"Фантастика 2025-113". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Троян Михаил - Страница 37

− Разломите ему пасть, − сказал Свейдн. − Мы так сделали.

Я быстро ухватил шинока за челюсти и стал раздирать ему рот, пока не хрустнуло. Маора с оханьем осторожно вытащил руку, она была вся покусана, можно даже сказать пожёвана, с неё обильно капала кровь.

− И что теперь? – Я держал шинока за челюсти напряжёнными руками, хотя навряд ли он вырвется. А он вяло перебирал лапами в воздухе и смотрел на меня неподвижными чёрными бусинками.

− Приносите в жертву, что же ещё. Зарежьте, при этом произнесите: тебе, Ахей, посвящаю этого шинока в жертву.

Маора так и сделал. Разрезал этой странной животине грудину, располовинил сердце, слова произнёс торжественно, повернувшись к дереву.

− О, я смотрю, увы уже поймали шинока! – радостно сказала подходящая Элама. Мы все ахнули. Даже не потому, что Элама срезала штанины и сверкала сейчас мокрыми ляжками, а потому, что из-под юбки сзади у неё свисал хвост, шаксовский, с кисточкой!

Мы с кашитом разом выхватили мечи, а Маора поднял перед собой руки, готовя свой оглушительный удар. Элама остановилась, словно наткнулась на стену. Вскинула голову, закинув за спину смолистые кудри.

− Вы чего? Сдурели тут?

− Не подходи! – завизжал кашит.

Мне было не по себе. Если это пришёл шакс или шакса, то где тогда Элама? А если это и есть Элама, то откуда у неё взялся хвост?

Я подошёл к замершей Эламе, обошёл вокруг неё. Хвост был, просматривался со всех сторон. Она смотрела на меня непонимающе.

− Что? – недоуменно спросила она, оглядывая себя. – Чего? Что случилось?

− Хвост… − тихо сказал я. – У тебя хвост торчит из-под юбки. Но у тебя его же раньше не было, правда?

− Какой хвост? – Элама вертела головой, осматривала себя, как могла, даже наклонилась несколько раз, затем заглянула снизу между ног. У вас видения! Нету у меня никакого хвоста!

− Точно, это шакс! – Кашит взмахивал перед собой мечом, нервничал. Да и кто сейчас тут спокоен? А спокоен был морозный маг. Он сидел на камне и ухмылялся себе под нос. И глаза его смеялись, если можно так про них сказать. Он смеялся над нами!

Я попытался потрогать хвост Эламы. Как и предполагал, рука сжала пустоту. На самом деле хвоста не было, была лишь мара, которую видели все, кроме Эламы. А она уже не могла совладать со своим лицом, всё заглядывала себе за спину. Мне всё уже было понятно.

− Свейдн, а ты ведь шакс! – тихо сказал я. Все повернулись к морозному магу.

− Может, и шакс! – вызывающе сказал он, продолжая сидеть на камне. – Но дело вовсе не во мне! Я хвост Эламе не приделывал! Это вы сами виноваты!

− В чём мы виноваты? – зло спросил Маора.

− В том, что принесли в жертву шинока не самца, а самку! Теперь над вами довлеет проклятие, потому что Ахей этого не любит! Вот и наложили на вашу женщину заклинание. И чтобы его снять, вам нужно принести в жертву двадцать шиноков!

− Хватит над нами издеваться! – прорычал я, приближаясь к Свейдну с обнажённым клинком в руках. – И имя у тебя гадское!

− А ну, назад! – завопил шакс или Свейдн, его теперь не поймёшь. Он выставил ладони перед собой, они мгновенно побелели. – Аримай!

Выкрикнув, он резко выбросил ладони вперёд. Я сделал два шага назад в надежде, что Маора прикроет от мороза, как прикрывал от пламени дракона. Но из рук Свейдна лишь вывалилась небольшая ледышка, затарахтела по камням.

− Аха, ха! – Свейдн веселился. – Испугались? Значица, тогда меня ловите!

Затем он упал на четыре конечности и побежал так вверх по плавно поднимающейся скале.

− Ловите его! – заверещала Элама. – Иначе я так и буду с хвостом ходить!

Нам не нужно было этого говорить. Мы с Матесом мчались вверх по скале, словно гончие псы. Но Свейдн скакал на четырёх быстрее вараниса, при этом ещё умудрялся мерзко похохатывать. Это уже начинало меня серьёзно злить. Я с силой сжимал рукоять меча, левой рукой доставал зихару. Я его догоню, обязательно.

