Господин Хладов (СИ) - Шелег Игорь (Дмитрий) Витальевич - Страница 38

«Вот значит как?» — разозлился я и помчался внутри шара вперёд, заставляя его катиться на пятёрку барсов.

Неожидающие неприятностей твари попытались атаковать лапами, однако резко остановившись я выстрелил из защиты ледяными кольями, выводя из боя сразу двух противников.

Мысленное усилие, магическая воля вместе с «тараном» и растрескавшаяся защита взрывается словно бы граната, нанося ранения множеству окруживших меня барсов.

Не все сумели уйти. Несколько наименее расторопных и наиболее раненых получили сосульки в глаза, а ещё пара познакомилась с моей саблей.

Резко сократив количество своих противников поблизости, я ощутил смертельную опасность и, используя «шаг», рванул к ближайшему дереву по которому, словно обезьяна, устремился вверх.

Брошенная вожаком техника в одно мгновение превратила огромную поляну, на которой я сражался, в ледяную могильную плиту, которая погребла под собой не только мёртвых, но и нескольких раненых барсов.

Заметив, что я чудом избежал удара, разъярённый вожак дико зарычал и атаковал едва ли не тысячью сосулек.

Меня в очередной раз спас «шаг». Переместившись за ствол ближайшего дерева, я начал съезжать вниз, в то время как сосны ловили собой снаряды, в несколько мгновений измочалившие их верхушки и лишившие крон.

От остатков деревьев и потерявших скорость снарядов я прикрылся щитом, а затем осмотревшись, рванул на получившееся ледяное плато, которое стал наполнять энергией, не забыв отправить в вожака «копьё» ускоренное «тараном силы». Мне не хотелось, чтобы он атаковал своими сильными техниками спрятавшихся в укрытии родных.

Задумка удалась.

Вожак, которому копьё прилетело в ледяную защиту, зло зарычал и разогнавшись прыгнул высоко вверх.

«Сейчас», — подумал я и направил энергию и волю в плато, представляя как на его поверхности вырасти несколько мощных и острых ледяных кольев, на которые вожак приземлился всей своей немалой массой.

Раздавшийся рёв на пару мгновений оглушил, а здоровяк тем временем дёрнулся сломал торчащие из брюха льдины и без сил завалился набок.

Обрадоваться победе над опасным противником я не успел. Осиротевшие барсы изрядно разозлились и рванули ко мне со всех сторон атакуя множеством льдин различных размеров.

Магических сил у меня почти не осталось, поэтому пришлось переходить на духовною энергию и пользоваться хитростью. Так я очень быстро оказался на стволе гигантской сосны надеясь, что барсы будут тратить силы в надежде достать меня с земли, однако они оказались настолько злы, что уверенно поспешили верх вслед за мной.

«Так тоже неплохо» — подумал я и быстро перемещаясь с одного ствола на второй, стал достаточно ловко сокращать количество монстров.

Вскоре из ледяной защиты выбрались Хладовы, которые принялись с энтузиазмом мне помогать.

Численность барсов существенно сократилась и отметив, что Ульяна Романовна с Ольгой поймали двух монстров, я бросился в погоню за несколькими попытавшимися сбежать подранками. Попробуй потом найти их на бескрайних просторах разлома!

После боя я потратил несколько часов на поиски сбежавших или не отозвавшихся на призыв вожака барсов и, не найдя таких, направился бегом к выходу из разлома. Куда Роман Павлович и дед Павел затянули раненого, но всё ещё живого барса.

Подав условный сигнал, мы принялись ждать и скоро в разломе появилась Ксения Алексеевна и Кира, которым мы кратко рассказали о своём успехе, а затем достаточно быстро доставили к месту проведения ритуала. Всё же, когда не боишься нападения от смертельно опасных монстров, то путь сокращается в нессколько раз.

Доведя родных до плато, на котором Ульяна Романовна с Ольгой заканчивали подготовку ритуала я изучил огромную снежинку и пять её меньших собратьев, расположившихся вокруг, а затем наткнулся на тоскливый слабый взгляд вожака.

— Он что⁈ Ещё жив⁈ — воскликнул я, приготовившись в любой момент выставить перед собой «щит воли».

