судно трещало по швам, а я верила, что оно построено очень добротно и выдержит натиск волн. Укрываться больше в «парадизе» — большой парадной каюте не хотелось! И наконец-то судно к утру вышло в полосу затишья. Хотя солнце ещё не желало показывать свой лик, и хлестал холодный дождь, мы верили, что к полудню ярость моря затихнет.

— Это так нехорошо, Каталина, что я сейчас скажу. Мой брак! Это и не брак вовсе. Муж никогда меня не касался, единственный в моей жизни мужчина — это Франциск. Он соблазнил меня совсем юной и девственной. И он же устроил этот брак, даруя нам с мужем герцогство.

Я недоумённо смотрела на м — м Анну. Госпожа Бланка же, держа одной рукой, Жужжу, а другой, вцепившись в канат, пыталась удержать равновесие. Дождь утих, и мы стояли на палубе.

— Я хочу развод! — прокричала герцогиня Анна. В душевном порыве решив перекричать шум стихающих волн. И солнце прорвало серую мглу туч, освещая нас лучами, которые как яркие иглы вонзались в океан. Словно ответили на её слова! Подтверждая правоту.

Я понимала, насколько она права в своём решении. Что всё дело по производству предметов роскоши, которое она затеяла, в принципе, как-никак принадлежит семье, и муж по всем законам является полноправным владельцем как самой Анны, так и всего производства, которое она ведёт.

«— … это нехорошо, их венчали с мужем в церкви, но несправедливость по отношению к герцогине Анне просто возмутительна, невинная девушка, игрушка в руках монарха, и всё же они любили друг друга с Франциском всё это непростое время. Или любила только она? Время покажет. А сейчас её просто вычеркнули из жизни, как же быть дальше? А брак, по сути, с незнакомым человеком был просто недоразумением, и его устроил сам король. Муж и жена были чужды друг другу и всю жизнь жили отдельно, и всевышний тому свидетель, и он не допускает такие отношения».

Как же остаться тогда чистой и верной одному мужчине? Своему королю? Если обстоятельства толкают её в объятия другого? И не только обстоятельства! Я представляю, какая буря бушевала в душе у герцогини. Ватикан же принимает положительные решения, когда ему хорошо платят. Мы откроем ему глаза на обстоятельства в жизни этой благородной дамы, которые так порицает святая вера и библия! Церковь должна принять правильное решение. И нам просто необходимо добиться развода!

А потом уже начнём открывать мастерские и магазины. Ватикан от нас не так и далёк, сосед, по сути. Когда мы приедем на остров, думаю, нужно будет начинать бракоразводный процесс. Готовить прошение и предоставлять все свидетельские показания и документы.

М — м Бланка улыбалась и смотрела на утихающее море, что плескалось за бортом и мне казалось, что в её удивительных глазах, разливается морская послештормовая, волнительная синь.

— За последние девять месяцев я никогда себя так хорошо не чувствовала. Госпожа Княгиня, а у вас на борту не найдётся маленького пирожного. Того самого и горячего какао.

И громкий, звонкий смех летел над морем, радуя этот мир такими чистыми и светлыми эмоциями. А ветер играл с кудрями цвета нежного золота, белой платины и сладкой карамели, переплетая и путая их. Три девушки, прекрасные как нимфы, стояли на палубе небольшого парусника, взявшись за руки, веря только в самое хорошее!

И разве мог этот мир отказать им в их желаниях?

Мир, возможно, и нет. А вот Ватикан…

Да! Отказ! Отказано в прошении герцогини Анны д’Этамп в деле по разводу с её мужем Жаном-де Бросс, герцогом д’Этамп, в связи с тем, что вышеупомянутый герцог ждёт блудницу домой и готов доказать ей свою любовь и почтение.