Матэс пошустрей, опережает меня шагов на десять. Выбираюсь на скалу, вижу, как Матэс забегает на ступени, которые вели в пещеру, а вход её еле заметно мерцает тёмно-красным цветом.

Когда я преодолел ступени и выскочил на площадку, Матэса уже видно не было, но странное дело, возле входа валялись его вещи… Все вещи: одежда, меч и торба. Он что, туда голый, что ли побежал?

Я понял… но поздно. На всём ходу проскочил преграду, тот мерцающий свет, что я видел издалека. Не поняв, как с меня осыпалась одежда, я стоял голый, без оружия и заплечника. Обернулся. Всё валяется на площадке. Шагнув назад, упёрся в невидимую стену. И не хватает воздуха. Дыша как рыба, жадно ртом, я не мог понять, куда делся кашит, но когда увидел бегущую Эламу, а за ней еле поспевающего Маору, стал впритык к стене, скрестив перед грудью руки. Молчал, понимал, что они не услышат. Если ещё и не увидят, будет хуже. Увидели… Элама остановилась, повернувшись, что-то крикнула Маоре.

Они не пойдут сюда. А я стоял и задыхался, тело обдавало жаром, воздух сухой как в пустыне. Непреодолимая преграда между нами, я заточён здесь, где жарко, сухо и не хватает воздуха. Наверное, это ад, по крайней мере, так о нём рассказывают жрецы культа Возвращения даен.

Чувства мои обострялись. С каждым вдохом воздух становился более смрадным. Сразу запах тухлых яиц был слабым, но теперь, когда я стоял и смотрел на что-то кричащую мне Эламу, было такое ощущение, будто мне подсунули под нос миску, полную разбитых тухлых яиц. Наверное, это и есть смрад ада, запах серы. Скорее всего, морозный маг не зря сказал, что демоны сделаны из серы.

Точно, я в аду!

Вот это попал! Что делать? Куда делся кашит? Одежда валяется, как и моя, а Матэса с этой стороны нет и близко.

Не только смрад стал нестерпимым, я ощущал обжигающий воздух так, будто моё тело без кожи. Видеть стал чётко − разглядел шагах в десяти на стене каждую трещинку. А чуть дальше в полу виднелся разлом, в котором булькала раскалённая лава. Она не тёмная, как сползает у подножия вулкана, а яркая, огромной температуры. А может, я её просто сейчас так вижу.

Страшно… Душно. Да нет! Невыносимо! Вот слово, которое подходит сейчас больше всего.

Вот и верь после этого Жрецам возвращения даен! Выходит, даены не покинули Алгору, а может, это просто козни Ахея? Или испытание? На прочность, так сказать, достоин ли я бессмертия? А как же тогда Элама с Маорой? Или у них другое испытание?

Я стоял, смотрел на размахивающую руками Эламу, на смотрящего на меня с сожалением Маору, и думал… Что происходит? Можно сказать, что этот Свейдн просто издевался над нами. Именно издевался, насмехался. А теперь вот это жаркое смрадное место. Для чего это всё? Прекрасно понимаю, что меч не раз должен побывать в раскалённом горниле, чтобы стать ценным мечом, не раз должен пройти ковку. Может, сейчас закаляют наши души? Как говорится, за одного битого двух небитых дают? И насколько ценна моя душа? А как же те люди, которых поглотили корни? Может, за их счёт лучшие бойцы получают бессмертие?

И эти лучшие, это мы?

Сюда идут… Из глубины коридоров. Шагов я не слышал, но знал, что идут. Не люди, а те, кто здесь сильнее. Люди здесь слабы, очень. Слабее, чем там – я с тоской посмотрел на Эламу и Маору, упёрся руками в невидимую стену.

Плохо… Откуда я знаю, что сюда идут?

Чувства обострены до предела. И мне нужно бежать, потому что… нужно бежать, я это почему-то знаю! И я побежал вглубь коридора, перепрыгивая через широкие трещины в каменном полу, потому что там булькала, двигалась красная раскалённая лава. Жарко было так, что мне казалось, будто камень вокруг сейчас расплавится, стены потекут, а пол станет жидким, как топленое масло. Человеческое тело такой температуры не выдержит.

Впереди идёт процессия – шаксы! Идут гуськом, наклонили головы, смотря под ноги… По бокам коридора есть узкие ниши, два коридора справа зияют тёмными отверстиями. До них я не успею. Вжался в узкую, тёмную нишу. Тёмную… Я уже отбежал далеко от входа в этот странный мир, вернее просто ад. Даже не обратил внимания, что нигде нет светильников, но в нише темно, а в коридоре светло.