"Фантастика 2025-113". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Троян Михаил - Страница 288

Прощаясь, Си даже позволил себе комплимент по поводу моей внешности. Мило улыбнувшись начальнику концлагеря, с наручниками на руках, проследовал за лейтенантом. Подозвав к себе троих охранников, короткими отрывистыми словами, тот перепоручил меня подчиненным.

— Не забудьте про Демирель, — напомнил про турчанку. Проигнорировав мои слова, лейтенант ушел, а меня повели в сторону общего лагеря. Отключив питание на щите, меня провели на другую сторону и лишь потом отстегнули наручники. Прежде чем снять наручники, все трое охранников со смехом обследовали мою пятую точку, заставив кипеть от возмущения. В карцер попадать желания не было, пришлось выдержать эти противные руки на заднице.

Фатиму привели через полчаса, нас определили в третий барак, где находилось сто женщин. Всего таких бараков в Сяодуне было двадцать, не считая того корпуса. Где мы находились до этого.

— Александра, я так рада тебя видеть, — Фатима кинулась в объятия, заставив меня поморщиться от боли в ребрах.

— Я думала тебя увели навсегда, почему нас перевели в общий лагерь? Это твое правительство надавило на узкоглазых? — Демирель болтала не смущаясь, что вокруг нас собралась уже порядочная толпа. Женщин интересовало, как обстоят дела на воле. Узнав, что мы из спецбарака, к нам потеряли интерес — здесь половина так или иначе успела побывать в спецбараке.

— Фатима, выйдем, нам надо поговорить наедине. — Единственным местом, где обычно не было охранников и не было камер, со слов наших сокамерниц, были туалеты, устроенные во дворе. Это были временные сооружения из досок и гипсокартона с обычной дыркой в дощатом полу.

— Отсюда надо бежать, у нас мало времени, меньше десяти дней. — Мои слова заставили Фатиму замереть в полуприсяде.

— Отсюда невозможно сбежать — забор под напряжением, везде колючая проволока, вышки и охрана.

— Нет ничего невозможного, если человек настроен решительно. — Намыливая руки оценивал наши шансы сбежать. Незаметно улизнуть не удастся, единственный вариант — перебить охрану. На минуту вспомнилось лицо и слова Рауля, инструктора из Абхазии:

«Ты девушка, Александра, никто не заподозрит, что у тебя может такая сила и реакция. Это твой козырь, если сумеешь им распорядиться правильно, тебя не удержат никакие запоры».

— Фатима, ты боишься смерти? Готова рискнуть, чтобы получить свободу?

— Смерти я боюсь, но я рискну и пойду на что угодно, чтобы сбежать отсюда. — Помыв руки, девушка подошла вплотную:

— Но как мы сможем сбежать, у тебя есть план? Женщины говорили, что многие в лагере, не выдержав кидались на сеточный забор — там ток, их всех убило.

— План у нас очень простой, — я сделал паузу, заранее представляя реакцию девушки на то, что скажу: — мы не будем убегать как зайцы.

— А что, скажи, не томи Александра, — Фатима едва не касалась моих губ своими.

— Мы захватим этот лагерь, перебьем охранников и уйдем с гордо поднятой головой.

Демирель даже отшатнулась после моих слов — на секунду повисло молчание, а затем девушка выдавила сиплым голосом:

— Мне всегда говорили, что русские сумасшедшие.

Глава 15

Рекогносцировка

Из Министерства иностранных дел Российской Федерации, Проскурнов возвращался в скверном расположении духа. На заднем сиденье его «Волги» покачивался расписной горшок с плотно закрытой крышкой, обвязанной траурной черной лентой с белыми иероглифами. Разговор с заместителем министра «иностранцев», как величали это ведомстве службисты, вышел тяжелый и неприятный. Его отчитали как школьника, Радков Сергей Олегович, бывший его соратник по работе в ФСБ, не стеснялся в выражениях. В голове Проскурнова до сих стояли его гневные реплики: «Китай наш стратегический партнер, дилетанты хреновы, доверили сучке такую операцию».

Только провожая Проскурнова к машине на подземном паркинге, Радков позволил себе немного расслабиться.