Также свою подданную ожидает её король Франциск I. Для вынесения уже своего приговора по делу о вывозе за пределы страны ценного ожерелья «Лунная соната», представленного ювелирным домом графини делла Гутьеррес на показе в Лувре. Принадлежащем казне Франции и вручённом герцогине в связи с исполнением ею обязанностей официальной фаворитки.

Это был удар. И ещё какой! Пришлось ехать в Ватикан и подавать новое прошение, уже с доказательствами, что герцог живёт в грехе с мадам Полин де Сент-Север, как совершенно с законной женой и имеет четырёх детей от этой связи, и старшему сыну уже почти десять лет.

Свидетельство представил художник из Неаполя, который недавно закончил портрет всего этого семейства. Наш месье Жак свёл с ним знакомство на обратном пути из Франции.

'А своей законной жене за всё это время герцог не выслал ни одного экю. Мы уповаем на вашу справедливость и шлем в подтверждении своей истинной веры крест Господень, на котором был распят сын бога нашего и просим освятить его, дабы возносить свою молитву и нас в ней не забывать.

Также сообщаем, что герцог не только в грехе живёт, ну и совсем забыл святую церковь, посещает её редко, а уж про пожертвования для сирых и убогих, даже и не помышлял никогда. В то время как я герцогиня Анна д’Этамп высылаю в ваш адрес письмо от настоятельницы монастыря святой Женевьевы, подтверждающее, что на протяжении многих лет жертвовала и до сих пор поддерживаю финансово это святое заведение. Также предоставляю свидетельство от настоятельницы монастыря святого Франциска, что работаю наравне с послушницами монастыря в госпитале города Салерно совершенно бесплатно два раза в неделю, облегчая жизненный путь и лечение страждущим'.

«Также прошу учесть моё заявление, что отказываюсь от своей части имущества герцогства д’Этамп в пользу святой церкви».

И, конечно, мы послали в Ватикан, вместе с прошением, великолепный крест, по образцу, как делали для м — м Жанны на показе в Лувре. Но вместо рубинов он был инструктирован аметистами, привезёнными из Нового Света. Аметисты были просто шикарны, тёмно-фиолетового цвета с переливами практически во все спектры лилово-сиреневого цвета.

А также герцогиня Анна предоставила копии документов, подтверждающих её право на владение ею в герцогстве д’Этамп одним замком и двумя отелями, а также ей принадлежали две деревни, приносящие неплохой доход, эту недвижимость ей дарил Франциск I, и везде стояла его подпись. Все копии документы были заверены священником нашего прихода.

По сути, она отдала всё, что ей дарил, когда-то король, оставила себе только ожерелье. В том мире же, где я жила изначально, после смерти Франциска у неё забрали бы всё в угоду любовнице нового короля Генриха. Вся оставшаяся долгая жизнь, а она прожила семьдесят два года, это было жалкое прозябание в нищете. Сейчас же Анна имела шанс на самостоятельность и развитие. Жалкое существование в монастырской деревушке этой женщине не грозило.

Святая церковь проводила своё расследование, и мы долго не получали никакого ответа. И, конечно, осторожничали и не начинали производство. Вели благочестивый образ жизни, каждое воскресенье были на службе, жертвуя на нужды святой церкви и на восстановление древнего храма, что находился в предместье Салерно приличные суммы.

Но это не значит, что мы не работали. Новые модели вееров, нарядов и ювелирных украшений ждали Венецию к новому карнавалу. А также наши женщины были постоянным патронажем в госпитале.

Чертежи и технологию изготовления вееров и перчаток, сумочек и, конечно же, масок мы разрабатывали с Анной и Бланкой. Я взяла на себя только чертежи. Технология изготовления полностью легла на этих увлечённых дам. Сеньора Адория же сразу подключилась с моделями платьев. Все вспоминали юную Адель, и её виртуозную вышивку гладью. Девушка вышла замуж за графа, который отважно сражался за неё со мной в Лувре на дуэли. И уехала за ним в провинцию Франции.