— Жив, но остался почти без сил — согласилась невероятно довольная собой графиня — И это хорошо. Получится очень сильный ритуал. Только нужно спешить, пока он сам не умер.

— Понял. Но будьте очень осторожны — сказал я и рванул в сторону пятна, где должен был находиться, чтобы уменьшить погрешности при проведении ритуала, так как не мог покинуть разлом.

Ещё через некоторое время разнёсся громкий рык, а за ним и волна энергии.

Понимая, что это точно был вожак, я обуреваемый плохими предчувствиями поспешил к месту проведения ритуала где с облегчением увидел шестерых сидящих на льду взрослых и одного ребёнка.

— Ну и горазды же вы пугать! — сказал я, приблизившись и отметив, что сковывающий вожака лёд сломан, а он сам лежит в снежинке с ледяным копьём в глазу — просил же аккуратнее.

— Мы так и пытались — вместо графини ответил дед Павел, лицо которого до сих пор было ошарашенным.

— Так, а что случилось? — уточнил я, найдя взглядом Людмилу, рядом с которой уселись Ольга и Кира — он попытался вырваться?

— Скорее хотел, чтобы выжил кое-кто другой — ответил отец Гордея и тут я кое-что заметил — из-за пазухи у старшей сестры выглядывала мордочка новорождённого снежного барса.

Глава 15

Несколько секунд я смотрел на котёнка удивлённым взглядом. Всё потому, что происходящее никак не укладывалось в моей голове.

Во-первых, откуда он вообще взялся?

Во-вторых, почему, если разлом закрылся, он всё ещё жив?

В-третьих, мой разум отказывался принять саму возможность держать монстра, пусть и в виде котёнка, за пазухой. Один удар когтями — и живот сестры будет распорот, или, движимый инстинктами, зверь устремится к шее Людмилы, что будет ещё хуже.

Скорее всего, дело в том, что я проецирую на звероподобных монстров непримиримое отношение к демонам, которые в моём родном мире мечтали захватить планету и уничтожить всех людей.

Звери разломов, конечно же, относились к другой категории. Их могли поймать, чтобы заставить участвовать в турнирах на потеху зрителям; их, по некоторым слухам, пытались приручить. Последнее давалось с трудом и лишь со слабейшими тварями, которые, к тому же, без подпитки разломной энергией становились жалкими своими подобиями. Даже в случае успешного эксперимента результаты оказывались более чем скромными.

— Может, стоит его достать? — ни к кому конкретно не обращаясь, произнёс я, глядя на Людмилу. — Боюсь, что даже в таком слабом состоянии малыш может сильно ранить.

— Ты что⁈ Ему же холодно! — на меня возмущённо посмотрели Людмила, Ольга и Кира, а младшая сестра добавила: — И никого он не обидит! Он ещё маленький!

Повернув голову в сторону графини, которая всё ещё с изумлением смотрела на барса, я решил уточнить у знающего человека:

— Ульяна Романовна, как такое возможно? Разлом закрылся, хотя последний монстр ещё жив. И откуда он вообще взялся?

Тут же взявшая себя в руки графиня с усмешкой произнесла:

— В этом всём безобразии, мой дорогой Гордей, виноват в первую очередь ты!

Появившийся на моём лице скепсис заставил пожилую женщину уверенно добавить:

— Вот честно — ты! Даже не сомневайся. Или забыл, кто распорол брюхо беременной самке снежного барса?

Переведя взгляд в сторону огромной туши мёртвого монстра, которого я считал вожаком, спросил:

— Вы хотите сказать, что этот малыш выжил после столь серьёзной раны матери, недостатка кислорода и нескольких часов на льду?

— Ну, это ведь не обычный зверь, — пожала плечами графиня. — Это монстр, к тому же в своём родном пространстве.

— Допустим, — кивнул я. — Но это не объясняет, как котёнок оказался за пазухой у Людмилы? И почему вы не убили его до этого? Или…

Окинув взглядом мёртвую самку, я отметил, что она лежит не так, как раньше.

— Да, — со вздохом ответила графиня, и на её лице проступила досада. — Во время ритуала самка частично разрушила ледяную тюрьму и последними усилиями забросила котёнка из-под себя в центральную снежинку.