— Ты пойми, Виталий Иванович, Китай на сегодня, чуть ли не единственный наш союзник. Запад затягивает удавку на шее страны, базы НАТО в странах Балтии, не вмешайся мы своевременно, в Крыму стояли бы американские войска. Вы, со своей бездарно проведенной операцией, ведете к эскалированию и так непростых отношений с нашим китайским соседом. Шестьдесят процентов импорта в нашу страну приходится на этих, как ты выразился, чертовых узкоглазых. Министру пришлось сегодня выслушивать от председателя правительства, потому что китайцы поступили, как всегда: вернули останки вашего агента вместе с официальной Нотой.

Мужчины уже вышли из лифта в подземном спецпаркинге — попасть сюда можно было только по спецпропускам. Дождавшись паузы, Проскурнов, взял бывшего коллегу за руку:

— Это был вопрос чести, Серега, этот ТаоХань не должен был уйти от возмездия и не ушел.

— Он все-таки мертв? — Радков вытащил сигареты, — Куришь?

— Нет, здоровье дороже, завязал, — Радков затянулся, а Проскурнов продолжил:

— Физически он жив, но только физически. По факту это просто овощ — полностью парализован, даже глотать самостоятельно не может. Дыхание с помощью аппарата, при отключении его ждет биологическая смерть.

— То есть, ваш агент выполнил задание, — не увидев урны поблизости, Радков бросил окурок на бетонный пол и затушил растерев.

— Выполнил, вероятно что-то пошло не так и агента раскрыли. Но она все равно довела работу до конца. — Проскурнов повертел расписной горшок в руках, — а теперь нам всучили горстку пепла и попросили заткнуться. Мы даже не можем быть уверены, что это ее прах.

— Вот забыл, — порывшись во внутреннем кармане пиджака, Радков вытащил сложенный вчетверо лист бумаги.

— Что это? — Проскурнов терпеливо ждал ответа.

— Заключение их генетиков с расшифровкой генома. Сравни с показаниями в базе у себя, получишь ответ чей прах в горшке.

— Серега, — по старой памяти Виталий Иванович называл Радковапо-приятельски, — мы не можем на вашем уровне пригрозить этим китайцам? Вся эта история с исламистами, что похитили Светлых, высосана из пальца. Наши «наружники» видели, как Александра садится в лимузин, проследили их до ресторана в деловом центре Шанхая. Там априори не могут никакие террористы с их тотальной китайской слежкой за гражданами. Неужели мы проглотим эту чушь и спустим им все с рук?

— Проглотим, Витя, проглотим. Сам знаешь, какая политическая обстановка в мире. Запад против нас, Америка спит и видит, как ослабить нашу страну. В этой ситуации Китай практически единственный наш союзник, не считая непредсказуемого турецкого султана. С самого верха спущено указание — не дразнить султана и дракона, их помощь еще понадобится. А посему, смирись с тем, что ситуация предстоит таким образом — агента похитили и убили исламисты. Ну, давай, будь здоров, Витя, будет время посидим, вспомним студенческие годы.

— И тебе не хворать, — Проскурнов пожал руку товарища, направляясь к машине. Он снова оглянулся на горшок, удобно устроившийся рядом с ним: был человек, а осталась горстка пепла. Прибыв на базу, Проскурнов сразу передал прах на проверку — китайцам он не верил от слова вообще. Занятый рутинной работой, генерал на пару дней забыл про своего погибшего агента, пока его не побеспокоил заведующий лабораторией Сычев Никита.

— Виталий Иванович, у меня готовы результаты по вашему заданию.

— Проходи, Никита, докладывай, — Проскурнов откинулся в кресле.

— Качественный анализ на ДНК на 99,9 совпадает с анализом представленным в нашей картотеке и принадлежит Александре Госсман, — не стал утомлять Сычев пространными терминами. Надежда, теплившаяся в груди Проскурнова угасла, не успев разгореться. Он устало кивнул:

— Свободен, Никита, спасибо. — Сычев, дойдя до двери остановился:

— Виталий Иванович, разрешите высказать свои соображения?

— Говори, — Проскурнов встал, подойдя к секретеру достал коньяк. Армянский коньяк ему присылал старый друг, Авакянц Амос, с которым дружили еще со времен службы в армии. Плеснув себе на два пальца, генерал опрокинул рюмку и блаженно зажмурил глаза — классная вещь коньяк. Врачи рекомендовали красное вино, но Проскурнов предпочитал коньяк.